Серая эльфийка. Трилогия (СИ) - Кучеренко Владимир Александрович - Страница 228

— Почему?

— Потому что "ферзь любит свой цвет".

— Ферзь? — не понял я.

— Ну, на Земле эту фигуру еще королевой называют.

— А-а. Белая у нас тоже королева.

— А черная? — уточнил Вотар.

— Матриарх.

— Стоп! Давай, прежде чем приступим к игре, согласуем наименования фигур и их возможные ходы? А то, сдается мне, мы сейчас на разных языках говорим.

— Согласен.

— Это пешки, двигаются так, бьют по диагонали, — сообщил Сергей.

— Аналогично, — кивнул я. — И называются так, потому что ходят пешком.

— Это конь, скачет буквой "Г". Ах, ну да, у вас же она не так пишется. В общем, прыгает на две клетки прямо, потом на одну вбок.

— Верно. Только у светлых он называется единорогом, а если играешь за темных, то — репфайдером.

— Ух-ты! И впрямь лошадки с рогами и тиранозаврики! — приглядевшись восхитился Вотар. — Так это что получается: игра символизирует противоборство эльфов?

— Разумеется.

— Ладно, поехали дальше. Это слоны или, как у нас еще говорят офицеры. Белый и черный, согласно цвету контролируемых диагоналей.

— Мы называем их архимагами.

— Ха, забавно. А тогда ладью как? Ну, вот эту фигуру?

— Иногда турой, в честь передвижной деревянной башни, предназначенной для обеспечения быстрого доступа осаждающих на стены штурмуемой крепости.

— И у нас так же!

— А иногда телепортом, — добавил я.

— Ну да, идея понятна. И к объяснению принципа рокировок подходит, — согласился Вотар и продолжил: — Это самая сильная фигура — ферзь. Он двигается и бьет как угодно. Ну и самый слабый — король. Тоже шагает, куда ему вздумается, но не далее чем на одну клетку. Создание неловкой ситуации, при которой монарх не может спрятаться и в следующий шаг будет убит — и есть цель победы. Мат.

— У белых, как я уже говорил ферзь — это королева, а у темных — матриарх и они ее оберегают сильнее всего. Следовательно, поражение в игре, когда сражаешься за дроу — мат Верховной матери. Но при этом у нас король имеет возможности ферзя, а королева настолько беспомощна, что самостоятельно передвигается всего на клетку.

— Вот, наверное, почему они и поменяны местами? — предположил Сергей. — Но тогда какой вообще смысл в черном короле и белой королеве, если их можно убить?

— Как какой смысл? Ведь только эти фигуры, могут, вернувшись из лагеря противника "родить" новую пешку!

— Это они там что, типа от врага беременеют? Хотя темный король-то как? — запутался брат Цветаниэль.

— Нет, смысл в том, что вторые половинки правителей, как бы отправляются на переговоры. И если им удается выжить, значит не все потеряно, война может закончиться, а следовательно, можно заводить потомство.

— У-у-у, какая серьезная философия, — протянул Вотар. — Хорошо. Но пешки, ворвавшиеся в стан противоборствующего государства, ведь превращаются в другие, более значимые фигуры? Какая тут скрыта мудрость?

— Да просто все. Особо отличившиеся рядовые, за свои подвиги получают продвижение по служебной лестнице.

— Вот! Именно об этом мы сейчас и поговорим! — Сергей неожиданно смахнул с доски все шахматы, кроме одной и указал на оставшуюся: — Ощущаю себя такой же пешкой, превращающейся в весьма сильную фигуру.

— Если "превращающейся", выходит, процесс еще не завершен?

— Скорее всего, нет. Толку от того, что я выучил множество заклинаний дроу, и из книг твоей библиотеки? Применить волшебство не смогу, пока не вернусь в свое тело.

— Ясно. А кем в итоге станешь?

— Прежде, чем ответить на твой вопрос, задам встречный. На твой взгляд ферзь, сначала убитый в ходе партии, а потом вновь возвращенный в строй проворным пехотинцем, — это та же самая личность, что и в начале игры?

— Никогда не задумывался, но, мне кажется, он будет уже другим персонажем.

— А если он помнит события прошлой жизни?

