Мифы Древней Греции - Грейвс Роберт - Страница 84

84

Превращения

85. Нарцисс

Нарцисс был феспийцем, сыном голубой нимфы Лириопы, которой однажды овладел речной бог Кефисс, окружив ее со всех сторон водой своего потока. Предсказатель Тиресий сказал Лириопе, которая была первой, кто обратился к нему: «Нарцисс доживет до преклонного возраста, если он никогда не увидит своего лица». Даже когда Нарцисс был ребенком, в него нельзя было не влюбиться, а когда ему исполнилось шестнадцать, его путь был устлан безжалостно отвергнутыми влюбленными обоего пола, поскольку он был безмерно горд своей красотой.

b. Среди отверженных оказались и нимфа Эхо, голос которой можно было слышать только в глупом повторении чужих выкриков — так она была наказана за то, что забавляла Геру длинными историями, позволив любовницам Зевса, горным нимфам, скрыться от ее ревнивых глаз и бежать. Однажды, когда Нарцисс отправился ставить сети на оленей, Эхо, крадучись, последовала за ним сквозь непроходимую чашу. Ей хотелось обратиться к нему, но она не могла заговорить первой. Наконец, Нарцисс, обнаружив, что отстал от своих спутников, закричал: «Есть кто-нибудь здесь?»

— Здесь! — радостно ответила Эхо, крепко озадачив Нарцисса, — ведь никого не было видно.

— Приди!

— Приди!

— Почему ты избегаешь меня?

— Почему ты избегаешь меня?

— Пойдем со мной!

— Пойдем со мной! — повторила Эхо и радостно выскочила из своего укрытия, чтобы обнять Нарцисса. Но он грубо оттолкнул ее и побежал. «Лучше я умру, чем лягу с тобой!»

— Лягу с тобой! — умоляюще обещала Эхо.

Но Нарцисс ушел, а она всю оставшуюся жизнь провела в горных расщелинах, снедаемая любовью и обидой, пока от нее не остался один лишь голос1.

c. Однажды Нарцисс отправил меч Аминию, который преследовал его настойчивей других. Это тот Аминий, в честь которого назван приток реки Гелиссон, впадающий в Алфей. Аминий лишил себя жизни на пороге дома Нарцисса, призвав бога отомстить за его смерть.

d. Артемида, услышав мольбу, сделала так, что Нарцисс влюбился, но не смог насладиться своей любовью. У Донакона, что в Феспии, он набрел на ручей. Тот тек чистый, как серебро, и его еще никогда не тревожили коровы, птицы, дикие животные и даже ветви, спускавшиеся с деревьев, в тени которых он протекал. Когда утомленный Нарцисс опустился на заросший травой берег, чтобы утолить жажду, он влюбился в свое отражение. Сначала он попытался обнять и поцеловать прекрасного юношу, глядевшего на него, но мгновением позже узнал себя, да так и остался лежать, час за часом завороженно глядя в воду. Как он сносил эту муку — созерцать предмет своих вожделений и никогда им не обладать? Печаль мучила его, но даже в муках своих он ощущал особую радость от сознания того, что его отражение никогда ему не изменит, что бы ни случилось.

e. Хотя Эхо и не простила Нарцисса, она печалилась вместе с ним, сочувственно повторяя его стоны, когда кинжал уже пронзил его грудь, а затем — и слова, сказанные при последнем вздохе: «О, юноша, безответно любимый, прощай!» На том месте, где кровь его пролилась на землю, вырос белый цветок нарцисса с красным венчиком. Из этого цветка в Херонее приготовляют лечебную мазь, применяемую для лечения болезней уха (хотя от ее применения часто возникает головная боль), а также как средство для лечения обморожений2.

1Овидий. Метаморфозы III.341—401.

2Павсаний IX.31.6; Овидий. Метаморфозы III.402—510; Плиний. Естественная история XXI.75.

