Танцующая со Смертью - Сотникова Юлия Олеговна - Страница 31

Только тогда я соизволила оглянуться: он запер меня в каюте! В том, что дверь действительно была заперта, я тут же убедилась, потратив некоторое время на безрезультатные попытки взломать замок. Нет, все-таки этот подгоревший кретин просто невыносим! "Снаружи небезопасно"… И что? Почему небезопасно, что там вообще происходит и кто этот Привратник, в конце концов?! Оставил меня в комнате, даже не потрудившись толком ничего объяснить, а мне теперь мучиться. Ну уж нет…

Твердо решив выбраться отсюда, во что бы то ни стало, я еще раз пригляделась к двери — заперта. На ключ. А что на счет магии? Подойдя ближе, я приложила ладонь к деревянной поверхности, пытаясь обнаружить узор силы. Каждое заклятие, накладываемое на что-либо, имеет свой рисунок, что-то вроде паутины, отпечатывающийся на своем носителе. Науке различать такие узоры обучали лишь Воинов, ровно, как и изменять их по своему усмотрению. Чувствующие же не могли обладать такой способностью, и я очень надеялась, что спеша наверх, Дан не вспомнил о моей особенности, а, значит, если и наложил защиту на дверь, то не слишком сложную и энергоемкую.

Закрыв глаза, я полностью отдалась ощущениям, тут же натыкаясь на огненно-красные линии охранного знака. Тьма! Как ему удалось поставить его за считанные секунды?! Не знаю, чего больше опасался этот Дарракши-Лан, того, что наружу выйду я, или же что то, что осталось снаружи заберется внутрь, но защиту он поставил самую мощную. Даже у наставника я никогда не видела столь яркий и путаный рисунок. Какой же силой нужно обладать, чтобы сотворить такое?! Линий было слишком много, они переплетались и обрывались, складываясь в самый необычный узор, что мне только приходилось видеть. Они завораживали, приковывали взгляд…

Не знаю, сколько я так простояла, прижавшись к двери и совершенно забыв обо всем, кроме непонятного проявления силы Пьющего Жизнь, однако вывел меня из этого состояния транса лишь звонкий детский голосок, требовавший, чтобы его обладательницу пропустили к какому-то Рихнеру. Лана?! Страх за малышку змеей проник в самое сердце, заставив до крови закусить губу. Что она тут делает, если даже мне, судя по слова и поведению Дантариэля, снаружи очень опасно? Плюнув на осторожность, я сосредоточилась на той части своей силы, про которую уже давно безрезультатно пыталась забыть. Нужны эмоции? Да, пожалуйста, сколько угодно! Где-то внутри меня медленно разгоралась волна ярости и страха, придавая сил. Внезапно снаружи послышались ругань и голоса, но не это заставило меня вмиг напрячься, а необычный звук, словно что-то размером с человека упало в воду. Или кто-то… Лана! Сердце с бешеной скоростью пустилось вскачь, грозя выпрыгнуть из груди, но я этого даже не заметила, выпуская наружу всю имеющеюся у меня энергию и направляя ее вперед, сметая со своего пути дверь, вместе с косяками и некоторым количеством двери. Было больно. Очень больно. Грудь будто сдавило огненным кольцом, не выпуская наружу остатки жизненно необходимой силы. Кажется, я перестаралась… Но сейчас это было не так важно. Отстранившись от боли, я выбежала наружу, чуть притормозив при виде неподвижно лежащих тел матросов, попавших под силовую волну. Подойдя к ним ближе, я поняла, что они лишь оглушены и медленно выдохнула — живы. Развернувшись, я вбежала на верхнюю палубу и направилась туда, где перед бортом столпилась небольшая кучка людей и нечисти, активно ведущих спор с кем-то, находящимся, по всей видимости, в воде. Лишь спустя мгновенье я, наконец, разглядела маленькую принцессу, стоящую около Силиэра, воинственно уперев кулачки в бока. Жива. Напряжение, охватившее меня с того момента, как я услышала голос Роланы, медленно отступило.

Остановившись недалеко от спутников, я пригляделась к обстановке получше: что-то изменилось. Постояв так несколько секунд, я, наконец, поняла, что было не так. Тьма исчезла, и наступили сумерки, не давшие сразу заметить эти перемены, вокруг весело гулял морской ветерок, теребя волосы и лаская кожу. И все, ничего магического не было.

