Школьный Надзор - Шушпанов Аркадий Николаевич - Страница 53

– Все Антитрение – на северную сторону, – распорядился Стригаль.

Дреер посмотрел на экран, что давал вид с Мойки. Тамошние оборотни и примкнувшие к ним Иные тщетно пытались вскарабкаться по ступеням широкой лестницы и неизменно скатывались вниз.

– Активируйте статую, – приказал Стригаль.

Всадник в образе российского императора, одетого в римский наряд и увенчанного лавровым венком, соскочил с пьедестала. Тот, однако, не остался пустым. Памятник как будто разделился на два: по-прежнему мертвый и вполне живой.

Ближние оборотни шарахнулись, а затем принялись окружать всадника. Могучий конь расшвырял их несколькими ударами копыт и поскакал вдоль по аллее – туда, где подтягивались более сильные Темные.

– Впечатляет, – не выдержал Дмитрий. – Вы подвесили заклинание на памятник?

– А кто сказал, что памятник не может быть артефактом? – отозвался Стригаль. – Его все равно надо было разрядить, не оставлять же этим…

– Что им вообще здесь надо?

– После того как Дозоры вывели из строя, в городе началась анархия. В основном, конечно, среди Темных, а большинство из них здесь к тому же весьма… хм… молоды. Договор они соблюдают только из-под палки. Светлые отнеслись ко всему более ответственно, это нужно признать. Да их и меньше намного в любом случае. Инквизиция принялась жестко и последовательно наводить порядок.

– Представляю себе, – не мог не вставить Дмитрий.

– Нет, не представляете, – спокойно ответил Стригаль. – Тогда прошел слух, что если уничтожить нашу резиденцию, то карать будет некому. А заодно, что в подвалах Михайловского замка – главный во всем округе схрон артефактов, включая менторские. А большинство Темных здесь, опять же, слабосильные. Им потребовались сутки, чтобы объединиться. Результат вы имеете честь наблюдать.

– А что, это правда, насчет схрона?

– Наставник Дреер, вы сами служите в Инквизиции. Среди нас много разных… – Стригаль выразительно смерил Дмитрия взглядом. – Но идиота ни одного! Михайловский замок никогда не был настоящей резиденцией. Как и не был настоящим замком. Эти стены не сумели защитить русского императора. Неужели вы думаете, что мы поместим сюда что-то реально ценное?

– Зачем же тогда эвакуация?

– Кое-что здесь все же было, чтобы поддержать легенду. Вроде Ларца из Вечного Железа, его хранили со времен Павла. И кроме всего прочего – архивы. Их же надо было где-то складировать. Так… – Стригаль прервал монолог и посмотрел мимо Дреера, причем не на экран, а прямо в магический шар. – Они справились со всадником. Что же, теперь вместо прадеда ударит правнук. Вензеля!

Этого заклинания Дмитрий не знал. Скорее всего Инквизиторы подвесили его к вензелям императора Павла на фасадах здания, но дистанционно подпитывали энергией, потому что эти архитектурные «амулеты» оказались многозарядными. С вензелей срывались их огненные отпечатки, похожие на знаки Карающего Огня, и настигали то одного, то другого нападающего. Живые мишени метались, опутанные сетью мерцающих разрядов.

– Больно, но не смертельно, – откомментировал Стригаль, увидев, какое выражение появилось на лице Дмитрия. – Сугубо оборонительная магия. А вы посмотрите вот на это… – Он показал в угол экрана, где виднелся участок Фонтанки.

– Туман? – Дмитрий вглядывался в почти прозрачные белесые клубы.

– Пар! – ответил Стригаль. – Мы накрыли замок магическим щитом, который поглощает фаерболы. Иначе бы здесь уже все горело. Вы их даже не видите. Сфера подпитывается от ударов, а излишки отводит в реку. Кстати, и взгляните, как хорошо оборотни умеют лазать!

Вот это как раз Дмитрию было не в диковинку. Вообще-то даже обычная собака при известной сноровке может забраться на дерево. Конечности же оборотней были куда более цепкими, а разум волкулаков хоть и сильно искажался при трансформации, однако сообразительности как таковой не терял.

Поэтому вервольфы карабкались по стенам не хуже скалолазов. Теперь они атаковали западный фасад.

– Сбросьте их, – приказал Стригаль.

