С.Е.К.Р.Е.Т. - Аделайн Л. Мари - Страница 39

Закончив наводить порядок, я пошла наверх, чтобы отдать ключи Кит, которой было велено запереть заведение после ухода. Смотр начинался в десять вечера. Девицы собирались репетировать до последнего, а мне не терпелось пойти домой и смыть под душем дневную усталость. Я надеялась увидеться на шоу с Уиллом, но днем, когда я спросила, пойдут ли они с Трачиной на праздник, он только пожал плечами.

Наверху я прошла мимо новенькой девушки, кучерявой блондинки. Она сидела на полу, скрестив ноги, держала зеркальце и умело прилаживала накладные ресницы. Не понять было, парик на ней или настоящие волосы, но прическа завораживала. Дальше стояли и сидели еще с десяток девиц, в разной мере раздетых, — подготовка шла полным ходом, пальто и куртки свалены на старом матрасе Уилла, которым тот и сам пользовался, когда ночевал на работе. Кроме матраса, в комнате был только сломанный деревянный стул, на котором Уилл, бывало, сидел верхом, опершись подбородком о спинку и погрузившись в раздумья. В кафе было много места — идеальная площадка для репетиций. Закрывались мы рано, располагались неподалеку от «Голубого Нила», где принимали в этом году праздник, а ванная наверху была совсем новая, хотя и без двери. Несколько женщин, одна по пояс голая, вертелись там перед зеркалом, по очереди накладывая грим. Повсюду были разбросаны бигуди и щипцы для завивки. Яркие карнавальные костюмы, боа из перьев и маски оживляли помещение, обычно скучное и серое.

Кит в лифчике без лямок и чулках отрабатывала танцевальное па; ее костюм висел на голой кирпичной стене, как произведение искусства. Штучное изделие: белый кружевной корсаж на черной атласной подкладке, с зубчатой розовой каймой по передней вставке. Розовыми были и кружева на спине. Я машинально коснулась костюма, но как только дотронулась кончиками пальцев до атласа, отдернула их, мгновенно вспомнив о приключении вслепую. Я никогда не смогла бы проделать перед толпой мужиков то, что затевали Кит и эти девчонки, — во всяком случае, без повязки на глазах.

— Привет, Кэсс. Не забудь сказать Уиллу спасибо за то, что дал поработать после закрытия. Ключи верну в «Голубом Ниле», — сказала она, ни на секунду не сбившись с ритма. — Ты же придешь?

— Я всегда прихожу.

— Тебе придется когда-нибудь с нами сплясать, — крикнула Анджела из стайки девушек, столпившихся в ванной.

Я была польщена ее вниманием, но возразила:

— Да меня на смех поднимут, дуру такую.

— Тебе и надо выставиться дурой, — рассмеялась она и пробасила в шутку: — Так сексуальнее!

Ее поддержали кивками и смехом, а Кит напугала меня, подкравшись сзади:

— Я правильно оделась для лесбы?

Когда пару лет назад она призналась в своей ориентации, удивился один Уилл.

— Типичный гетеросексуал, — отреагировала Трачина и вытаращилась на него. — По-твоему, раз одевается сексуально, то хочет привлечь мужиков.

Кит стала одеваться откровеннее, когда все всплыло, и завела постоянную подругу. Нынче она прилепила себе мушку, наложила фальшивые ресницы и накрасилась самой ядовитой помадой. Волосы у нее отросли, и голубая фея превратилась в смазливого подростка. Но ее нарочито девчоночий вид все равно контрастировал с фирменными ковбойскими сапогами и черными махровыми напульсниками, неизменно красовавшимися у нее на запястьях.

— Может быть, через год и приобщусь, — сказала я, отчасти даже веря в это.

— Обещаешь?

— Нет, — рассмеялась я.

Пожелав девчонкам удачи, я поспешила вниз, но уже там вспомнила, что, заболтавшись, так и не отдала Кит ключи! А когда повернулась, чтобы сгонять обратно, она сама врезалась в меня: летела вниз — не иначе, по той же причине. Кит поскользнулась, упала и, проехав на заду пять последних ступенек, при-печаталась к плиточному полу. Мне повезло, я была в кроссовках и устояла.

— Кит!

— Матерь божья, — простонала она, перекатываясь на бок.

— Ты цела?

— Похоже, задницу переломала!

Я поспешила к ней вниз:

— Господи, какой кошмар! Прости меня! Давай помогу!

К тому времени уже стала спускаться Анджела — с опаской, на шпильках в четыре дюйма, в ярко-розовом боа на плечах, которое обвивалось вокруг запястий.

Кит не шевелилась.

