Связующие узы - Марголин Филипп - Страница 77

В ту ночь они с Синди спали в разных постелях, и Тим подумал, что их семейная жизнь закончилась. В течение нескольких следующих дней Синди была вежлива, но предельно холодна с ним. Правда, он довольно редко видел ее – день и ночь Керриган проводил в отделении ФБР, в окружной прокуратуре Малтномы и в офисе федерального представителя. Однажды вечером, возвратившись домой, как обычно очень поздно, Тим проходил мимо открытой двери в их общую спальню, направляясь в комнату для гостей, где ночевал все последние дни. Синди еще не спала. И она позвала мужа в спальню. Они занимались любовью, не говоря ни слова, однако Тим понял, что Синди решила дать ему шанс начать все сначала.

Меган нашла кусочек дерева, выброшенный волнами на берег, и позвала отца. Она хотела сейчас же показать ему свою находку. Синди улыбнулась, взглянув Тиму в лицо, и сжала его руку. Если это теплое рукопожатие было единственным вознаграждением за все страдания, то Керриган был бесконечно благодарен и за него.

58

В течение двух недель после той ночи, когда она убила Мануэля Кастильо, Аманде непрерывно снились жуткие кошмары. В конце концов она сдалась и начала принимать таблетки, которые прописал ей Бен Додсон. Благодаря лекарству кошмары прекратились, но у нее возникло некое чувство вины перед собой из-за того, что она принимает таблетки. Три дня назад она прекратила употреблять лекарство, решив вступить в борьбу со своими демонами с открытым забралом.

Конечно, убийство Кастильо оказалось ужасным делом, но она совершила его в целях самозащиты, и потому у нее не было причин стыдиться своего поступка. Мануэль Кастильо был страшным человеком. В полиции Аманде сказали, что она избавила Портленд от психопата, совершавшего убийства без малейших угрызений совести. Шон Маккарти даже прочел ей список чудовищных преступлений, в которых Кастильо был главным подозреваемым. Но больше всего ее успокаивало осознание того, что если бы она проявила тогда хоть малейшие колебания, Фрэнк был бы мертв.

В предыдущую ночь Аманда впервые ни разу не проснулась. Ей снились сны, но это уже были не кошмары. Сегодня, во время очередного визита к доктору Додсону, Аманда сообщила, что не принимает таблеток. Он поддержал ее в стремлении обходиться без лекарств, хотя и предупредил, что одна спокойно проведенная ночь еще не означает, будто с проблемами покончено. Аманда и сама понимала, что ей предстоит пройти большой путь, прежде чем она снова почувствует себя нормально. И все же сейчас ей было намного лучше, чем на протяжении очень многих месяцев.

Фрэнка выписали из больницы, и он проходил восстановительный курс дома. Он надеялся, что уже со следующей недели сможет приступить к работе, пусть и неполный рабочий день. Аманде хотелось поскорее вернуться к себе на квартиру, но оставить сейчас отца в одиночестве было невозможно. Поэтому она продолжала жить у него, в своей старой детской. Левая рука Фрэнка все еще была в гипсе, и он страшно хромал. Ему было тяжело передвигаться, а готовка при помощи одной руки оказалась особенно мучительным занятием.

Неделю назад Аманда впервые после нападения на их дом посетила бассейн. К тому моменту, когда она подошла к воде, несколько пловцов из группы мастеров уже плавали по дорожкам, отведенным специально для членов команды. Она шла к своей дорожке, когда из воды появился Тоби.

– Аманда!

– Привет!

– Я глазам своим не поверил, когда увидел вас по телевизору. С вами все в порядке?

– Не совсем, и все-таки, кажется, я постепенно прихожу в норму. Я подумала, что мне следует вернуться к своему обычному режиму.

– Прекрасная мысль. – Брукс кивнул. – Должно быть, вам пришлось пережить нечто кошмарное.

Аманда не ответила. Ей было неприятно любое воспоминание о происшедшем.

– Я ведь хотел вам позвонить и справиться о здоровье, – сказал Тоби. – И дважды почти набрал ваш номер.

– А почему же только "почти"?

Тоби пожал плечами:

– Не хотел докучать вам. Подумал, что вам, наверное, и без меня достаточно людей звонит. Я знаю, что если бы нечто подобное случилось со мной, мне бы, наверное, хотелось побыть одному.

