Сын герцога (СИ) - Музыка Людмила - Страница 42

Поэтому Джай и не подумал отвечать на такое "приветствие". Его спина была надменно выпрямлена, и он смотрел Баргу прямо в глаза. Причем, властности в его взгляде хватило бы на десяток рэмов. Это было грубостью, опасно граничащей с оскорблением. Но Джай имел на это право. Сын герцога и племянник императора не должен склоняться перед дикарем. А рэму и внуку хагана не пристало терпеть оскорбления от кого бы то ни было. По положению он был выше Барга и по имперским законам, и по обычаям Хаганата, и степняк сам напомнил ему об этом.

Сам рэм даже не пошевелился, но сопровождавшие его воины схватились за мечи, готовые обнажить оружие в любой момент. Краем глаза Джай заметил, как Лиам сделал шаг вперед. Остальные степняки тоже напряженно ожидали дальнейшего развития событий. И даже Лар, оставаясь внешне спокойным, сместился в сторону, выбирая для себя более удобную позицию.

Молчание затянулось. А всеобщее напряжение казалось почти осязаемым. Барг и Джай застыли друг напротив друга. Но в сложившейся ситуации угадывалось что-то неправильное. Слишком уж нарочитым было поведения степняка. Он как будто специально провоцировал Джая, чтобы посмотреть на его реакцию. Да и высокомерие рэма выглядело немного наигранным. По крайней мере, для сына герцога, который за годы, проведенные при дворе, видел достаточно прирожденных актеров, чтобы распознать чужую игру. Короткая усмешка, скользнувшая по губам степняка, подтвердила его догадку. Джай ответил Баргу такой же усмешкой и кивнул.

Этот разговор без слов наблюдали все присутствующее. Но, пожалуй, только Лар сумел его понять. Так что даже Лиам не смог скрыть своего удивления, когда рэм сторожевого отряда неожиданно рассмеялся, а потом соскочил со своей лошади.

– Неплохо, мальчик,– сказал степняк по-имперски.

– Что именно?– уточнил Джай, решив не обращать внимания на такое обращение.

– Выглядишь неплохо. По сравнению с тем, что я видел шесть дней назад,– ответил Барг.

Он оглядел их стоянку. Оценивающе посмотрел на Лиама. Коротко взглянул на Лара, и снова повернулся к Джаю.

– Когда выезжаете?– спросил рэм, и на этот раз в его взгляде не было насмешки.

– Сейчас.

– Хорошо. Я дам вам проводника.

Это было не предложение, а констатация факта. Так что Джай только пожал плечами в ответ. Зато Лиам после этих слов напряженно уставился на рэма.

– Он догонит вас к концу дня,– продолжил Барг.

Он снова взобрался в седло и развернул коня в сторону лагеря. Правда, напоследок все-таки обернулся, для того, чтобы коротко бросить через плечо:

– Береги своего рэма, Лиам.

Было ли это пожеланием или угрозой – не ясно. Но в любом случае, им стоило как можно быстрее отправляться в путь. Поэтому, как только Барг и его воины отъехали достаточно далеко, Джай повернулся к Лиаму и сказал:

– Заканчивайте сборы, выезжаем.

– Да, рэм,– ответил степняк, и посмотрел на юношу с какой-то странной смесью уважения и удивления.

А Джай подумал о том, что, наверное, никогда в жизни он не сможет понять степняков.

На то, что бы собрать свои вещи ему понадобилось несколько минут. Хор привел его лошадь, которая была уже оседлана. Юноше осталось только сложить свой соху и привязать его к седлу. Об остальных походных мелочах уже успел позаботиться Лар.

Так что очень скоро отряд из девяти человек двинулся в путь. Лагерь сторожевого отряда остался позади. Как и маленький шатер – все, что осталось от их стоянки.

Отряд двигался на восток. Направление указывал Лиам. Джай и остальные следовали за ним, растянувшись неровной цепочкой. Вообще-то, вести отряд должен был бы рэм. Но по обоюдному молчаливому согласию юноша переложил эту обязанность на плечи Лиама. И не только эту…

По сути, степняк руководил всей жизнью отряда: он распределял обязанности, назначал часовых, выбирал места для стоянок. В общем, делал все то, чем и должен был заниматься командир. Так что сыну герцога оставалось только недоумевать, почему степняк с таким упорством продолжал называть его рэмом.