Что там активировали сейчас, осталось неясным, но лазальщики осыпались со стены. Кого-то даже швырнуло в дышащую паром Фонтанку, и оборотень выскочил оттуда, вонзая когти в щели каменной облицовки. Дмитрий решил, что фраза «как ошпаренный» сейчас очень к месту.

– Они замкнули круг, – сообщил оператор магического шара. – Наращивают мощь. Минута до прорыва щита.

– Усильте, – сказал Стригаль. – Пусть до прорыва будет минуты три-четыре. В подземельях теперь все чисто?

– Да, Константин Сергеевич, – немедленно отозвалась Ива. – Только…

– Что?

– У них заложники в Западной кордегардии. Три молодые девушки и один ребенок. Видите? – Девушка ткнула пальцем в шар.

Дмитрий, если честно, ничего там не увидел, кроме серой дымки. Он только знал, что кордегардиями вроде бы зовутся два павильона в начале Кленовой улицы. Об этом на летней экскурсии рассказывала еще Тамара.

– Могут подумать, что защита слишком сильная, и решиться на жертвоприношение.

– Хорошо. Уходим немедленно. Аппаратуру бросить, с собой – только шары и артефакты. Ива! – Стригаль впервые назвал Инквизитора по имени. – Лично проведешь группу зачистки в кордегардию. Людей освободить, память стереть. Всех Темных, кого там найдете, даю право развоплотить на месте, без Трибунала. Кордегардию покинуть как можно быстрее. Понятно?

– Так точно! – Голос Машковой зазвенел, как вынутое из ножен лезвие.

Дмитрий понял, что не хотел бы сейчас оказаться на месте Темных в кордегардии. А еще догадался, почему Стригаль посылает туда главной не кого-нибудь, а Иву. Хотя наверняка под серыми балахонами тут скрываются и куда более опытные боевые маги.

Просто уровень прокачивается лучше всего именно так: в бою и эмоциональном накале.

В воздухе под ажурными люстрами расцветали призмы порталов. Инквизиторы четкими выверенными движениями сорвали с подставок хрустальные шары. Один экран тут же погас, другой продолжал транслировать виды с камер.

Порталы затягивались за серыми балахонами, как будто здесь только что были призраки замка. Дмитрий мгновенно потерял Иву из виду.

Призма раскрылась и перед Стригалем. Тот без лишних церемоний подтолкнул к порталу Дреера.

– Мы бросаем замок на разграбление? – Не веря, Дмитрий обернулся.

– Увидите. – Стригаль пихнул его в грудь, проталкивая в пространственную дыру, словно новичка-парашютиста – в люк «кукурузника».

Дреер не сумел удержать равновесие…

Но упал почему-то в мягкое кресло. Даже руки приземлились точно на подлокотники. Видимо, у Стригаля оказался большой опыт по части доставки.

Сам бывший глава школьного Надзора тут же обрисовался в соседнем кресле.

Не успев толком отойти от шока перехода, Дмитрий уже вертел головой, стараясь уразуметь, куда его занесло на этот раз.

Конференц-зал. Явно на одном из последних этажей высотного здания – а в Питере их не так уж много. А то, что это все еще Питер, сомневаться не приходилось, достаточно беглого взгляда на улицу через окна.

П-образный стол. По всей длине расставлены плоские мониторы, между ними – бутылки с минералкой.

Могло показаться, что в зале собрались несколько бизнесменов обсудить проект. Могло – если бы не хрустальный магический шар среди мониторов и не одежда половины собравшихся – знакомые серые балахоны. Другая половина оделась в строгие и недешевые деловые костюмы. Впрочем, далеко не все тут были Инквизиторами. Кое-кого Дмитрий знал. Но его как будто не заметили, обратив взоры только на Стригаля. А кто-то даже не отвернулся от экрана большого телевизора рядом с президиумом. Роль этого президиума как раз и выполняла поперечина П-образного стола. Шар находился там.

– Константин, докладывайте, – без всякого приветствия сказал черноволосый полноватый мужчина.

Дмитрий знал этого Иного. Эдгар, некогда глава Дневного Дозора Эстонии, внешне абсолютно непохожий на прибалта. Два года назад стал отвечать за восточноевропейский сектор после гибели предыдущего куратора, Витезслава Грубина. Он всегда приветствовал курсантов из России и ее ближнего зарубежья, когда те начинали обучение в Праге.