Командировка - Денисов Вадим Владимирович - Страница 63

Кино все-таки получилось.

— Да уж, это тебе не «егерь»! — завистливо сказал Мишган.

Я представил Гоблина верхом на лихом коне и скептически хмыкнул.

— Казак из тебя — как из Карениной путевой обходчик, и «егерем» обойдешься.

— Пошли в хату, не вернутся, — уверенно заявил Чуприн, первым поворачивая к КПП.

Вербовка закончилась быстро — опыт, знаете ли.

Интересно — удивление от таких чумовых предложений присутствует всегда, но я еще не видел состояния, даже близко похожего на шок. Не удивишь русского небывальщинами. Он их ждет.

На столе лежала стопка листков, безжалостно вырванных из моего блокнота. Все в красных пометках. Рядом — наброски Марата и пара листов формата А4, исписанных рукой хозяина. Сбоку, параллельно обрезу стола — ручка и карандаш. Аккуратный человек.

— Давайте!

Шлеп штампом! Шлеп еще раз! Дата, подпись. «КПП № 1. Аэродром „Белевцы“».

— Забирайте! Лучше сразу, а то забудем ишшо за делами.

Хозяин вернул мне командировочные удостоверения, довольно покачал головой и взял наполненную рюмку, поднимающим взмахом другой руки приглашая поддержать. Мы поддержали, в этот раз налегая на сочную буженину.

— Соседка делится, — ответил Чуприн на немой вопрос. — В хуторе они тут живут, с сыном. А я им горючку подкидываю, помогаю по мелочам.

— Молодая? Не сосватал? — осведомился Гоблин.

— Соседку-то? Буженину умеет делать, спору нет. А вот для веселья уже старая, со мной ей не справиться — мне бы помоложе дивчину, — самоуверенно заявил бодрый дед.

Я посмотрел на часы: скоро полночь. Григорий Петрович заметил, поставил рюмку и успокаивающе махнул рукой.

— Значит, так, командировочные. Заявки вам составляли люди авиационные, только все, что они тут написали, — порвать и забыть. Ишь ты, простенькое им подавай! Советское! Еще магнитофон «Маяк» попросите или «Спидолу»! На складе все новенькое, современное, сплошь инжекторы и турбины. А парашюты-то какие древние откопали! Словно в тыл к немцам собрались прыгать! Ну, есть, конечно, мальца по карбюраторам, да и у меня лично кое-что приховано, так, немного, не подумайте худого, чисто для памяти доброй… В общем, будем брать три комплектных двигателя, в дальнейшее не вникайте, самолично все отберу и скомплектую. Грузить начинаем через час — как раз бутылочка закончится. И сразу уходим! Но не на Дагомыс. Тропками проникнем ближе к магистрали, чтобы блоковым на глаза не попадаться, потом километров шестьдесят резвого пути — и становимся в одном добром хуторке. Поспать надо: как без отдыха старому человеку… У человека после возбуждения наступает торможение.

Мы оживились, радостно толкая друг друга локтями.

— Тихо, детишки! Гоблин? Ну и прозвище у тебя, Михаил, никак не казачье… Ладушки, наливай по половиночке, Замок так Замок. Где он стоит-то, не дальше абхазской границы, надеюсь?

— Разве что самую малость, — улыбнулся я.

Глава 11

ДОРОЖКА ОТХОДА

ПРИКЛАДНАЯ РУИНОЛОГИЯ

Проснулся, бляха… И что вижу? Что день начался хуже некуда.

Я о чем вообще? День начался гораздо раньше, еще когда мы были в пути к сокровенной станице, где и залегли утречком в кратковременную спячку. Подхватившись ни свет ни заря, наскоро перекусили и тронулись в путь. Краснодар я обходил с запада, чтобы не светиться на двух блокпостах возле аэропорта. Все прошло нормально, на магистраль М-4 «Дон», известную каждому автолюбителю, имеющему практику поездок на юг, «егерь» выскочил быстро, казалось, теперь можно перевести дыхание. Однако то, что мы успели увидеть на северном берегу Краснодарского водохранилища, насторожило.

Зрелище того стоило.

В районе поселков с приметными названиями Тлюстенхабль и Тугургой я остановил машину. Вышли, достали бинокли.

