Серебро и свинец , иной вариант (СИ), - Волынец Олег Анатольевич - Страница 72

– Коун Раатхакс! Коун Раатхакс!

Управляющий оторвался от придирчивого осмотра, которому подвергал лубяные лукошки с ягодами.

– Пирри! – укорительно пропыхтел он. – Или тебе не говорили было, что…

– Придворный под рукою почтенного владетеля ходить должен неспешно, речи вести угодно и держать себя почтительно, – оттараторил мальчишка. – Все помню, вот! А только из лесу гробы железные выехали! Со стен за воеводой послали и за вами!

– А владетеля известили, олухи? – воскликнул управляющий, коротким взмахом десницы дозволяя нести лукошки по назначению – на замковую кухню.

– Как же не можно, коун? – возмутился Пирри, от избытка чувств хватая почтенного управляющего за рукав. – Первым делом… к нему этот, лопоухий побежал…

Коун Раатхакс отцепился от излишне настырного воспитанника и отвесил ему несильный учительный подзатыльник.

– Тебе сколько раз повторять надо, что к товарищам надо относиться с подобающим уважением, шкодливый отрок? – строго поинтересовался он. – Тем более к тем, кто не может требовать его по праву рождения, как некоторые шалопаи?

– Хорошо, хорошо, коун, – отмахнулся мальчишка.

Управляющий подозревал, что Пирри в очередной раз пропустил его слова мимо ушей, но времени устроить ему выволочку не было.

– А теперь, Пирренакс ат-Рахтаварин, можешь отвести меня, куда намеревался, – проговорил он, скрывая улыбку.

Мальчишка был младшим из внебрачных детей владетеля, и детская наивная гордость своим происхождением еще не выветрилась из его буйной головы. Ничего, постарше станет – успокоится и поймет, что способности важнее древности и важности рода. Сам Раатхакс усвоил это намного раньше… но ему было проще – ему не застил глаза сильный дар, как этому, на удивление таланному мальчишке. Как и все Бхаалейны, управляющий кирном был по природе своей движителем, но едва ль могучим – не анойя, конечно, но к тому близко.

– А вон уже коун Тауторикс идет! – выпалил мальчишка и осекся.

Не то чтобы управляющий недолюбливал воеводу. Просто тот за все годы преданного своего служения Бхаалейну и не пытался добиться всеобщей любви. Даже свои же дружинники скорей уважали его и немного побаивались.

– Идемте, коун Раатхакс! – разнесся над внутренним двором кирна его могучий глас. – Кажется, наши бешеные соседи-демоны решили наведаться к нам в гости. Я бы лично предпочел повстречаться с Картрозовой дружиной – от тех, по крайней мере, знаешь, чего ожидать.

Ступая на лестницу, ведущую на стены, управляющий сосредоточился. Поднять свое тело ему было не по талану даже в молодости, когда коун Раатхакс еще не был таким почтенным и не отрастил столь выдающегося живота, но он еще мог избежать унизительной одышки, всякий раз уменьшая собственный вес почти вдвое, когда приходилось бегать вверх-вниз по ступенькам. Пирри, конечно, умчался вперед, не оглядываясь, зато воевода, к тайной радости управляющего, отстал, гремя в тесном проходе доспехами, которые носил почти постоянно, даже когда в них не было особенной нужды. Как сейчас.

Действительно, на опушке леса выстраивались в ряд пять боевых повозок ши. Из первой уже выскакивали бойцы в грязно-зеленом.

– Или они лишились ума, что готовы напасть на замок, – промолвил управляющий, – или желают поговорить, но опасаются вероломства с нашей стороны.

– Подлое семя, – пробурчал Тауторикс – вроде бы себе под нос, но так громко, что бас его донесся, наверное, до самого двора в шести человеческих ростах внизу. – Или не их сородичей видел я в становище беззаконников? Одну руку они протягивают нам, а второй сжимают за спиной лиходейский нож!

