Связующие узы - Марголин Филипп - Страница 69

– Расскажите мне о похищении.

Аманда сделала глубокий вздох. Ее похититель был мертв, но она еще не успела свыкнуться с фактом его смерти.

– Несколько дней назад меня захватили в гараже, где я обычно оставляю свою машину. Человек, труп которого лежит в подвале, и двое других, кажется, те, что валяются в гостиной, отвезли меня в лес. Они угрожали мне... – Аманда запнулась, не в состоянии повторить угрозы Кастильо.

– Вам известно, почему вы были похищены?

Аманда кивнула:

– Они хотели, чтобы я отказалась от ведения дела Джона Дюпре.

– Насколько мне известно, это совершенно провальное дело. Почему же оно до такой степени обеспокоило Педро Арагона, если в любом случае Дюпре скорее всего будет осужден?

Аманда не знала, что ей можно было говорить сидевшему перед ней человеку. В "Веселеньком заведении на Воэн-стрит" состояли сенатор, адвокаты, судьи. Почему бы среди членов общества не быть и агенту ФБР? Аманда закрыла глаза. Теперь ей было на все наплевать. После того, что случилось сегодняшней ночью, она решила, что лучшая защита – в обнародовании всей известной информации о "Заведении". Ее молчание чуть было не стало причиной гибели Фрэнка.

– Несмотря на распространенное мнение о виновности Джона Дюпре, вполне вероятно, что он не виновен ни в одном из убийств, которые ему приписываются, – сказала Аманда. – Я уверена в том, что Уэнделла Хейеса направили в тюрьму, чтобы он убил Джона. Именно Хейес, а вовсе не Джон пронес заточку в комнату для встреч с адвокатами.

Аманда пристально следила за тем, как реагирует Хантер на ее признания, и была удивлена, не увидев никакой реакции.

– Кто, по вашему мнению, направил Хейеса в тюрьму с целью убийства вашего клиента?

– Вы когда-нибудь слышали о группе под названием "Веселенькое заведение на Воэн-стрит"?

– Да, слышал, однако меня удивляет то, что вам о нем известно. Может быть, вы расскажете мне все, что о нем знаете?

– Как я думаю, Педро Арагон познакомился с Уэнделлом Хейесом в 1970 году. Им тогда, наверное, едва перевалило за двадцать. Они заключили договор друг с другом. Видимо, кроме них, в группу входили также еще несколько друзей детства Хейеса. В течение последующих лет Уэнделл и его друзья достигли довольно высокого положения в обществе и за это время завербовали в свое "Заведение" массу новых членов. Если не ошибаюсь, среди них есть банкиры, судьи, политики, окружные прокуроры, полицейские. Ну-с, как вам мой рассказ?

– Продолжайте, мисс Джеффи, – ответил Хантер ничего не выражающим голосом.

Аманда рассказала агенту ФБР о тех уликах, которые свидетельствовали о том, что Лори Эндрюс убил сенатор Тревис. Затем она пересказала Хантеру версию убийства Хейеса, которую ей представил Джон Дюпре, и свидетельства в ее пользу, в том числе и мнение Пола Бейлора, что Дюпре сам подвергся нападению.

– Следователь из нашей группы отыскала информацию о двух самоубийствах, имевших место несколько лет назад, которые, вполне вероятно, были на самом деле убийствами, совершенными этими людьми. И как мне кажется, главная причина, по которой они хотели меня устранить, заключается в том, что я подала запрос на предоставление доступа к отчетам полиции об убийствах, имевших место в домике торговцев наркотиками в декабре семидесятого года. И вот здесь-то и заключается главное. Упомянутый дом находился на Воэн-стрит.

Застывшее лицо Хантера внезапно преобразилось, озарившись широкой улыбкой.

– Оружие, похищенное из дома Уэнделла Хейеса, использовалось в ходе перестрелки в притоне наркоторговцев. Полиция пришла к выводу, что оружие похитили грабители, но я полагаю, что его взял сам Уэнделл. В ночь той страшной расправы у Хейеса было алиби. Считалось, что он находился на рождественской вечеринке с друзьями по колледжу, которые приехали домой на каникулы. Могу держать пари, что где-то сохранились материалы допроса этих ребят. И как мне кажется, именно они и были первыми членами "Веселенького заведения на Воэн-стрит". Вот отчет об их допросе и является тем единственным документом, который может нас на них вывести.

