Странник - Круз Мария - Страница 76

Оглядываясь по сторонам, дошли до ворот. Заперты. Заглянули за угол — и дверка в боковой стене заперта.

— Придется ломать.

Шуметь не хочется. Нет, понятно, что самолет нашумел куда больше, но вот именно ломать что-то в этой глухой тишине… как-то не очень. Но никуда не денешься. Да и мотор пикапа работает, не глушим.

Сломать оказалось несложно. Ломиком чуть отогнули край алюминиевой двери, всунули туда гидроинструмент, включили на разжатие — и секунд через двадцать язык замка с треском проломился через косяк.

— Роняем все, заходим аккуратно.

Брякнуло железо, включились фонари на автоматах, мы вошли.

Запах машинного масла и пыли, заодно помоями чуть-чуть. Не мертвечина, просто еда где-то испортилась, холодильник был, наверное, или забыли что-то. Шесть самолетов. Тут не ангар, тут мастерская, их чинят. Никаких угроз не вижу вроде как, тут все просматривается. И через окна вверху света вполне достаточно попадает, Тьма не заведется.

— Не то, — сразу сказал Джон.

— Вижу. Выходим.

Следующий ангар опять ничем не порадовал, просто три самолета внутри. Потом ангар поменьше, на два самолета, и опять безрезультатно. Но сам я при этом как-то успокоился: уже пошла рутина. Сели в машину, чуть сдвинулись, вскрыли дверь, вошли, огляделись, вышли. Все, пошли дальше. Никто не напал, никто не обстреливал. Каждые пять минут связь с Бобби Джо — они никого не видели, он с Настей в самолете.

— Вертолеты. — Я увидел шесть винтокрылых машин, стоящих в хаотичном порядке на площадке.

— И один из них конной полиции, — добавил Джон, показав на него. — Нет, два, вон еще один.

Точно. Синяя балка хвоста, белая кабина с оранжевой и желтой полосой, герб, надпись «полиция». Под кабиной висит массивный шар с окошками — тот самый ФЛИР. Садись и летай, и вниз поглядывай в терморежиме, все как на ладони. То, что надо нам… если сумеем забрать. Может, трейлером пока вывезти, а? Черт, не знаю, как это сделать.

Вытащил блокнот из кармана, записал в него название, прочитанное на борту: «Eurocopter AS350». Так, «еврокоптер»… а запчасти для него в этом полушарии как находить, интересно? Или они есть?

Вон еще «еврокоптер» в такой же раскраске, поменьше, кабина пузырем, вроде того MD500, что я присмотрел на базе. И тоже с ФЛИРом! Это прямо… просто праздник какой-то. Правда, мы сюда за самолетами прилетели, нам бы их найти…

— А самолетов не вижу.

— Может, их и нет, — тихо сказал Джон. — А может, стоят где-то.

Опять «эффект пустого тихого места», говорим все шепотом, хотя мотор пикапа шумит куда громче, чем мы разговариваем. Но вот так.

Офис торговцев самолетами в маленьком щитовом домике, затем офис непонятно какой компании, затем заправка с большой белой цистерной, возле нее грузовик-заправщик. Затем опять большой ангар.

— Посмотрим.

Что мне все же покоя не дает, а? Как будто смотрит мне кто-то в спину пристально, а такое ощущение у меня возле Тьмы возникало, верно. Но при этом Тьмы здесь нет. Вблизи точно нет, не может ее быть, я бы почувствовал, мы с ней уже друг друга узнаем, я абсолютно уверен в том, что обмануться с этим не могу. Словно тянет меня куда-то…

Остановились у большого ангара с пристроенным сбоку офисом, вышли, взломали дверь.

— Бинго! — Роб начал уже повторяться.

— Это «пилатусы», — сказал Джон.

— Вижу.

Два винтовых одномоторных самолета с острыми вытянутыми носами. Никелированный кок пропеллера. Небольшие, но и не самые маленькие, пять иллюминаторов в борту. Белые, оранжевая и желтая полосы по фюзеляжу, ниже широкая синяя. Два шара ФЛИРов под крыльями у одного. Выглядят новыми, просто новыми.

— Что делаем? — спросил Роб.

— Ничего, — ответил я. — Все равно гнать некому. Посмотрим, что еще есть на аэродроме, и уходим.

— Жалко бросать.

— Мне еще жальче, чем тебе, я жадный до страсти, но видишь — держусь. Никто их не тронет. До сих пор не трогали, так зачем трогать теперь? Здесь и нет никого, наверное.

