Наследник Ордена - Садов Сергей Александрович - Страница 82

– Но здесь я, правда, ничем не могу вам помочь.

– Можете. Вы позволите?

Нимало удивленный секретарь отодвинулся, давая возможность мне устроиться за столом.

Я взял бумагу, перо, на минуту задумался и принялся быстро писать.

– Вот. Это, думаю, избавит нас от всех проверок.

Секретарь недоверчиво взял бумагу. По мере чтения его брови поднимались все выше и выше.

– Но такого раньше не было! Это невозможно!

– А что, разве Окружной Святитель не занимается проверкой душ?

– Занимается, но только у Высших или у тех, кто оказал большую услугу Парадизии.

– А разве я не оказал большую услугу, преподнеся этот скромный дар? И потом, кто будет оспаривать слова Святителя?

Нор задумчиво пожевал губы.

– Никто. А из этой выдумки можно извлечь пользу… э-э, для веры.

– Конечно можно, – поддержал я. – Путешественникам такая бумага может очень пригодиться. Не всем, конечно, а только тем, кто оказывает большую услугу Парадизии. Это все равно дешевле, чем пл… – я замолчал, вовремя сообразив, что не стоит говорить о взятках и поборах так прямо. Пусть он сам подумает.

Секретарь не обманул моих ожиданий и в самом деле подумал.

– Это будет, пожалуй, выгод… богоугодно. Но здесь потребуется подпись Окружного Святителя и его личная печать.

Я пожал плечами.

– Вам это легче сделать, чем мне. А если вы еще и скажете о моих дарах, то будет совсем легко.

Нор наградил меня злым взглядом.

– Не стоит волноваться, милорд, я сам этим займусь. Подождите здесь. – Секретарь поспешно вышел из комнаты.

Интересно, не позовет ли он стражу? Да нет, вряд ли. В этом случае он наверняка лишится камней. В лучшем случае его наградят за неподкупность десятком динаров. Самое выгодное для него – это спровадить меня отсюда как можно быстрее.

Секретарь вернулся через двадцать минут.

– Вот ваши бумаги. Счастливого пути, милорд.

Иначе говоря: убирайся и побыстрее.

Я принял свиток и внимательно его рассмотрел. Вроде все нормально. Две печати, подпись Святителя.

– Благодарю вас, многоуважаемый Нор. – Я поклонился и вышел из кабинета.

На улице я еще раз перечитал свое «творчество»:

«Его Высокосвятительство Округа Рока-Виерт. Проверены души рыцаря Энинга и пяти его спутников – дьявола в них не обнаружено, что и удостоверяю своею подписью и печатью. Да будет навеки проклят тот, кто усомнится в моих словах».

Я усмехнулся и спрятал свиток. Пожалуй, от него будет гораздо больше пользы, чем от пропуска, выписанного секретарем. Теперь необходимо сообщить друзьям, что наше пребывание в этом городе закончилось. Интересно будет полюбоваться на Буефара, когда он услышит об этом. Он ведь так и не поверил, что я смогу законным образом перевести всех через границу. Ну, не совсем законным, но это гораздо лучше предложенного рыцарем нелегального перехода, а потом движения только по ночам и по безлюдным местам.

Улыбаясь своим мыслям, я направился в дом для оснащения грешников и благословения их э-э… для путешествия дальнейшего по кем-то там избранной Парадизии. Надо же было тому солдату завернуть подобную фразу. Я подпрыгнул от радости и побежал к друзьям, представляя момент, когда вручу пропуск Буефару.

Глава 3

Мы двигались со всей возможной скоростью по скверной дороге Парадизии. Когда-то это была главная караванная дорога, но с тех пор, как Ренир стал Парадизией, ее ни разу не чинили. Однако мы, не сговариваясь, решили покинуть Парадизию как можно скорее. Поэтому на такой пустяк, как разбитая дорога, не обращали внимания.

– До сих пор не могу поверить, что тебе это удалось, – недоверчиво произнес Буефар. – Каким образом ты сумел убедить этих фанатиков пропустить нас?

– Я же говорил, что Энинг сможет, – заявил Рон. Его вера в меня была безгранична.

