Пари для магов - Тройнич Яна - Страница 5

Вдруг этот тип нагнулся, и в руке у него оказался кусок кирпича. Я подскочила и изо всех сил ударила ногой по его запястью. Откуда что взялось? В кино, что ли, такой прием подсмотрела? Впрочем, по всем представлениям о благородных героях из фильмов я должна была бы небрежно носком туфли подбросить обломок и вернуть его врагу. Но своя рубашка ближе к телу. Может, и водились во времена рыцарства такие обычаи, но они давно канули в лету. Мне получить кирпичом по голове совсем не хотелось. Да и какое уж тут благородство, когда представитель сильного пола напал на беззащитных дам?

От зонтиков остались одни воспоминания. Я дубасила противника обломком и даже не заметила, что вокруг нас собралась толпа. Наконец враг вырвался и позорно бежал. Ура! Победа осталась за нами!

Не ожидала от себя подобной прыти… Сражение мне очень даже понравилось. Вот ведь как можно вывести человека из душевного равновесия! Всегда была тихая, спокойная, интеллигентная. Если и вступала в баталии, то только в словесные. Отчего вдруг так переменилась? Видно, пагубно повлияло современное телевидение: надо меньше смотреть боевики. Я ужаснулась: если уж пожилой даме так мозги запудрили, то что говорить о молодых? Написать, что ли, депутатам Госдумы? Пусть примут какой-нибудь закон о запрете насилия на экранах, а то уже и старушки в драку бросаются.

Прохожие обменивались мнениями, в основном вполне для нас положительными. Какой-то мужчина даже угостил шоколадкой. Как он сказал: «За доблесть и смелость». При этом с интересом рассматривал меня и как-то удовлетворенно улыбался, потирая нос.

Мы с подругами переглянулись. Молодцы, бабушки! Не испугались вонючего козла! А почему мы должны терпеть унижения? В Библии, правда, сказано, что, если ударили по одной щеке, подставь другую, но что-то вон в Израиле и святые отцы бьются на кулачках, как заправские бойцы, позабыв об этой заповеди. Хотя, конечно, не женское дело – вступать в бой, да еще в таком возрасте.

Я осмотрела себя. Куртку зашью, а синяки со временем пройдут. Как говорится, до свадьбы заживет. Хотя в нашем возрасте уместнее думать о другом торжественном мероприятии. Но покидать грешную землю пока еще ох как не хочется.

Весь вечер мы с подругами перезванивались, вспоминая детали сегодняшнего происшествия. И с удовольствием напевали друг другу, что у маркизы все хорошо. Тем более что нашей болтовней мы никому не мешали. Я сейчас жила одна: дочь с мужем в Америке, Галка отправила внуков на дачу к сестре, а жизнь Иры скрашивает только большой сиамский кот, в котором подруга души не чает. Хотя для окружающих этот зверь – исчадье ада. Видно, по ошибке душа бойцовой собаки вселилась в тело кота. Мыши его совершенно не интересуют, а вот для людей, входящих в квартиру, он представляет серьезную опасность. Если подруга кого-то ждет, то закрывает кота в спальне. Пару раз она забыла это сделать, и гости от Иры отправились прямиком в больницу.

Магистр Элг

Я проснулся. Голова слегка кружилась. Частые перемещения между мирами привели к тому, что иногда я даже забывал, где нахожусь. Обвел комнату взглядом. На хрустальном постаменте привычно возвышался артефакт-шар. Значит, я дома.

Обычно магическая голова приветствовала мое пробуждение, но сегодня выглядела мрачной и недовольной. Почему-то сразу почувствовал, что причина не только в моем дружеском споре с Таргом.

Спорить на эту вещь, конечно, было нельзя. Никогда и ни при каких условиях. Особенно в таком состоянии, в котором я пребывал тогда. Повел себя как последний дурак. Какие демоны толкнули меня на подобную глупость, если не сказать преступление? Испытывая чувство вины, не выдержал:

– Извини, не должен был так поступать.

Шар, вопреки обыкновению, не поднялся в воздух, а остался на месте. Медленно прорезались глаза и рот. На миг померещилось, что во взгляде артефакта промелькнуло торжество и еще какое-то непонятное чувство. Длилось это всего секунду, но по телу пробежали неприятные мурашки.