– И все же нельзя отказывать им в праве быть выслушанными, – отозвался Раатхакс. – Владетель принял их под свою руку, и, пока демоны не отвергнут его покровительства словом или делом, мы не можем воевать с ними. Обождем.

От кучки демонов отделились трое и двинулись пешком по дороге в направлении кирна. Раатхакс пригляделся, но громовых жезлов не увидал. Вместо того один из ши сжимал в руках белый плат на палке – некое подобие знамени.

– Надо полагать, посланники, – пробормотал управляющий.

– Похоже на то, – послышался новый голос.

Воевода и Раатхакс разом обернулись. Рахтаварин ит-Таварин ат-Бхаалейн не пользовался лестницами. Могучее его тело плыло в воздухе вдоль внутреннего края настенной площадки.

– Не знаю, чего хотят эти настырные демоны, – проговорил владетель, – но будем готовы к худшему, а надеяться станем на лучшее. Тауторикс – готовь дружину к бою. Тебя же, Раатхакс, я попрошу выйти с ними на переговоры. Возьми с собой двоих, кого посчитаешь достойным…

– Я поеду один, – сорвалось с языка у управляющего.

Владетель Бхаалейн поднял брови.

– Мне бы пришлось взять с собою чародеев немалого талана, чтобы не было зазорно, – пояснил Раатхакс. – Если же ши замыслили некое изощренное коварство, силы колдунов едва ли достанет, чтобы защитить и себя, и меня. Пусть лучше погибну я один, нежели ослаблю их смертью твое владение.

Тауторикс одобрительно хмыкнул.

– Пусть так, – кивнул владетель, хотя по лицу его видно было, как хочется ему возразить.

– А ну, Пирри! – Управляющий ухватил за ухо не успевшего вовремя отскочить мальчишку. – Беги быстро в конюшню, пусть седлают мне… поспокойнее кого-нибудь…

* * *

Хотя на стенах замка Раатхакс и мог завести спор с воеводой, готовым наброситься на подозрительных ши со всей мощью Бхаалейна по любому поводу и без оного, но сейчас, подъезжая к застывшим на полпути от опушки к стенам кирна посланникам, он чувствовал, как в душе его закипает гнев.

Слишком молоды и убоги были эти посланцы. Оскорбительно молоды. Демоны не снизошли до того, чтобы направить к владетелю своих вожаков, воевод или старейшин, – нет, они послали юнцов, безвластных и безответных. Впрочем, одно знакомое лицо управляющий узрел. То был толмач Лейв, такой же тощий и трусливо ежащийся, как и в тот день, когда трое владетелей порешили заключить мир с демонами стоячих камней.

Тот ши, что, как решил Раатхакс, был среди этих созданий за старшего, пробулькал что-то на своем наречии, и толмач перевел:

– Сотник Анатолис Бобрушков при моем пособлении приветствует вас, коун Раатхакс, от своего имени и от имени воевод нашего войска.

Управляющий кивнул.

– Я приветствую вас от имени владения Бхаалейн, – неохотно ответил он. – Зачем вы явились ко двору моего господина, ши?

Толмач обменялся несколькими фразами с простоватого вида сотником и ответил:

– Наши воеводы хотят знать, почему вы убили наших людей в нарушение договора между владетелем Бхаалейна и Советским Союзом.

Управляющий замком едва не задохнулся от негодования.

– Да как осмеливаются твои господа порочить имя Бхаалейна? – прогремел он. – Когда, где нарушали свое слово владетели этой земли? От века она такого не упомнит!

Толмач вздрогнул было, но потом стал твердо.

– Ваши дружинники, – пояснил он, не спрашиваясь у сотника, – напали на становище беззаконников, которым наши воеводы… продавали, – от управляющего не укрылась едва заметная запинка, с которой толмач выговорил это слово, – громовое оружие. Это… внутреннее дело Эвейна, и по нашему закону мы не можем поднять голос в их защиту. Но при этом погибли трое наших… приказчиков, так будет правильно?

Раатхакс кивнул. Для человека, учившего язык Серебряной империи без посредства чародеев, толмач изъяснялся на нем весьма гладко.