Леонор тоже решился сделать мне комплимент. Хотя лучше бы и не пытался. Словно мимоходом поощрил человека, который неожиданно для всех сделал что-то хорошее, хотя от него ожидали только неприятностей.

– Я все равно считаю, что лучше было ехать в обход, – заговорил он своим неизменным тоном высокомерного превосходства. – Но вы действительно добились разрешения на переход границы в рекордно короткий срок, – и после небольшой паузы добавил, – милорд.

Я философски пожал плечами.

– Деньги всем нужны.

– Что? Ты подкупил стражу? – воскликнул эльф. – Многие это пытались сделать, но никому не удавалось. Они же все там фанатики! Они отвергают деньги как таковые!

В своем знании людей эльф порой проявлял удивительную наивность.

– Естественно, никому это не удавалось. Как ты сам сказал, они фанатики и деньги для них ничего не значат. Они больше пекутся о спасении души.

– Но как же тогда…

– Я и не пытался подкупить стражу. Я подкупил секретаря Окружного Святителя.

Буефар расхохотался.

– Секретаря? Почему же не сразу Святителя?

– Я думал над этим, – серьезно ответил я. – Но, как говорил мой отец, подкуп секретаря чиновника обходится дешевле, чем самого чиновника, а результат бывает гораздо лучше.

– Погоди. Так ты что, серьезно? – удивился эльф. – Но как такое может быть? Их же правители на всех углах кричат о чистоте своих помыслов, коррупции большого мира и грехе? И вдруг сами берут взятки?

Мы с Буефаром переглянулись.

– Эл, то, что кричат эти самые правители на людях, не имеет никакого значения. Неужели ты действительно думаешь, что Святой Служитель – любимый ученик бога, спустившийся с небес? Все это чушь. Просто первый Служитель имел неудержимую тягу к власти, и прийти к ней, используя религию, показалось ему самым лучшим вариантом. Вот он и заявил о своем божественном происхождении. Перед богом все равны, просто он немного равнее остальных. И уверяю тебя, его ближайшие сподвижники от него стараются не отставать. Ты видел карету Окружного Святителя? Она сделана из дорогих пород дерева, а внутри, между прочим, она обита мехами. Вся их болтовня о вере и грехе, соблюдение всех этих нелепых правил – это для простых людей. А те, кто находится у власти наслаждаются жизнью и богатством.

Эльф покачал головой.

– Но почему их тогда все слушают?

– Потому что за двести лет людям основательно промыли мозги Приходские Святители, – присоединилась к разговору Далила. – Когда тебе с детства вбивают в голову, что Святой Служитель непогрешим, что большой грех сомневаться в его решениях, то все и в самом деле начинают в это верить.

– А если кто начинает сомневаться, то объявляют, что в душу ему вселился дьявол, ибо любое сомнение грех, – добавил я.

– И что? Этого человека убивают?

– Точно. И, как правило, очень болезненно. Как ты думаешь, сколько после этого найдется желающих усомниться в непогрешимости властей?

– Но все равно, ведь они должны соблюдать те правила, которые сами устанавливают?

Эльвинг всегда соображал быстро, но сейчас просто никак не мог понять тех взаимоотношений, которые установились между людьми в Парадизии.

– О чем ты говоришь? Тут всем с детства вбивают в голову, что власти непогрешимы. И что бы эти самые власти не делали – все от Бога. Правила пишутся властями, но не для тех, кто у власти. Галлийское королевство в сотни раз больше Парадизии, но в нем всего двенадцать верховных губернаторов. В крошечной Парадизии людей, выполняющих те же функции, только называемых Окружными Святителями пятеро. Пятеро там, где и двоим-то делать нечего.

– И почему так? – заинтересовался эльф.

– Потому что у Святого Служителя четверо сыновей и один зять. Ничуть не сомневаюсь, что родись у него еще один сын, количество Окружных Святителей увеличится.

– Вы, люди, просто чокнутые. Как можно подчиняться таким правителям? И почему соседи просто не захватят это проклятое королевство?

– Потому что никто не хочет иметь дело с армией религиозных фанатиков.

– Однажды несколько баронов с отрядами вторглись в Парадизию, – заговорил Буефар. – Это была не война… Здесь даже женщины и дети бросались с кухонными ножами на закованных в латы всадников. Не хотел бы я еще раз испытать что-либо подобное.