Артефакт заговорил, и на душе стало еще более скверно. В обращении явственно прозвучала насмешка:

– Два «достопочтенных магистра» забыли обо всем на свете. Наказали себя оба, кто бы ни выиграл.

Похоже, шар всерьез оскорбился.

Артефакт язвительно продолжил:

– Поспорить захотелось? Что ж, мне и самому будет интересно понаблюдать…

На миг замолчал. Словно сделал для себя какой-то вывод. И ухмыльнулся.

– А ведь дама для своих лет довольно привлекательна. Я награжу ее: за каждый случай, из которого выкарабкается, будет становиться на год моложе.

Показалось, что рот растянулся в загадочной улыбке.

– Найти дорогу к сердцу этой ниндзя будет ох как непросто!

Я не очень ласково помянул даму Елену, которой пришла в голову идея стать разведчиком-диверсантом. На что последней фразой намекал артефакт? При чем тут сердце? Вряд ли я воспылаю чувствами к этой непредсказуемой женщине.

Вздохнул: на кой мне понадобился этот спор?! Ну, ничего не поделаешь. Самое неприятное, что теперь будет нужно много времени проводить в мире землян. И значит, менять все личные планы. А я ведь почти решился сделать предложение дочери главы королевского совета. Жена умерла давно, боги не благословили наш союз детьми, время идет, а наследник роду нужен. Да и за Гором скоро приглядывать не придется. Парень женится на кузине правителя и перестанет мотаться по соседним мирам. А вот мне, вместо того чтоб нежиться с молодой супругой в мягкой постели, предстоит гоняться за сумасшедшей ниндзя. Радует лишь то, что магистру Таргу тоже придется несладко. Хотя ему проще – он убежденный холостяк, и в нашем мире его не держит вообще ничего. Я позлорадствовал: приятно, что не одному страдать! Тем более пари – полностью затея старого друга-конкурента. Конечно, он в тот момент был изрядно пьян, но мог ведь и отказаться, когда протрезвел.

Я взглянул на шар и удивился: глаза его были широко раскрыты и в них светилось что-то похожее на удовлетворение и… победу. Появилось чувство, что мы стали просто игрушками в его руках. Я с досадой плюнул: рук ему как раз и не хватает! Захотелось послать весь спор куда подальше, пока не поздно, но… пари заключено, значит, придется бороться. Я вновь взглянул на артефакт. Поверхность его снова была гладкой.

Елена

Спустя несколько дней после памятной битвы с алкоголиком я решила навестить Галку. Подходя к ее дому, заметила, что туда же направляется и бывший зять подруги в сопровождении особы весьма вульгарного вида. Взлохмаченные рыжие волосы и яркий вызывающий макияж создавали впечатление, что девицу готовили к выступлению на плохо освещенной сцене, а потом забыли смыть грим.

Зять решительной походкой вошел в подъезд, а его пассия с сигаретой в руках расположилась на скамейке у дома. Я рассудила, что раз девица осталась, то вряд ли мужчина пробудет у Галки долго. Пожалуй, подожду, пока он уйдет… Я скромненько устроилась на соседней лавочке.

Вскоре из подъезда появилась еще одна дама. Я уже «имела честь» быть с ней знакома и знала, что она из тех, кто просто не может представить себе дня без разговоров и сплетен. Стоило кому-то присесть на скамейку, как она тут же оказывалась рядом, в предвкушении узнать хоть что-то, в курсе чего еще не была.

Женщина внушительных пропорций обосновалась на одной лавочке с размалеванной девицей и недолго размышляла, о чем заговорить:

– Что, Петровна, Галину ждешь? Вроде я не видела, чтоб она выходила.

Интересно, у нее за всеми установлено круглосуточное наблюдение? Все-таки в доме под сотню квартир, трудно уследить, кто ушел, кто пришел.

Я постаралась незаметно показать глазами на ее «напарницу» по лавочке. Не знаю, поняла ли любопытная соседка мой намек, но с Галины переключилась на меня и затянула:

– Ой, Петровна, сколько лет тебя знаю, а ты не меняешься. И не толстеешь, и выглядишь хорошо. Вот что значит, когда у человека ни хлопот, ни проблем. Поди, дочка-то заботится о тебе, деньги присылает. А мы тут живем на нищенскую пенсию…