Новобранец - Маркмор Роберт - Страница 72

— Молодец, Джеймс, хорошо поработал. Смотри-ка.

Эварт протянул Джеймсу папку с эмблемой разведывательной службы на обложке. Джеймс открыл ее и увидел черно-белую фотографию Плута, только лет на десять моложе, чем сейчас, и с длинными волосами.

— Это он, — сказал Джеймс и перевернул страницу. Это было стандартное досье МИ-5. Джеймс видел такие несколько раз, когда готовился к операции. Список прегрешений Плута занимал всего три машинописные строки.

Студент Стэмфордского университета, штат Массачусетс. Сосед по комнате — известный правонарушитель Джейк Глэдвелл.

Допрошен. Освобожден. 18 июня 1994 г.

Нарушение правил дорожного движения. Остин, штат Техас. 23 декабря 1998 г.

— Не густо, — сказал Джеймс.

— Я тоже сначала так подумал, — отозвался Эварт. — А потом решил узнать, кто такой этот Джейк Глэдвелл. Он отбывает восьмилетнее заключение в тюрьме Сан-Антонио.

— За что?

— За то, что пытался убить губернатора Техаса на благотворительном празднике. Взрывное устройство нашли до начала мероприятия и разрядили. Служба безопасности схватила Глэдвелла с поличным. Он стоял у ворот отеля с пультом радиоуправления под курткой. Знаешь, кто тогда был губернатором Техаса?

— Кто? — спросил Джеймс.

— Джордж Уокер Буш*. И еще знаешь что? В ту минуту, когда бомба должна была взорваться, вокруг Буша сидели восемь воротил техасской нефтяной промышленности.

— Сегодня Плут болтал с Файром и Уорлдом, — сообщил Джеймс.

— Я отыскал связь между Файром, Уорлдом и Плутом. До того, как попасть в тюрьму, Файр и Уорлд два года проучились в Йоркском университете. У Йорка была программа обмена преподавателями со Стамфордским университетом в Америке. Плут работал в Йорке приглашенным преподавателем. Он два семестра обучал Файра и Уорлда микробиологии, а потом оставил работу и переселился в Форт Гармонии.

— Значит, мы достоверно знаем, что они состоят в «Поможем Земле!»?

— Мы не можем доказать этого. Мы всегда считали, что Плут, Файр и Уорлд замешаны в этой организации. Теперь, когда прошлое Плута установлено, я готов в этом головой поклясться, но твердых улик всё равно нет. Нам остается только продолжать работу и надеяться, что Эмми найдет ниточку раньше, чем бомба взорвется.

Эварт пошарил на заднем сиденье и вручил Джеймсу коробку шоколадных конфет.

— Подари Джоанне, это ее любимые.

Джеймс не на шутку перепугался.

— Откуда вы узнали? Я всего только зашел к ней принять ванну.

Эварт рассмеялся.

— Я слышал нечто иное. А кто с ней целовался?

— Вы что, подсматриваете за мной? — спросил Джеймс.

— Нет.

— Так откуда вы узнали, что мы целовались?

— МИ-5 отслеживает все выходы в Интернет из этой местности. Если всплывает что-нибудь интересное, они ставят меня в известность. Вчера вечером, около восьми часов, Джоанна вышла в чат. Поболтала о своем новом дружке по имени Росс. Сказала, что он красавчик. У него шикарные светлые волосы. Ждет не дождется увидеть его утром на автобусной остановке...

— Надо было сегодня пойти в школу, — вздохнул Джеймс. — А конфеты?

— Я залез в ее анкету на веб-сайте. Она любит шоколадные конфеты, рок-музыку, светловолосых мальчиков и мечтает прокатиться по Америке на «Харлее»*.

— Можете высадить меня возле деревни? Я встречу ее на автобусной остановке и отдам конфеты.

* * *

Он вручил Джоанне конфеты, и она крепко обняла его. Потом они пошли в ней домой, выпили какао, забраковали все клипы в «Хит-параде МТВ» и долго гонялись друг за другом по комнате, щекочась и кидаясь диванными подушками. Джеймс оставался у Джоанны, пока не пришел с работы ее отец, потом ускользнул через черный ход и пошел в Форт Гармонии, сияя улыбкой от уха до уха.

Джеймс начал понимать кошмарные романтические фильмы, которые так любила его мама. В них главный герой вечно попадает в истории из-за женщин. Он до полуночи ворочался без сна и думал о Джоанне.

Джеймс понимал: когда операция закончится, ему придется вернуться в «Херувим», и больше он никогда ее не увидит.

Утром он встал спозаранку и пошел ждать ее на автобусную остановку.

* * *

Когда Джеймс вошел в класс, все глаза устремились на него. Стюарт и Гарт всё утро отпускали ехидные замечания.

— После школы — второй раунд, — пообещал Стюарт, кода Джеймс встал в очередь за обедом.

Джеймсу меньше всего хотелось опаздывать на автобус и терять время, которое можно провести с Джоанной.

— А если прямо здесь и сейчас? — предложил Джеймс. — Без всех ваших приятелей? Слабо?

— Начинай, если хочешь, хиппарь, а мы закончим.

Ребята в очереди заинтересованно прислушивались.

Обычно Джеймс ни за что не начал бы драку там, где все смотрят, но для того, чтобы его отстранили от занятий, лучшего повода трудно было придумать. Джеймс выжидал, а очередь тем временем медленно двигалась вперед.

— Что, кишка тонка? — спросил Гарт.

Джеймс отмахнулся от него: он ждал подходящего момента. Наконец они очутились рядом с кастрюлей тушеной фасоли. Джеймс ударил Гарта в живот, схватил за шиворот и окунул лицом в фасоль. Гарт завопил, горячий соус обжег ему лицо. Стюарт огрел Джеймса подносом по голове. Джеймс двинул его локтем, заставив согнуться пополам, и ударом кулака свалил с ног. Ослепший Гарт визжал как резаный и утирал лицо свитером. Джеймс пинал Стюарта ногами, пока его, кричащего и брыкающегося, не уволокли прочь на глазах у двух сотен учеников.