Школьный Надзор - Шушпанов Аркадий Николаевич - Страница 68

Но больше Дреера удивило, насколько легко теперь все получалось. Раньше он бы пыжился, вспоминал, бормотал заклятия, а теперь едва ли не щелчком пальцев все делал, причем заранее ничего не готовил. М-да, вот тебе и Высший. А значит, он может и…

Словесник немедленно проверил свою мысль, разорвав Сеть на Маше. Девочка удивленно смотрела на него и тяжело дышала. Дреер рывком усадил ее, сам оказался за спиной и крепко надавил несколько точек на голове и шее, заодно вливая туда Силу. Почти сразу же увидел, как снова запульсировала Машина аура.

– «Щит мага» помнишь, как ставить? – спросил он в затылок нагайне.

Маша кивнула.

– Помоги Стасу и накройтесь оба щитом. Уползите с глаз долой в кусты или вон в тот павильон. Не перекидываться, сидеть ниже травы. Ясно?

Девушка опять кивнула, не оборачиваясь.

– Где Анна? – спросил Дреер.

– В Пирамиде, – ответила Маша.

Инсталлированная Стригалем память тут же выдала Дмитрию образ серого строения, похожего на усыпальницы египетских владык. Правда, около этой усыпальницы всего лишь хоронили дохлых собачек Екатерины Великой.

Вопросов больше не осталось. Дреер не удержался и закончил свои целительские манипуляции легким подзатыльником, после чего рыкнул:

– Приказ выполнять!

Маша вскочила и поспешила к Стасу. Дмитрий глянул через второй слой на повязанных Инквизиторов, плеснул еще энергии в их магические путы. Чуть подумал, сделал несколько пассов и запустил в траву целый выводок Канцелярских Крыс. Потом еще, еще и еще. А теперь он мог без всяких усилий производить их полчищами.

«М-да, наставник Дреер, – сказал себе. – Мало было этому парку одной коричневой чумы. Впрочем, подобное лечим подобным, и на Серую чуму напускаем другой цвет. Все по-нашему, по-Иному. Все во имя равновесия и Договора. Одно хорошо, эти грызуны ничего здесь не съедят, кроме способностей некоторых типов в сером. Мышка бежала, хвостиком махнула…»

Совершив этот коварный инквизиторский ход, Дмитрий вышел из Сумрака.

Путеводная память, глубокое мерси Стригалю (Дреер надеялся, что еще живому), продолжала служить верой и правдой. Словесник больше не нуждался в серебристом клубке из сказки, потому что отлично представлял, как добраться до Пирамиды. А теперь дорога через нормальный человеческий мир была самой короткой.

Но идти прогулочным шагом, любуясь красотами ночного парка, увы, было нельзя. Дмитрий опять выбрался на Рамповую аллею и припустил во весь дух. В интернате он приучил себя бегать по утрам, и сейчас это помогало. Однако Дреер все равно жалел, что не может обернуться серым волком. Уровень вполне позволил бы ему трансформироваться, но вот беда – словесник даже в теории не знал, как перекинуться.

Сначала он выбежал к мосту. Внутренний справочник подсказал, что это именно Мраморный (ссылка – Палладиев) мост, но своими глазами Дмитрий увидел его впервые. И невольно на пару секунд вообще забыл, для чего здесь оказался, потрясенный красотой, абсолютно чуждой всему окружающему, но в то же время невероятно гармонично вписанной в темный пейзаж под звездами. Когда же опомнился, то увидел, что вход закрывает решетка. Можно было опять войти в Сумрак, но Дмитрий плюнул и двинул в обход. Хоть он теперь и Высший, но становиться живой мишенью над протокой – увольте.

От моста до Пирамиды оставалось несколько десятков шагов.

Вот теперь Дреер все-таки зашагнул на первый слой. Пирамида была все такой же серой и мрачной, облицованной прямоугольными гранитными плитами. Однако в Сумраке сохранились давно исчезнувшие в мире людей мраморные колонны по углам. И над вершиной полыхало марево, словно внутри кто-то развел магический очаг.

А еще вход, забранный решетчатой дверью, был открыт.

Но войти Дрееру не позволили. Впрочем, и врасплох застать не смогли. Он почувствовал, как нечто метнулось сверху, и просто упал. Нечто пронеслось над ним, разочарованно хлопая крыльями. Когда Дмитрий вскочил, на кончиках его пальцев уже зажглись искры, и каждая из них была готова развернуться в Сеть Инквизиции.

