Серебро и свинец , иной вариант (СИ), - Волынец Олег Анатольевич - Страница 63

– Они мечут огонь издалека… – попытался возразить целитель.

– Из своих железок! Всюду и везде – железки! Словно все они – даже не анойя, а бесталанные земледельцы! Но этого не может быть!

– Действительно… – пробормотал Лландауркс. – Быть может, чародеи у них составляют тесный круг… и снабжают своих подданных плодами своего чародейства…

– И рожают только от себе подобных? – ухмыльнулся Данторакс. – Ох, не верится мне! Нет, у меня не раз промелькивала мысль куда более пугающая.

– И какая же? – полюбопытствовал чародей. Воин помрачнел.

– Что никакого колдовства в том, что они делают, нет.

Лландауркс поглядел на него с недоумением.

– А как еще это возможно?

– Ну, умельцы из Андилайте ведь делают как-то свои горючие палочки, – ответил Данторакс. – И чтобы выплавить сталь, не требуется колдовство. И чтобы поднять груз, не нужен волшебник-движитель. Что, если эти обделенные дарами ши научились без помощи чар делать то, на что, как мы полагаем, способны одни лишь кудесники?

– Это… ужасно, – прошептал целитель, содрогнувшись всем телом.

– Почему? – удивился Данторакс.

– А ты подумай, что ты сейчас сказал! – внезапно озлился целитель. – Сколько носильщиков нужно, чтобы тянуть груз, который один движитель поднимет усилием мысли? Сколько орочьих клинков перерубит меч, откованный кузнецом-магом?

– Много, – согласился дружинник.

– А сколько простых ремесленников нужно, чтобы сработать вот такого железного голема? – поинтересовался Лландауркс. – Ты помянул огневые палочки – в Андилайте, как помнится мне, их делает целая мастерская, десятки человек, – только чтобы повторить то, на что способен последний анойя с огневым даром! Теперь я понимаю, для чего демоны пришли сюда и почему убивают всех на своем пути. Если ты прав, если в их мире нет волшебства… То, верно, тот мир – выхолощенная земля, пустая скорлупа, кишащая, как гниль – червями, безволшебным народцем. Неужели ты не видишь – чтобы создавать такие вещи, число этих ши должно быть несчетно! Они обожрали свою землю, они выпили свои реки и теперь из последних сил рвутся в наш мир, чтобы и его высосать, точно комары, налетевшие на дракона! – Он перевел дух. – Я видел, что Виндерикс почерпнул в разуме плененного ши. Я видел, какие войны они ведут, но тогда мне не пришло в голову… Они открывают ворота стоячих камней, они высвободили внутренний пламень материи – как могли они не владеть сильнейшими чарами? И все же ты прав – они безволшебны.

– Но если это так, – промолвил Данторакс, – между нами не может быть мира.

– Верно, – отозвался целитель. – Это тяготит меня, но, признаться, для меня важнее благоденствие владения Дейга и всего Эвейна, нежели кровожадных ши. Если бы только мы могли договориться с ними… но с теми, кто убивает, будучи уверен в своей безнаказанности, не о чем говорить. Их слову верить нельзя – а если так, к чему слова?

– Тш! – прервал его дружинник. – Едет.

Прислушавшись, целитель уловил за шумом листвы дальний, нарастающий рокот. Да, дозорные не ошиблись – железный гроб был один, и приближался он очень быстро.

– Пора, – решил Данторакс. Он сунул в рот пальцы и залихватски свистнул.

С громовым треском подломился и рухнул поперек дороги старый неохватный двулист.

– Изверги, – пробурчал целитель. – Другого дерева не нашлось. Из чего теперь знахари здешние варить свое зелье будут?

Данторакс удивленно глянул на него.

– Тут близ деревни этих двулистов целая роща, – ответил он. – Воняют по весне – хуже выгребной ямы. Старый, конечно, жалко, но чтобы убиваться… .Лландауркс сморщился.

– Все забываю, – пожаловался он. – Сколько уж лет в ваших краях живу, а кажется, словно из дому год-другой тому обратно уехал. У нас-то двулист редко когда найдешь.

Рокот нарастал.

– Сейчас… – прошептал Данторакс, напрягаясь.

Что-то пискнуло в ветвях, и миг спустя из-за поворота вывернула железная повозка в зеленых и бурых разводах, точно латаный разбойничий кафтан. Вывернула и остановилась, обиженно взвизгнув, перед преградой.

