Мифы Древней Греции - Грейвс Роберт - Страница 62

d. Тщетно они взывали к Зевсу: и истощенные просители, и их жертвенные животные падали замертво перед его алтарем до тех пор, пока в живых не осталось почти ни одного теплокровного существа4.

e. Однажды в ответ на молитвы Эака раздался гром и блеснула молния. Воодушевленный этим благоприятным предзнаменованием, Эак стал умолять Зевса заполнить народом опустевшую землю и дать ему столько же подданных, сколько муравьев ползло по стоявшему поблизости дубу. Это дерево, выросшее из додонского желудя, было священным дубом Зевса. От молитвы Эака оно задрожало, ветви его зашелестели, хотя в воздухе даже не чувствовалось дуновения ветерка. Хотя Эак и испугался, но не убежал, а стал целовать ствол и землю под дубом. В ту же ночь во сне он увидел муравьиный дождь, падавший на землю со священного дуба, и, как только муравьи ударялись о землю, они тут же превращались в людей. Когда он проснулся, то решил сразу же избавиться от этого наваждения, но его сын Теламон стал просить его выйти из дома, чтобы посмотреть на приближающуюся толпу людей, и когда Эак вышел, то признал в них людей, виденных во сне. Змеиная напасть кончилась, и пошел сильный дождь.

f. Эак, поблагодарив Зевса, поделил опустевший город и земли среди пришельцев, которых он назвал мирмидоны, то есть муравьями. Их потомки до сих пор выказывают муравьиную бережливость, терпение и упорство. Позднее эти мирмидонцы последовали за Пелеем в изгнание из Эгины и сражались бок о бок с Ахиллом и Патроклом у Трои5.

g. Однако некоторые утверждают, что союзники Ахилла — мирмидонцы получили свое имя в честь царя Мирмидона, дочь которого Эвримедузу в образе муравья соблазнил Зевс, и что именно поэтому муравьи считаются священными в Фессалии. Другие говорят, что нимфа по имени Мирмекс, узнав, что ее подруга Афина изобрела соху, стала хвастаться, будто это ее изобретение, за что и была превращена в муравья6.

h. Эак, женившийся на Эндеиде из Мегары, завоевал всеобщую любовь за свое благочестие и был окружен таким почетом, что мужи считали за радость лицезреть его. Все благороднейшие герои Спарты и Афин наперебой утверждали, что сражались на его стороне, хотя он сделал Эгину самым неприступным островом Эгейского моря, окружив ее подводными скалами и опаснейшими рифами, чтобы обезопасить себя от пиратов7. Когда вся Греция страдала от засухи, возникшей из-за того, что Пелоп убил аркадского царя Стимфала или, как считают некоторые, из-за того, что афиняне убили Андрогея, дельфийский оракул посоветовал грекам: «Просите Эака молить о вашем избавлении!» После этого каждый город отправил своего посланца к Эаку, который взошел на гору Панеллений — самую высокую вершину на острове, облаченный в одеяния жреца Зевса. Там он принес жертву богам и стал молить их о прекращении засухи. В ответ на его молитву раздался сильный удар грома, тучи заволокли небо и сильный дождь обрушился на землю Греции. Затем он устроил святилище Зевса на Панеллении, и с тех пор каждый раз, когда вершину горы закрывали тучи, это служило верным признаком дождя8.

і. Аполлон и Посейдон взяли Эака с собой, когда строили стены Трои, зная, что если смертный не присоединится к ним, то город окажется неприступным, а его жители смогут не подчиниться богам. Не успели они закончить работу, как три сероглазых змея тут же попытались взобраться на стены города. Два змея выбрали часть стены, построенную богами, но рухнули с нее и разбились насмерть. Третий с рыком бросился на ту часть стены, которую сложил Эак и проломил ее. После этого Аполлон предсказал, что Троя падет не однажды и что среди тех, кто захватит ее, будут сыновья Эака в первом и четвертом поколениях, и это пророчество сбылось в лице Теламона и Аякса9.

j. Эак, Минос и Радамант были тремя сыновьями Зевса, которых он решил спасти от бремени старости. Однако богини судьбы воспротивились этому, и Зевс, милостиво согласившись с их запретом, дал другим Олимпийцам хороший пример для подражания10.

k. Когда Эак умер, он стал одним из трех судей в Аиде, где издал законы для теней, и его даже приглашали решать споры, возникающие между богами. Некоторые добавляют, что он также хранил ключи от Аида, взимал с усопших дань и проверял, чтобы количество душ, отправляемых Гермесом в преисподнюю, совпадало с количеством, указанным Атропос11.