Отряд двигался не слишком быстро, и первые пару часов Джай уверенно держался в седле. Но уставать он начал задолго до полудня. Юноша старался не показывать этого, но Лиаму хватило пары взглядов, чтобы понять, что с ним происходит. Поэтому, на привал они остановились намного раньше, чем рассчитывал Джай. Хотя ему было немного досадно, что из-за его слабости они не могли ехать быстро, он понимал, что степняк был прав. Если бы он вывалился из седла от усталости, то отряду пришлось бы задержаться намного дольше.

Привал растянулся на два часа, но молодой лорд не возражал и против этого. Он с удобством устроился на своем соху и сделал вид, что задремал, хотя, на самом деле все это время продолжал наблюдать за теперь уже "своими" степняками. Ему даже удалось кое-что о них узнать.

Например, теперь он знал, что высокого хмурого воина с длинными шрамами на обеих предплечьях звали Зим. Он был еще молод (вряд ли старше двадцати пяти лет), но, судя по тому, с каким уважением к нему относились все остальные степняки, включая Лиама, он был далеко не последним человеком в отряде Хейта. Воина с рыжеватыми волосами, ясно указывавшими на то, что не все его предки принадлежали к славному народу детей степи, звали Мааюн. Он был всего на пару лет старше Хора, и, скорее всего, был новичком. Оставшиеся трое, чьих имен Джай пока не знал, определенно были ветеранами. Но старшинство Лиама признавали все. Из общей картины выбивался, пожалуй, только Хор. Он постоянно о чем-то напряженно размышлял. Выглядел обеспокоенным и неуверенным в себе. И молодой лорд не раз ловил на себе его настороженные взгляды.

Отыскав глазами мальчишку, Джай увидел, что тот разговаривал с Ларом. Причем разговор у них был на удивление оживленным. Хотя обычно эльф предпочитал держаться подальше от чужаков. Но, похоже, мальчишка-степняк стал исключением. Чем-то он все-таки понравился Лару, если тот уделял ему столько внимания.

Присмотревшись к эльфу, юноша отметил, что тот выглядел неважно. Бледный, с кругами под глазами он казался измученным. Наверняка, не спал целую декаду. Ведь последние восемь дней ему приходилось присматривать за Джаем. Юноша достаточно хорошо изучил Лара, поэтому был уверен, что тот ни за что не подпустил бы к нему незнакомцев. А степнякам эльф не доверял.

Хотя внешне Лар выглядел совершенно спокойным, это не могло обмануть Джая (он ощущал его напряжение). Стоило бы как следует его расспросить. Но для разговора по душам пока не было ни времени, ни возможности. А использовать другой доступный ему способ, узнать правду, юноша не хотел. Слишком много времени и сил он потратил на то, чтобы создать барьер между своим и чужим сознаниями, чтобы теперь ослаблять его. Мысль о проклятом поводке натолкнула Джая на еще одну догадку, которая ему очень не понравилась. Настолько, что его сонливость как рукой сняло. Словно почувствовав его взгляд, эльф оглянулся и направился к Джаю.

– Что-то случилось, милорд?– обеспокоено спросил он.

– Со мной все в порядке,– ответил юноша, а потом резко спросил.– Она дотянулась и до тебя?

Он не хотел, чтобы кто-нибудь кроме эльфа его понял, поэтому говорил на эльвандаре.

– Кто?– удивленно переспросил Лар (тоже на древнем языке). Вопрос Джая явно застал его врасплох.

– Сейн Ашаль.

Эльф медлил с ответом, но Джай понял его без слов. Понял, что его догадка оказалась верной, и в очередной раз мысленно обругал себя. Потому что последствия его магического эксперимента были еще страшнее, чем он предполагал. Мало того, что он сам едва не погиб, так еще и чуть было не убил Лара. Потому что после того, как были опустошены магические резервы Джая, огненная завеса дотянулась и до эльфа. Для которого наложенный на него поводок стал смертельной ловушкой.

Лар сразу же догадался, о чем подумал Джай.

– Нет-нет, даан,– поспешно произнес он, а юноше снова захотелось выругаться. Ему совсем не понравилось то, как назвал его Лар.