По оставшейся позади трассе из Краснодара в сторону блокпоста двигалась военная техника. Первой в утренней мгле шла БМП-2, за ней ползли два танка Т-72, командиры машин в одинаковых позах сидели на башнях — ноги в люке, руки на бронекрышке. За танками шел страшноватый в своем мудреном обвесе самоходный зенитный комплекс «Тунгуска» — такой роскоши я никак не ожидал увидеть! Следом за страшилой двигались три бортовых «Урала» с тентами, пехота наверняка пытается добрать хотя бы полчасика тревожного сна. Замыкали колонну два БТР. На броне старенькой «шестидесятки» восседали нахохлившиеся бойцы, второй был закупорен наглухо. Эта новая для армии машина заслуживала внимания! Бронетранспортер БТР-82А создан на базе привычной «восьмидесятки», только вместо башни с крупнокалиберным пулеметом на машине установлен необитаемый боевой модуль с тридцатимиллиметровой автоматической пушкой, как на родной БМП-2. Нам с Гобом живаком увидеть не довелось — новые машины появились в войсках совсем недавно, — только слышали о разработке.

— Краснодарские тоже не промах! — завистливо хмыкнул Сомов. — Умеют крутой ништяк найти.

Либо служаки блокпоста чисто из вредности не пустили гусеничную технику на асфальт драгоценной развязки, а может, так было просто удобней группе — тяжелые машины, злобно ревя двигателями, поочередно выбрались на магистраль возле огромного неработающего мегамола. Колонна начала выстраиваться, активность работы передатчиков возросла. На связь вышла база, мата в эфире сразу прибавилось, но ясности больше не стало, причины появления здесь столь внушительной группы из радиоперехвата не понять, в эфире звучали обычные для такой ситуации подгоняющие команды. Наконец под матюками командиров группа кое-как выстроилась, техника пыхнула сизыми дымами и двинулась на восток по автодороге Краснодар — Кропоткин.

— Никак ребята повоевать с кем хотят! — заметил Чуприн.

— «Тунгуска» пошла, — задумчиво молвил Гоблин, зло сплевывая на землю. — Да еще на блокпосту «зушка» стоит, зенитные на башнях… Налета ждут? «Тунгуска», новый бэтр… Это серьезно. Отморозь тут глухая, как я посмотрю, друг друга валят не раздумывая, без базаров. И не за рамсы реальные, а по дури, чисто бакланье! Одна борзота щас вертушки пригонит, другая их снесет!

Идиотия действительно зашкаливает. Вместо того чтобы совместно искать выход, окрысившиеся люди заняты массовым самоубийством.

— Где у ростовских ближний к Мертвячке аэродром?

— В Ейске, Костя.

— А Краснодар что?

— Так Пашковский закрыт, оттуда давно уже никто не летает, всю авиатехнику угнали. Я ж рассказывал! Они «грачи» хочут!

— Ну да, помню. Им только Су-25 и не хватает для полного пряника. И «Тополей» парочку! Ладно, на Саратовскую рулю, Григорий Петрович?

Дед кивнул.

План таков. Благополучно миновав оба блокпоста, мы незаметно продвигаемся на восток — второстепенными шоссейками и проселками выходим на знакомый путь возвращения. То есть к Майкопу. Проверенной лесной дорогой обходим сложный город, поделенный разномастными общинами и группировками, минуем разрушенный Апшеронск. В Хадыженске могут возникнуть проблемы: наследили мы там изрядно. Что ж, будем искать варианты прорыва или обхода на месте. Можно обогнуть Хадыжи с севера по просеке, начинающейся от Спасова, это инспекторская дорога, тянущаяся вдоль линии ЛЭП, их тут полно. В каком-то укромном месте выходим на Р-254, а дальше все понятно — под горой мимо Туапсе и домой, в Дагомыс. План не назовешь цельным, прорех в нем много — не парит, будем штопать по ходу, что еще остается делать… Во всяком случае, это самый короткий и, что важно, уже разведанный путь к терминалу.

Симпатичная станица Саратовская расположена по обоим берегам реки Псекупс, левого притока Кубани, на террасах. Основная часть домов поселка расположилась амфитеатром на склоне небольшой возвышенности. С запада станицу закрывают леса, с востока открывается вид на равнину. Основная достопримечательность — все та же федеральная трасса «Дон», она кормит и поит.

— Чуть дальше проезжай, молодой, — то ли попросил, то ли приказал дед. — Да! У столба тормози! Что глаза выкатили? Вылазь, хлопцы, полюбуемся красотами местными, не все ж войной да грабежом заниматься!