Смерть придумали люди - Середа Светлана Викторовна - Страница 23

- Это то, что я думаю? - недоверчиво уточнил Женя, когда к нему вернулся дар речи.

Я замешкалась на пару секунд, якобы размышляя над формулировкой ответа, благо неопределенность вопроса это оправдывала. На самом деле мне было важно увидеть реакцию Вереска.

- Луч Воздуха, - ответ полуэльфа меня не разочаровал. - Где вы его взяли?

- В лесу, недалеко от Вельмара. На кусте рос. Этого… как его… - я беспомощно взглянула на Женю, но тут же вспомнила название, - итиля!

Вереск сардонически улыбнулся:

- Юлия, если вы уж взялись врать, так ознакомьтесь с историей вопроса. Итиль не растет на территории Союзных Королевств.

- Она не врет, Вереск, - покачал головой Женя. - Не знаю насчет камня, но итиль я видел своими глазами.

- Юль, можно? - попросил Костя.

Я щелкнула указательным пальцем по камню, и он легко заскользил по гладкой поверхности скатерти. Костя придирчиво осмотрел его со всех сторон, понюхал и даже осторожно дотронулся языком. Потом пожал плечами и передал артефакт Вереску, который повторил ту же цепочку манипуляций, только с более невозмутимым лицом. Женя подошел к вопросу еще более тщательно - не поленился переместиться к окну и осмотреть все грани минерала под ярким солнечным освещением. Наконец, он вернулся к столу и озвучил, очевидно, общее мнение мужской части компании:

- Камень как камень. Похож на топаз или аквамарин. Чистый, но ничего особенного.

Я обвела троицу недоверчивым взглядом. Издеваются, что ли?

- По-вашему, теплый камень - это ничего особенного?

Теперь уже они уставились на меня, Костя и Женя удивленно, Вереск - разумеется, с подозрением.

- Юль, - осторожно сказал Костя. - Ты о чем?

- Вы что, шутите? - я непочтительно выхватила камень из Женькиных рук. - Он ощутимо теплее температуры тела. Вы считаете, это нормально?

- Разрешите? - Вереск протянул руку, и в течение краткого мгновения мы держались за камень вдвоем.

- Черт! - вскрикнула я, разжимая пальцы.

Полуэльф, повторил мой жест, сопроводив его еще более экспрессивным выражением.

Луч Воздуха с глухим стуком плюхнулся на кремовую скатерть и снова притворился безобидной стекляшкой.

- Он горячий! - Он ледяной! - синхронно пожаловались мы с Вереском.

- Так горячий или ледяной? - дотошно уточнил белль Канто.

- Обжигает, зараза! - сказала я.

- Если только холодом, - упрямо возразил полуэльф.

- Попробуйте еще раз и разберитесь, наконец, в своих ощущениях.

- Сам пробуй, экспериментатор! - возмутился Вереск.

- Я бы с удовольствием, но мы с Юлей уже обменивались артефактом, и никаких аномальных скачков температуры не наблюдалось.

Вереск метнул в Женьку сердитый взгляд, но все-таки поднял Луч со стола и протянул мне. Наши руки снова встретились на полированной поверхности топаза. Я зашипела от резкой боли, но пальцы не разжала, и через несколько секунд с удивлением обнаружила, что жжение, хоть и неприятно, но вполне переносимо. Судя по тому, что полуэльф не бросил камень в первое же мгновение, он пришел к тому же выводу.

"Ты забираешь у него Силу", - меланхолично проинформировал внутренний голос.

- Ой! Извините, - я отпустила Луч и перепугано посмотрела на Вереска. - С вами все в порядке?

- В полном. А что?

- Ну… мне показалось, что камень вытягивает из вас Cилу и передает мне, - я смутилась, понимая, как глупо это звучит. Всем известно, что полуэльфы с "человеческими" глазами - то есть рожденные женщиной-человеком от мужчины-эльфа - не владеют магией.

- Я shinnah'tar. "Обделенный Силой", - холодно сообщил полуэльф. - Пустышка.

Превосходно. Теперь он будет думать, что я над ним издеваюсь.

- Однако признай, Вереск, что-то странное здесь есть, - вступился за меня Женя. - Ни я, ни Костя не реагируем на этот камень. Кстати, надо будет проверить его на других местных жителях - пока что это единственный критерий, по которому вы с Юлей отличаетесь от нас… А в изученных тобой манускриптах ничего на эту тему не было?