Гигантская летучая мышь, едва не схватившая словесника, делала круг над Пирамидой, тщательно обходя энергетический поток. А затем рухнула вниз и превратилась в Артема Комарова, заслонившего вход.

– Это ты Стригаля цапнул? – без предисловий спросил Дмитрий.

– Ага, – сказал Комаров, сверля Дреера ненавидящим взглядом, будто старался этим глубоким бурением найти редчайшие залежи совести.

– А куда девал?

– В озеро кинул. Кровь бы ему пустить, да неохота. Ничего, такое не утонет.

И то хорошо, подумал Дреер. Смерти Инквизитору он не желал. Да и никому не желал.

– А вы нас предали! – выпалил Артем.

«Наконец-то, – подумал Дмитрий. – Как давно я ждал этой выспренней фразы».

– Нет, – ответил он. – Никто вас не предавал. Стригаль подвесил открытие порталов к моему «нет». Как только я ему прямо сказал «нет» через Сумрак – все, процесс пошел. Я сам на такой фокус ловил Федотова, когда они на кладбище в Питере рванули. А теперь вот обмишурился…

Не нужно было проверять ауру Комарова, чтобы понять, как тот жалеет, что всего лишь обмакнул Стригаля в холодную воду.

– Дай мне пройти, – сказал Дмитрий. – Я придумал, как все разрулить.

– Не надо ничего разруливать! – почти крикнул Артем. – У нас тоже процесс! А с этими в парке мы разберемся!

Дмитрий чувствовал, как невидимая мощь внутри Пирамиды нарастает, будто они стояли рядом с работающим генератором. Кажется, даже земля под ногами слегка вибрировала.

– Стас уже разобрался, – сказал Дмитрий. – И Маше они чуть хвост не прищемили. Дай пройти.

– Дуэль, – сказал Артем.

– Не хочу быть Дантесом.

– У него выбора не было. У вас тоже. А я сильнее.

– Твой выстрел, – разрешил Дмитрий и демонстративно убрал «щит мага».

…Артем рухнул, словно от удара под дых. Он не корчился на земле, как Стас Алексеенко или Маша Данилова, а замер без движения. Но осмысленный взгляд продолжал сверлить Дмитрия. Словесник, честно говоря, пожалел, что не мог соизмерить силу заклинания. Но он проделывал такое первый раз в жизни. Да и видел-то всего однажды – в исполнении Александра Великого на лютеранском кладбище.

Заклятие Экскалибур, нарушающее закон причинности. Магический выпад Артема был мгновенным, но Экскалибур всегда срабатывал раньше.

Дмитрий сделал пасс в сторону удивленного Комарова. Он сам себе не верил, что получилось. Но если уж стал Высшим, отчего было и не попробовать? А новичкам везет…

Потом Дреер подхватил Артема за подмышки и втащил в Пирамиду.

Спрятанная там Анна Голубева ойкнула, увидев эту пару.

– Помогай! – рявкнул Дреер.

Анна подлетела к ним, и вместе с Дмитрием они усадили Артема в одну из каменных ниш.

Вообще-то Экскалибур – смертоносное боевое заклинание. Но Дмитрий успел сделать «моментальный снимок» лишь того, что сотворил Александр с Владом Чижовым. Очевидно, мнимый куратор от Инквизиции, вместо того чтобы, фигурально выражаясь, проткнуть юного ведьмака мечом, огрел его рукояткой либо врезал лезвием плашмя.

Дмитрий наконец-то огляделся. Внутри Пирамиды было пусто, если не считать больших ваз в стеновых нишах и еще сумки Анны. Не требовалось обращаться к заемным воспоминаниям, чтобы понять – вазы содержались тут лишь в Сумраке. Они-то и выступали главными накопителями Силы, собирая ее в пучок, бьющий через вершину павильона.

Вообще Инквизиторы дали маху, и Дмитрий оказался не умнее, даром что словесник, а не историк. Даже некоторые реальные египетские пирамиды были ретрансляторами Силы и статическими порталами. Они и были придуманы древними Иными, только потом люди начали бездумно копировать форму, не зная тайного содержания.

Можно было заранее догадаться, какой павильон служит ключевым в огромном комплексе-артефакте. Но все внимание Эдгара, Стригаля и подручных оказалось прикованным к самому факту массовой деинициации.

– Дмитрий Леонидович… – начала Анна.