– Мисс Джеффи, – сказал наконец Хантер, – если вам когда-нибудь надоест ваша адвокатская работа, место в ФБР для вас обеспечено.

– Значит, вы мне верите?

– Вне всякого сомнения. Я уже некоторое время занимаюсь названной проблемой. У сенатора Тревиса действительно была склонность к садистскому сексу, и он был явно неравнодушен к Лори Эндрюс. Дюпре покупал наркотики у Педро Арагона. Когда портлендская полиция арестовала Эндрюс, она согласилась сотрудничать в качестве информатора, чтобы вывести их на Дюпре. ФБР давно пытается покончить с картелем Арагона, и в ходе следствия мы узнали о Лори. Во время беседы она рассказала нашему агенту о сенаторе, после чего сразу же пригласили меня. До нас доходили слухи, что Педро был связан с несколькими довольно влиятельными людьми в Орегоне, и мне был известен рассказ Сэмми Кортеса о "Веселеньком заведении на Воэн-стрит". Когда Уэнделл Хейес попытался убить Дюпре, я впервые всерьез воспринял всю эту историю. Собственно, вы предоставили мне сейчас последнюю деталь, которой так не хватало.

– Не хватало для чего?

– Боюсь, что не могу раскрыть всего до тех пор, пока мы не захлопнем ловушку. И тем не менее заверяю вас – вы оказали ФБР неоценимую услугу, сообщив мне сейчас все известные вам факты.

– Ну, если я вам действительно так уж помогла, окажите и мне услугу.

– С удовольствием.

– Отвезите меня в больницу. Я должна повидаться с отцом.

Часть VI

Пробег в девяносто ярдов

49

Харви Грант снимал свою судейскую мантию, когда в его комнату влетел Тим Керриган и рухнул в кресло.

– Вы должны мне помочь, – взмолился он.

– Что случилось, Тим? – спросил Грант, внезапно охваченный страхом. Керриган выглядел как закоренелый алкоголик или наркоман. Если он сломается, это приведет к настоящей катастрофе.

– Я... я вижу страшные сны. Я вижу ее горящее тело, вижу выражение ее лица в тот момент, когда я нажал на курок. Взрыв. И кровь, текущую отовсюду.

Судья сел рядом с Керриганом.

– Я рад, что ты пришел ко мне, Тим. Я рад, что ты понимаешь: мне можно доверять и я всегда готов тебе помочь.

– Вы единственный человек, с которым я могу поговорить. – Тим обхватил голову руками. – Не могу забыть о том, что сделал. Я не могу с этим жить. Возможно, мне следует обратиться в полицию. Я скажу им, что все спланировал и совершил сам. Я не сообщу ничего о вас и о других.

Грант старался говорить как можно спокойнее. Ему нужно было любым способом не позволить Керригану сдаться.

– Ты думаешь только о себе, Тим, – сказал судья. – А твое признание погубит Синди. И подумай о Меган. За ней на всю жизнь закрепится слава дочери убийцы, и у нее больше не будет отца. А ты ведь по своему прокурорскому опыту знаешь, что происходит с детьми, которые вырастают с подобным пятном на репутации семьи. Своим признанием ты лишишь ее счастливого будущего.

Керриган кивнул:

– Вы правы. Мне следовало бы подумать о Меган. Только что мне делать? Я не нахожу себе места. Мне невыносимо тяжело.

– Время залечит твои раны. Пройдет два года, и ты даже не вспомнишь свои нынешние переживания. Будешь в Вашингтоне. А Меган и Синди будут рядом с тобой. Ты станешь одним из самых могущественных людей Америки, и Элли Беннет покажется тебе образом из какого-то давнего, полузабытого кошмара.

Тим с надеждой взглянул на Гранта:

– Вы думаете, что так на самом деле и произойдет?

Судья сжал плечо Керригана:

– Поверь мне, Тим. Твое чувство вины – пустое чувство. Оно пройдет. Все будет в порядке, и твоя жизнь снова войдет в нормальную колею.

Керриган обнял Гранта:

– Спасибо, Харви.

Судья похлопал Тима по спине. Он налил ему стакан воды и дождался, пока Тим возьмет себя в руки. Потом они еще немного поговорили, и Керриган, уходя, чувствовал себя намного лучше. И все же, как только дверь за молодым прокурором закрылась, Грант без сил рухнул в кресло.