— Ты не имеешь на это никакого права, Привратник, — голос Дантариэля, заставивший меня оторваться от наблюдений, был холоден, как лед. — Не следует создавать неприятности ни нам, ни себе, Рихнер.

— Ты сам ведешь в свой дом беду, принц. Понимаешь ли ты это? — голос, раздавшийся, казалось бы, со всех сторон разом, заставил меня боязливо поежиться. Не знаю, кто такой этот Привратник, но такого голоса мне еще никогда слышать не доводилось. В нем чудились одновременно и шум прибоя, и свист ветра, и раскат грома, будто сама природа говорила в этом непонятном существе.

— Я прекрасно знаю, что делаю, Рихнер, и не тебе спрашивать меня об этом.

Взглянув на Дана, я невольно восхитилась его невозмутимостью. Наблюдая за ним, никто бы даже не усомнился в его принадлежности к правящей династии, сейчас перед нами был истинный правитель, не знающий жалости и неповиновения.

— Я намного старше и мудрее тебя, мальчик, — Привратник вздохнул. — Я жил здесь еще задолго до появления вашей расы. Одумайся, поверни назад и отвези людей в их города. Ты же знаешь, что им нет места на нашей земле.

— Они могут помочь! — Силиэр упрямо вскинул голову, а у меня защемило сердце: лишь полный дурак не смог бы заметить, сколько надежды было в голосе парня.

— Они?! — существо громогласно расхохоталось, заставив присутствующих здесь людей попадать на колени, заткнув уши. Безучастными к оглушающему звуку оказались лишь нечисть и…я? — Не хочу тебя огорчать, младший принц, но я не вижу здесь, ни одного из тех, кто смог бы хоть немного помочь вашей расе. Ни одного. А вот тех, кто сможет принести вред — сколько угодно!

— Это неправда! — звонкий голосок Роланы и топанье маленькой ножки заставило меня улыбнуться и, подойдя к борту, посмотреть на этого таинственного Привратника.

Не может быть… Вцепившись руками в широкий поручень, я во все глаза смотрела на первого в своей жизни дракона. Огромный (и как это я его раньше не заметила?!), изящный, с переливающейся серебристой чешуей и бездонными зелеными глазами, он был прекрасен.

— Я устал спорить, Рихнер, — в голосе Дантариэля зазвучал металл. — Ты не можешь противиться воле моего рода, а, значит, не можешь мешать нашему возвращению домой вместе с людьми.

— Ты много чего не знаешь, мальчишка! — кажется, дракон разозлился. — Неужели ты желаешь гибели своего народа?

— О чем ты? — Дан подозрительно прищурился.

— Люди…

— Дан! — прервав начавшего было говорить Рихнера, на палубу вбежал Шилинэр и остановился около борта, активно указывая вниз, туда, где я только что устроила погром. Хм, кажется, сейчас мне будет не до веселья. — Эта…Эта…

— Кто "эта"? — Дантариэль раздраженно сложил руки на груди, недобро поглядывая на подбирающего слова друга.

— Чувствующая, — нда, от того каким тоном это было сказано, я невольно поморщилась. В устах Шина мое звание звучало подобно оскорблению. — Эта пигалица, Рианоэль, она сбежала, выбив дверь и раскидав твоих людей по палубе! Многие до сих пор не могут придти в себя.

— Этого не может быть, я лично ставил защиту!

— Ну так иди и сам во всем убедись, — Шин мрачно усмехнулся. — Клянусь, если бы сам не видел, никогда бы не подумал, что кому-либо под силу снять твои чары.

Наблюдая за тем, как недобро сузились глаза Дарракши-Лан, я попыталась как можно тише убраться подальше. Не знаю, почему мне до сих пор не заметили, но долго так точно продолжаться не могло. Отойдя в самый темный угол палубы, я забралась на поручень, стараясь слиться с обстановкой.

— Я убью эту девчонку!

А он действительно разозлился! Эх… Смотря как Дан решительно спускается вниз, я вновь подумала о том, что бесить людей… ну, или нелюдей — мой талант.

— И как же тебе это удалось? — голос, раздавшийся за спиной, заставил меня испуганно подпрыгнуть. Тьма!

Не удержавшись, я перевалилась за борт, громко крича и перебирая всю родню одного противного, так перепугавшего меня дракона, готовясь вновь встретиться с ледяной водой. Однако упасть мне не дали: рывок — и я оказалась лежащей на чем-то жестком и ужасно скользком.