1Аполлодор III.12.6; Диодор Сицилийский IV.72.

2Диодор Сицилийский. Там же; Пиндар. Истмийские оды VIII.17 и сл.; Каллимах. Гимн к Делосу 78; Аполлодор. Цит. соч.; Лактанций. Схолии к «Фиваиде» Стация VII.215.

3Аполлодор III.12.6; Пиндар. Цит. соч.; Пиндар. Немейские оды VIII.6; Овидий. Метаморфозы VI.113.

4Гигин. Мифы 52; Овидий. Метаморфозы VII.520 и сл.

5Овидий. Метаморфозы VII.614 и сл.; Гигин. Цит. соч.; Аполлодор. Цит. соч.; Павсаний ІІ.29.2; Страбон VIII.6.16 и IX.5.9.

6Сервий. Комментарий к «Энеиде» Вергилия ІІ.7 и IV.402; Климент Александрийский. Послание язычникам II.39.6.

7Аполлодор III.12.6; Пиндар. Немейские оды VIII.8 и сл.; Павсаний ІІ.29.5.

8Диодор Сицилийский IV.61.1; Климент Александрийский. Строматы VI.3.28; Павсаний ІІ.30.4.

9Пиндар. Олимпийские оды VIII.30 и сл. и схолии.

10Овидий. Метаморфозы IX.35 и сл.

11Там же XIII.25; Пиндар. Истмийские оды VIII.22 и сл.; Аполлодор III.12.6; Лукиан. Разговоры в царстве мертвых XX.1, Харон 2.

1. Дочери Асопа, похищенные Аполлоном и Посейдоном, вероятно, входили в коллегию жриц луны-богини в долине реки Асоп на северо-востоке Пелопоннеса, плодородные земли по берегам которой захватили эолийцы. Похищение Эгины, возможно, свидетельствует о последующем завоевании ахейцами Флиунта — города в верховьях Асопа, а также о том, как соседние племена безуспешно обращались за военной помощью к Коринфу.

2. Миф об Эаке касается завоевания Эгины фтиотийскими мирмидонцами, племенным тотемом которых был муравей. Первоначально остров скорее всего принадлежал отправляющим козий культ пеласгам, и их враждебное отношение к пришельцам запечатлелось в отравлении ручьев Герой. Согласно Страбону (который всегда искал разумное объяснение мифа, но ему явно не хватало проницательности), почва Эгины каменистая, и эгинеты называли себя мирмидонцами потому, что они, как муравьи, сначала должны были убрать камни, а уже потом обрабатывать свои поля, и еще потому, что они жили в ямах (Страбон VIII.6.16). Однако фессалийская легенда о Мирмексе — это незамысловатый миф, объясняющий происхождение этого племени: фтиотийские мирмидонцы считали себя автохтонами, как муравьев, и выказывали такую верность законам своей жрицы, Муравьиной царицы, что представитель поклонявшихся Зевсу эллинов, вступавший с ней в брак, сам становился почетным муравьем. Если же Мирмекс — это эпитет матери-богини северной Греции, то она могла утверждать, что изобрела соху, поскольку земледелие туда принесли переселенцы из Малой Азии еще до того, как эллины достигли Афин.

3. Со временем фтиотийские колонисты Эгины объединили свои мифы с мифами ахейцев, пришедших из Флия, что на реке Асоп, и поскольку флиунтцы сохранили свою приверженность дубу-оракулу в Додоне (см. 51.a), муравьи изображены в мифе падающими с дерева, а не возникающими из земли.

4. В первоначальном мифе Эак, вероятно, вызвал ливень не путем обращения молитвы к Зевсу, а с помощью магии, к которой обращался Салмоней (см. 68.1). Установление им законов в Аиде предполагает, что свод законов, выработанный в Эгине, был принят и в других областях Греции. Скорее всего он регулировал коммерческие, а не уголовные дела, поскольку в классическую эпоху в качестве стандартной меры драгоценных металлов был повсеместно принят эгинский талант, имевший критское происхождение и делившийся на сто равных частей.