Взгляд полуэльфа расфокусировался - Вереск инспектировал кладовые памяти.

- С определенной натяжкой сюда может подойти легенда о Хранителях, - неохотно признал он. - Точнее, это даже не легенда, а обрывочные сведения из различных источников. Суть в том, что в конце Смутной Эпохи, когда Найэри покидали этот мир, они оставили Лучи людям, выбрав для каждого камня своего Хранителя. И якобы потомки этих четырех Хранителей до сих пор каким-то образом связаны со своими Лучами. Есть мнение, что некоторые из великих человеческих чародеев, например, Аллотар Повелитель Воды, были таковыми благодаря Лучам. Но прямых доказательств нет. И уж тем более нет никаких упоминаний о том, что Хранителем может быть человек из другого мира.

- Любопытно, - задумчиво произнес Женя (насколько я успела заметить, это было его любимое слово). - Запишем эту загадку в список тех, которые нам предстоит разгадать.

- Что ты хочешь сказать этим "нам"? - встревожился Вереск. - Ты что, все-таки берешь ее с собой? Белль Канто, ты псих! Как будто без нее вся эта история выглядит недостаточно паршиво!… Имей в виду - я тогда тоже в деле. Должен же кто-то прикрывать твою спину.

- Отлично, - улыбнулся Женя. - Ты нанят.

Полуэльф фыркнул и, скрестив руки на груди, уставился в дальний угол, всем своим видом показывая несогласие с политикой партии.

Женя повернулся ко мне:

- Теперь с вами, барышня. В экспедиции я - царь, бог и воинский начальник. Если я говорю бежать, значит, бежим. Если я говорю лететь, значит, отращиваем крылья и летим. Без моего приказа никуда не лезть, рта не раскрывать. Это понятно?

Я вскочила, вытянулась в струнку и бойко отрапортовала:

- Есть, сэр! Слушаюсь, сэр! Так точно, сэр!

В наступившей тишине раздались редкие издевательские аплодисменты - Вереск оценил мое лицедейство по достоинству.

Мда. Похоже, поход обещает быть веселым.

Остаток дня прошел продуктивно, но мучительно. Женские глянцевые журналы называют этот вид пытки гламурным словом "шоппинг". Белль Канто выразился попроще - "закупать шмотки", но смена названия ни в коей мере не облегчила мою жизнь.

Вообще- то, я не отношусь к тем снобам, которые презрительно именуют поход по магазинам "развлечением для блондинок". Бывало, что и я после зарплаты проводила не один час в "магазинном загуле" -и получала от этого удовольствие. Но это были мои деньги, и покупала я то, что нравится мне!

Во время закупки одежды и снаряжения для экспедиции мне было позволено высказываться только на одну тему: удобно ли сидит одежда, не сваливаются ли штаны, не жмут ли башмаки. Никого не интересовало, устраивает ли меня фасон костюма или цвет башмаков. Да что там цвет - мне даже зеркало не давали. Критически осмотрев меня со всех сторон, Женя небрежно бросал: "Берем. Упакуйте" - и утаскивал в следующую лавку.

К вечеру я была совершенно вымотана, сил не хватило даже на ужин. Когда я, спотыкаясь на каждой ступеньке, поднималась в спальню, меня догнало последнее Женькино предупреждение:

- Разбужу затемно!

…Так и получилось. Мне показалось, что я едва успела уронить голову на подушку, как в дверь забарабанили, и отвратительно бодрый голос нашего командира произнес:

- Юля, подъем! Собирайся быстро - на рассвете встречаемся с Вереском у городских ворот. Завтракать будем по дороге.

Когда раздался очередной стук в дверь, я вела неравный бой со шнуровкой на высоких сапогах. Правый каким-то чудом удалось затянуть более или менее удобно, но с левым я возилась безрезультатно уже минут десять - шнуровка то пережимала ногу в голени, то оставляла добрых полтора пальца свободного пространства в подъеме.

- Войдите! - не разгибаясь, крикнула я.

Дверь распахнулась. Мимо меня деловито протопали коричневые Костины башмаки, остановились под окном и развернулись в мою сторону.