— Не трогай меня, Анджи. Ох, дело дрянь. Это не задница, это копчик.

— О боже! — вскричала Анджела, приседая над ней. — Сесть можешь? Ноги чувствуешь? В глазах не двоится? Кто я такая? Кто у нас президент? «Скорую» вызывать?

Не дожидаясь ответа, Анджела заковыляла к кухонному телефону. Кит попыталась приподняться, скривилась и снова легла.

— Кэсси, — прошептала она.

Я подалась ближе:

— Что, Кит?

— Кэсси... этот пол... он грязный!

— Знаю. Прости.

Я хотела взять ее за руку, попытаться успокоить и тут увидела под сбившимся напульсником золотой браслет. Браслет от С.Е.К.Р.Е.Т.! Весь в подвесках!

Мы переглянулись.

— Что за...

— С моей задницей все в порядке, Кэсси. И еще... — Кит поманила меня пальцем, и я придвинулась к ее накрашенным губам. — Ты... принимаешь последний Шаг?

— Что? С тобой? То есть ты, конечно, прекрасна и все такое, но...

Она села и улыбнулась:

— Расслабься, я в этом не участвую. Но меня попросили тебя подтолкнуть. Ты ведь почти у цели, дорогуша. Не тот случай, чтобы идти на попятный. Только не теперь, когда будет по-настоящему круто!

Заслышав шаги возвращавшейся с кухни Анджелы, Кит снова разлеглась на полу. Театральные стоны возобновились.

— Проблема, — сказала Анджела, уперев руки в бока.

— Еще бы. Кто будет танцевать вместо меня? — спросила Кит, картинно прикрывая глаза рукой. — Кого мы успеем найти?

— Без понятия, — отозвалась Анджела.

Интересно, она тоже замешана?

— Я к тому, что есть у нас кто-нибудь, кто сегодня свободен? И чтобы симпатичная. Чтобы мой костюм подошел? — спросила Кит.

— Трудно сказать, — пробормотала Анджела, не сводя с меня коварного взгляда.

Я знала Кит не один год и думала, что она всегдабыла такой — уверенной в себе, энергичной, сильной. Но чтобы попасть в С.Е.К.Р.Е.Т., ей пришлось, скорее всего, преодолеть немало страхов и сомнений. Сейчас ничего этого не было и в помине. А тут еще и Анджела, образчик телесного совершенства. Я знала, как подбирает кадры С.Е.К.Р.Е.Т., а потому удивилась, когда розовое боа соскользнуло и у Анджелы тоже оказался браслет!

— Ну ладно, — заявила Анджела, подавая мне руку, чтобы помочь подняться с корточек. — Давай-ка наверх, юная мисс. Разучим несколько новых па.

— Но... эти браслеты? Вы что, обе?..

— Все вопросы потом. А сейчас — танцевать! — Она прищелкнула пальцами, как танцовщица фламенко.

— А твой браслет где, если на то пошло? — спросила Кит, поднимаясь и отряхиваясь.

Она так и была — в чулках и лифчике. Прохожие останавливались и заглядывали в окно.

— В сумочке, — ответила я.

— Отлично, потому что это первое, что ты наденешь. Второе — мой костюм.

Я судорожно сглотнула.

Анджела развернула меня к лестнице и повела наверх, где объявила девушкам, что я заменю Кит. Я ждала недовольства хотя бы потому, что могла испортить им всю хореографию. Но нет, они одобрительно засвистели, захлопали в ладоши, поставили меня в строй и медленно, чтобы мне было легче, продемонстрировали несколько шагов. Кит, волшебным образом исцелившаяся, сделалась балетмейстером и отбивала ритм, так и оставаясь в белье. Это напоминало девичник, куда меня никогда не звали. Правда, все были в нижнем белье. Когда я сбивалась, никто меня не ругал. Девчонки смеялись, и я чувствовала себя любителем, который настолько пленит толпу, что ей будет наплевать на мастерство. Я была готова расплакаться от их великодушного стремления меня поддержать и приободрить, но боялась размазать шесть слоев грима, наложенного Анджелой. Под ним мне стало не так страшно. Ненамного.

Спустя два часа, один из которых ушел на общую тренировку, а второй — на индивидуальную под руководством Анджелы, я очутилась за кулисами «Голубого Нила». Зал стремительно заполнялся публикой, все больше мужчинами, которые устраивались за шаткими столиками. Между приступами рвения и паники я принимала помощь одной из девушек. Она нанесла последние штрихи: приладила мушку и поправила сетчатые чулки с эластическим верхом. И вот подошла Анджела с карнавальным нарядом Кит, белые кружева на черной подкладке. Длинные розовые завязки волочились по полу.