Четыре стрелы вылетели из зарослей одновременно. Одна вошла точно в ствол стоящего на крыше, у командирской башенки, крупнокалиберного пулемета, намертво заколотив его. Остальные с убийственной точностью нашли блестящие стеклышки, так напоминавшие подозрительному Дантораксу линзы дальневзорных труб; нашли – п отскочили, не причинив неведомому материалу никакого вреда.

Повозка вздрогнула. Распахнулась узкая дверца на крыше, и оттуда полез ши. Его пронзила еще одна белоперая стрела. Демона втянули внутрь и поспешно захлопнули крышку. Очередная стрела ударила в металл и отскочила.

– Смотри! – негромко воскликнул Данторакс. – Смотри, как глупо! В этом железном гробу нет бойниц. Чтобы вступить в бой, ши должны выбраться – но тогда мы убьем их раньше.

– Они могут уйти от боя, – заметил целитель.

И действительно, голем поспешно сдал назад, вращая многочисленными колесиками, прятавшимися внутри лязгающей широкой цепи. Из кустов полетели, метя в стеклянные глазки, комья липкой амбоевой смолы.

– Не могут, – уверенно заметил дружинник, и, словно в подтверждение его слов, позади бронетранспортера рухнуло еще одно дерево.

– Теперь им остается или вызывать подмогу из лагеря, – объяснил Данторакс, – или вылезать из своего укрывища и сражаться. Подмога придет нескоро… а вот выползти мы им поможем.

По одному, осторожно пригибаясь, дружинники выходили из густых зарослей. Целитель в очередной раз подивился их способности проходить через перевитые чешуйчатым вьюном кусты шиповника и златяники, точно сквозь редкий туман.

Железный гроб рычал, ревел, дергался вслепую то вперед-назад, то вправо-влево, пытаясь придавить неосторожных, но дружинники ловко отскакивали с его пути, хохоча и подталкивая друг друга, будто перед ними был не зловещий голем, а глуповатый бычок, которого раздразнили деревенские мальчишки.

– И что дальше? – спросил Лландауркс. – Они могут сидеть там бесконечно.

"Сейчас бы нам очень пригодился Линдан, – подумал он. – Но на своем месте он нужнее. Или Виндерикс… Правда, Виндерикс один стоит дружины".

– Мы могли бы обложить эту железку хворостом и поджечь, – задумчиво проговорил Данторакс. – Но есть способ проще. Один из наших воинов – Телленаур – родович Дейга. Он почти анойя, но его силы должно хватить. Сейчас…

Изнутри железного гроба донесся какой-то шум, и внезапно широкая задняя дверь откинулась вверх. Ши посыпались изнутри, как горох.

Все было кончено очень быстро. Против лучников, бивших с деревьев, против меченосцев, поджидавших за порогом, демоны были почти беспомощны. Лишь двое из пятнадцати успели пустить в ход свое громобойное оружие, да и тем удалось лишь ранить троих бойцов.

– Телленаур! – окликнул Данторакс, спускаясь со своего наблюдательного поста. – Хватит!

– А? – Худощавый юноша очнулся от сосредоточенного полузабытья. – Да, коун. Простите, коун.

Только что убитый стрелою ши, поднятый чародеем, с мучительным вздохом осел на скамью, закрывая сохнущие глаза.

– Ничего, – Данторакс кивнул. – Я же знаю, что ты плохо владеешь своим даром.

– Простите, коун, – повторил Телленаур, потупившись.

– Не извиняйся, – оборвал его воин. – Если бы не твой дар, мы пострадали бы куда сильней. Вот чем меряется его сила.

Он внезапно насторожился, улавливая среди лесных звуков только ему ведомые сигналы невидимых часовых.

– Лландауркс! – бросил он решительно. – Ты готов?

– Да. – Целитель устало поднялся с колен. – Все трое могут идти… хотя Колла я бы советовал поддержать. Все же пробитое легкое – не шутка.

– Тогда уходим, – скомандовал Данторакс. – Сюда движется другая повозка.

Маленький отряд уже углубился в лес, когда из-за поворота выехал легкий танк "шеридан", именуемый иногда презрительно "противопехотным" – более тяжелой наземной техники в распоряжении армии вторжения не было. И превращавшие вековые стволы в решето шестидюймовые шрапнельные снаряды никому не могли причинить вреда.