Тоби помялся. Затем пристально взглянул Аманде в глаза.

– И я ведь вас совсем не знаю. Мы беседовали всего дважды на протяжении нескольких секунд.

Аманда постаралась, чтобы ее голос звучал спокойно, но сердце у нее забилось так, словно она приближалась к концу длинной дистанции в ходе какого-то соревнования.

– В следующий раз попробуем растянуть нашу беседу хотя бы до минуты, – сказала она.

– Как насчет ближайшего уик-энда?

– Надо посоветоваться с отцом. Из больницы его выписали, однако он еще не совсем выздоровел. Мне можно вам позвонить?

– Да, конечно. – Тоби широко улыбнулся. – За это время я придумаю, каким способом вас можно привлечь в команду.

– Попробуйте меня подкупить. Вполне подойдет обед в хорошем ресторане.

– Я сверюсь с той частью бюджета, которая у меня отведена на взятки, и буду ждать вашего звонка, – ответил Тоби и снова прыгнул в воду.

Аманда направилась к дорожке. Где-то в середине беседы она перестала чувствовать страх.

Метрдотель провел Аманду, Тоби Брукса, Кейт Росс и Дэниела Эймса к столику в самом конце ресторана. "Мефисто" был последней попыткой Портленда угнаться за нью-йоркской модой. Здесь стоял невероятный шум, ресторан до отказа заполняли стильные молодые люди, и Аманде показалось, что она в этом заведении чуть ли не самая старая. Тоби предложил "Мефисто" в качестве места их второго свидания, так как готовили здесь превосходно, и еще можно было понаблюдать за самыми разными людьми.

Болезненно худая официантка подошла к столику и приняла у них заказ, который пришлось выкрикивать, так как гам в ресторане поднялся уже совершенно невообразимый.

– Если я оглохну, то подам на вас в суд! – прокричала Аманда Тоби. Он улыбнулся.

– Я иду в туалет! – крикнула Кейт подруге в ухо.

Аманда сказала Тоби, куда они направляются, и проследовала за Кейт сквозь толпу. Когда они проходили через бар, кто-то взял ее за руку. Аманда повернулась и увидела Джона Дюпре.

– Вы здесь одна? – спросил он.

– Нет, со мной мой друг и знакомые.

– Назовите столик, и я пришлю вам бутылку шампанского.

– Это лишнее.

– Совсем нет. Если бы не вы, я был бы сегодня очень далеко отсюда и, уж конечно, не смог бы вас ничем угостить.

Улыбка исчезла с лица Дюпре, оно стало предельно серьезным.

– Вы сделали очень много для меня, Аманда.

– Вам следовало бы благодарить Элли.

– А вы ничего о ней не слышали?

– Она подлежит специальной защите как свидетель по особо важному делу, у нее сейчас другое имя. Никто не скажет вам, где ее найти. Я знаю только, что она удочерила девочку Лори Эндрюс.

– Великолепно. Надеюсь, у нее все хорошо.

– Надеюсь. Она этого заслуживает. Вы бы до сих пор сидели в тюрьме, если бы не Элли. Должно быть, она очень сильно вас любила, если рискнула столь многим.

Мгновение Дюпре удивленно смотрел на Аманду.

– Вы хотите сказать, любила в прямом смысле слова? – спросил он.

Аманда кивнула.

– Вы заблуждаетесь.

Аманда растерянно посмотрела на Дюпре. Он рассмеялся:

– Вы ведь не знали, не так ли?

– Не знала чего?

– Ну про Элли. И почему она удочерила ребенка Лори. Нет, Элли любила не меня. Ее возлюбленной была Лори.

– Так она же сказала мне, что вы и она...

– Что? Что мы трахались?

Аманда кивнула.

– Да, верно, один раз. Собственно говоря, втроем с Лори. Только с самого начала было ясно, что они друг другу гораздо интереснее, чем я. И поэтому... – Джон пожал плечами.

Аманда уже перестала его слушать. Элли и Лори любили друг друга. Ей все сразу стало ясно.

– Что-нибудь не так? – спросил Дюпре.

– Элли, должно быть, возненавидела вас за то, что вы послали Лори к сенатору Тревису.

– Боже, конечно! Элли вообще чуть с ума не сошла, когда обнаружили тело Лори.