— Тогда да, можно смело утверждать, что произошла реинкарнация с частичной очисткой памяти. Но в таком случае непонятно, почему такое случилось: случайно или намеренно?

— Вот в этом и нам предстоит разобраться. Ведь игра, в которой мы участвуем намного сложней шахмат.

— Мы? — обомлел я.

— А разве ты еще не догадался? — тоже удивился Вотар. — Конечно, я тебя уважаю, ты мужик умный — дураки в советниках короля не ходят. Потом и сестре приглянулся, и преданность свою не единожды доказал. Однако, прости за откровенность, но всего этого было бы недостаточно для обсуждения данной темы если бы я не был уверен, что ты тоже игровая фигура.

— Уф, становится все интересней и интересней!

— Фактически я понятия не имею, за какие такие выдающиеся заслуги меня, скажем так, повышают. На сей счет есть две версии: либо за поступки, которые совершил когда-то давно и забыл по неизвестной причине, либо авансом. Предполагаю, что, скорее всего, второе. Хотя…

— Авансом? Неужели такое возможно?

— Пока будем считать, что да. Так вот, теперь о тебе, Крайтис.

— Да-да, любопытно, какова же моя роль?

— Сдается мне, что ты-то как раз и должен поспособствовать моему перевоплощению в слона, туру, единорога, и кого ещё там надо.

— Для этого я обязан помочь тебе улететь на Землю, чтобы душа соединилась с телом, и ты из теоретического сверхмага стал практикующим?

— Э-э, не все так просто, товарищ! Ты озвучил только часть поставленной перед тобой задачи.

— Так-так-так, продолжай!

— На текущем этапе, для успеха моей карьеры необходимо, как можно подробнее, узнать о пяти артефактах демиурга. И некто неназываемый посоветовал за данной информацией обратиться именно к тебе.

— Ого! А этот некто, случайно, не сам "шахматист"? — сыронизировал я.

— Точно не скажу, — совершенно серьезным тоном ответил Вотар. — Повторюсь: игра, в которой мы участвуем, намного сложней шахмат, и все правила мне неведомы. Но, есть в них кое-что, действительно забавное: представь, что усиленная фигура "помнит" прошлую жизнь далеко не одной фигуры.

— Ну, совсем запутал меня, Серый! — встряхнул я головой. — Ты на что ты намекаешь?

— Кто в курсе прошлого всех фигур? — опять собеседник послал встречный вопрос.

И это сработало — натолкнуло меня на верную мысль!

— Сам Игрок?

— Угу. Пешка способна заменить даже его!

От такого обилия информации голова пошла кругом, мозг усиленно заработал, но все-таки справился и выдал очередную фразу:

— Хорошо, Сергей. Допустим, это так. Тогда ты, автоматически сместишь одного из этих самых "шахматистов" и станешь противником того, кто тебя вырастил. Зачем ему это? Нелогично.

— А если гроссмейстер преследует цель: заменить равного по силе оппонента более слабым и неопытным?

— О-о! А ведь и правда! Тогда в итоге нас ждет беда.

Серый лукаво прищурился:

— Или победа!

— А справишься? На твоем месте я бы не был настолько самоуверен.

Вотар отмахнулся от предостережения:

— Справлюсь не я, а тот, кто меня возвысит.

— Б-р-р-р. Существует и третья сторона?

— Не исключено. Причем она заинтересована в поражении моего соперника даже больше меня.

— Все, у меня иссякли идеи. Ты о ком сейчас?

— Крайтис, расширь диапазон мыслей, за пределы доски, — улыбнулся Вотар. — Речь идет о том, кто сделал ставки на определенный исход игры.

Ох, не готов я пока комментировать услышанное, поэтому промолчу.

А вот Сергей очередными своими размышлениями окончательно завел меня в тупик:

— Ещё есть один, на первый взгляд, безумный вариант, но сбрасывать со счетов его не стоит. Если в партии задействовано четвертое измерение, тогда я прекрасно знаю, кем на самом деле является этот таинственный Игрок.

Глава 8

Максимилор

— Как отреагировали эльфы на ультиматум? — первое, чем поинтересовался на экстренном заседании король.

— Никак не отреагировали, ваше величество. Молчат, — ответил глава ведомства, занимающегося внешней политикой и разведкой. — И, на мой взгляд, им, скорее всего, не понадобится наше оружие.