Подтащил стремянку, заглянул в иллюминатор одного из самолетов — два кресла всего, какие-то блоки и несколько мониторов на кронштейнах. Второй самолет оказался обычным, но думаю, что тоже пригодится. «Пилатусы» очень далеко летают на одной заправке, я специально о них почитал что нашел, так что пригодится. Может, нам и пригодится.

— Так, где ключи и прочее может быть?

— Там на соседнем домике табличка была, думаю, что все там, — сказал Джон.

А я пропустил. Рассеянный какой-то.

Вышли аккуратно из ангара, огляделись — по-прежнему ничего. Тихо так, спокойно, если бы странного не чувствовал, то вообще бы замечательно все. Но приклад все равно у плеча постоянно, голова как антенна локатора крутится. Трудно человеку в пустынных местах, если эти места по определению должны быть людными. Странно это, что-то внутри тебя бунтует и говорит, что так быть не может, что-то совсем неправильно, что лучше бы уйти отсюда. Или снова наполнить место людьми. Как нашу базу в Колд-Лэйке, например. Или даже в Грейт-Фоллзе.

Точно, прямо рядом с ангаром домик, на нем табличка с гербом и аббревиатурой RCMP. Не заметил.

— Проверьте, я вход проконтролирую, — сказал я.

Никто не удивился, хоть это и отступление от плана, обычно я вхожу, а контролировать вход могу кого-то оставить. Но все странное чувство беспокоит, пропускаю я что-то, мне сейчас сосредоточиться надо.

Дверь в офис оказалась незапертой, Роб и Джон вошли внутрь, я остался снаружи. Присел на колено, выбрав позицию так, чтобы меня самого сразу не разглядеть было издалека, заодно пожалел, что нет городского камуфляжа: на фоне ангаров он был бы лучше. Или серого, как у американцев.

Так, чего это я возбудился? Что я чувствую?

Доверился «радару», пытаясь уловить хотя бы направление на источник беспокойства. Но так и не уловил, что-то в стороне города, кажется.

Вызвал Настю:

— Ты ничего не чувствуешь?

— Ты тоже? — вроде как удивилась она. — Маетно как-то, да? Беспокоит что-то. А напарник мой в порядке, даже напевает.

Говорили по-русски, поэтому она и Бобби Джо по имени не назвала, чтобы он не понял даже, что его упомянули.

— А где чувствуешь?

— Не знаю, везде… нет, не знаю.

Перед ней пассажирский терминал. Что-то в нем? Он почти сплошь стеклянный, для Тьмы последнее место, чтобы завестись. И с чего ей здесь заводиться, если близко людей нет? Либо Тьма мутным пятном себя проявляет — тогда да, в любом месте может возникнуть, а вот в темных подвалах, например, только близко к людям. Это она уже так охотится, или там нападает, не знаю, как правильно это назвать. В пустынном месте заводиться ей резона нет, лишь бестолковая трата ресурсов, если это понятие к ней применимо. Но смысла нет в любом случае.

Так что это все же?

Роб с Джоном вышли довольными, Джон нес пластиковую коробку с ключами и бумагами.

— Все с бирками, здесь и от самолетов, и от вертолетов.

— Отлично. А говорили, что без ключей.

— В моем слое без ключей, а здесь с ключами оказались, — пожал плечами Джон.

Стащив с себя рюкзак-однодневку, я просто высыпал все содержимое коробки туда, а потом натянул его обратно. Теперь, случись что, я его уже здесь не забуду.

— Дальше посмотрим.

Самолеты, самолеты, машины, самолеты. Названия в рацию диктую Насте, от нее отзывы поступают. Она еще и записывает, на будущее. Заинтересовал ее небольшой и вроде даже ничем не примечательный самолет «Mooney», про который она сказала, что это самый быстрый самолет своего класса с самой большой дальностью полета.

— Это как далеко он летит?

— Если мы вдвоем и с чемоданами — тысячи четыре километров. С этого материка до Европы, например.

— Ничего себе! — заодно только сейчас осознал, насколько далеко летает тот же «пилатус».

А если из него еще все лишнее выбросить? Сиденья пассажирские и прочее? Пару сотен километров еще добавит? А ведь наверняка. Или просто больше груза можно взять для баланса. А ведь самолетик маленький, вроде «сессны», совсем не впечатляющий, так что особенно интересно.