Последний легион - Манфреди Валерио Массимо - Страница 106

События, о которых говорится в книге, как бы увидены глазами группы преданных старым порядкам римских солдат, и они, естественно, видят в варварах злобных и жестоких чужаков, стремящихся к разрушению. И в то время такой взгляд мог быть распространен довольно широко. Области сосуществования римлян и варваров развалились довольно быстро из-за непрерывных конфликтов между римским населением и вторгшимися в эти земли чужаками. В наши дни теория вторжения пересматривается с точки зрения феномена Voelkerwanderung, или миграции, хотя конечный результат, в общем, остается тем же самым.

В суете современности Восток, — который выглядит бессмертным и нерушимым (как Римская империя в дни ее расцвета) — заставляет задуматься о том, что любая империя рано или поздно разваливается, и что одна часть мира не может надеяться вечно наслаждаться роскошью, если все другие части земли погружены в страдания и нищету. Те, кого называли «варварами», вовсе не намеревались разрушать империю; они просто хотели стать ее частью. И многие из них даже защищали ее, рискуя собственной жизнью, но их смерти были напрасными, и мир все равно погрузился в долгую эпоху хаоса и упадка. Некоторые из персонажей романа проявляют себя так, что заставляют предположить: живучесть языческих традиций была достаточно высока. Хотя тут трудно что-либо утверждать с исторической достоверностью, все же в этом нет ничего невероятного (особенно в свете новых источников, открытых в недавние времена). Это можно выразить как «языческую» привязанность к традициям и к mos maiorит, то есть к обычаям предков, еще, возможно, не исчезнувшую в том веке.

О Ромуле Августе известно слишком мало; нет точных данных даже о возрасте последнего императора, исторические источники в этом вопросе противоречат друг другу. Я, создавая этот персонаж, опирался в основном на Ехcerpta Valesiana, 38, где о нем говорится как о мальчике: «Odoasar… deposuit Augustulum de regno, cuius infantiam misertus concessit ei sanguinem» (Одоакр сместил Августула с трона и, испытывая сострадание к нежному возрасту, сохранил ему жизнь…»).

Читатели, глубоко знакомые с историей, угадают и другие источники, вплетенные в ткань повествования, и большинство из них относится к позднему латинскому периоду: это «История» Аммиана Марселлина, De Rediti suo Рутилия Намациана, Degubematione Dei Сальвиана, «История войны с готами» Прокопия Цезарейского, «История» Палладия, In Rufinum Клавдиана, Valesianus Anonimus, «Хроники» Кассиодора и его же VitaEpiphanii, а также кое-что из трудов Плутарха, Оросия, святого Августина и святого Иеронима. Несколько источников, касающихся раннего средневековья, дали мне возможность выстроить картину Британии: это «История английской Церкви и народа» Беды Достопочтенного и Comitus Chronicon и De exitio Britanniae Гилдаса.

БЛАГОДАРНОСТЬ АВТОРА

Я выражаю глубокую признательность множеству дорогих друзей, которые поддерживали и ободряли меня во время работы, помогая своими знаниями и предложениями, — в особенности Лоренцо Брассези и Джиованни Горини из Падуанского университета, Джанни Бриззи и Ивано Диогини из Болонского университета, Венцеслава Крута из Сорбонны и Робина Лэйна Фокса из Нового колледжа, который слушал эту историю во время долгих автомобильных поездок из Льютона в Оксфорд.

Бесценную помощь оказали мне также Джорджио Бонаменте и Анджела Амици из Перуджийского университета, а также моя бывшая коллега Габриэла Амиотти из католического университета в Милане.

Однако ясно, что все ошибки лежат целиком на моей совести.

Я должен такое выразить свою благодарность Франко Мимми, присылавшего мне различные материалы из своей резиденции в Мадриде, и Марко Джуди, одному из моих самых верных и старых друзей, с которым я часто консультировался по поводу событий позднего римского века в Британии, и Джорджо Форнони, который, поддерживая старую традицию, всегда с радостью приветствовал меня в своем великолепном доме в Альпах, — где я и написал последнюю часть романа в полном уединении, скрывшись от всего мира.

И особая благодарность — моей жене Кристине, главному критику и слушателю, — всегда преисполненному нежности, — и еще — моим литературным агентам Лауре Гранди и Стефано Теттаманти, сопровождавших меня на каждом шагу реализации этого проекта, ободрявших меня в самые трудные моменты.

Я также благодарю Паоло Буонвино, чья музыка была моим постоянным спутником, когда я писал этот роман, вдохновляя меня на создание самых напряженных и драматических эпизодов.

Последняя по порядку, но не по значению, — благодарность Дамиано из ресторана «Альберто Ардезио», кормившего меня изысканными блюдами во время пребывания в Альпах, и Джинкарле из бара «Фрессика», чей кофе-эспрессо всегда вселял в меня бодрость духа.