* * *

1. «Нарцисс», который в древности вплетали в венки Деметры и Персефоны (Софокл. Эдип в Колоне 682—684) и который также назывался leirion, был трехлепестковым голубым ирисом, священным цветком женской триады. Эти венки носили для умиротворения трех Благомыслящих, или Евменид (см. 115.c). Цветет это растение поздней осенью, перед тем как расцвести желтому нарциссу. Возможно поэтому Лириопа названа матерью Нарцисса. Эта поэтическая морализация, кроме того еще и объясняющая лечебные свойства масла нарцисса, — хорошо известного наркотика, как это следует из первого слога слова «нарцисс», — могла возникнуть на основе сакрального изображения, на котором отчаявшийся Алкмеон (см. 107.t) или Орест (см. 114.a) лежит, украшенный лилиями, на берегу водоема, безуспешно пытаясь совершить очистительный обряд после убийства своей матери, поскольку эринии не приняли умилостивительной жертвы. Эхо на этом изображении соответствовало бы насмехающемуся духу его матери, а Аминий — духу убитого отца.

2. Следует отметить, что -issos, как и -inthos, являются критскими окончаниями слов[135], поэтому не исключено, что Наркисс (= Нарцисс) Гиакинт (= Гиацинт) — это имена критского героя — весеннего цветка, чью смерть оплакивает богиня, как это изображено на золотом кольце, найденном в микенском Акрополе. В других местах этот герой получил имя Антей (см. 159.3), которое является вторым именем Диониса. Более того, лилия была эмблемой кносских царей. На раскрашенном рельефе, обнаруженном в развалинах кносского дворца, царь изображен идущим со скипетром в руке по поросшему лилиями лугу. На голове его — корона, на груди — ожерелье из цветов ириса.

86. Филлида и Кария

Фракийская принцесса Филлида была влюблена в Афаманта, сына Тесея. Он ушел воевать под стенами Трои, а когда Троя пала и афинский флот вернулся, Филлида зачастила на берег моря в надежде увидеть корабль своего возлюбленного. Однако из-за течи в днище выход корабля задержался. Девять раз Филлида приходила на берег моря — и все напрасно. С горя она умерла в местечке под названием Эннеодос. Афина превратила ее в миндальное дерево, а прибывшему на следующий день Афаманту пришлось обнимать только шершавый ствол. В ответ на его ласку на ветвях распустились не листья, а цветы. Вот почему у миндального дерева такая особенность. Каждый год афиняне в честь Филлиды и Афаманта устраивают пляски1.

b. Дочь одного из лаконских царей, Кария, была возлюбленной Диониса, но неожиданно умерла в Карии, и Дионис превратил ее в ореховое дерево. Артемида принесла эту весть лаконцам, и те построили храм Артемиде Кариатиде. Отсюда пошло слово «кариатида» — колонна в виде женской статуи. В Кариях тоже лаконские женщины каждый год плясали в честь богини, как их научили Диоскуры2.

1Лукиан. О пляске 40; Гигин. Мифы 59; Сервий. Комментарий к «Буколикам» Вергилия V.10.

2Павсаний III.10.8 и IV.16.5; Сервий. Комментарий к «Буколикам» Вергилия VIII.29.

* * *

1. Оба мифа возникли, чтобы объяснить обрядовое использование миндаля и ореха в честь Кар, или Карии (см. 57.2), которая также известна под именем Метиды (см. 1.d и 9.d) и была титанидой мудрости. Очевидно, эти мифы навеяны сакральным изображением, на котором юный поэт поклоняется ореховому дереву в присутствии богини, а девять молодых женщин ведут вокруг него хоровод. Эннеодос, который фигурирует и в легенде о том, как фракийская Филлида свела с ума Демофонта (см. 169.i), означает «девять путей». Следует отметить, что ирландские барды связывали число девять с ореховым деревом, а орехи — с поэтическим вдохновением. В их древесном алфавите (см. 52.3) буква coll («C») означала «лесной орех» и цифру девять. Согласно ирландским топонимическим преданиям «Диннсхенхас», источник вдохновения, который находится на реке Бойн, окружен девятью орешинами поэтического искусства, а в нем живет пятнистая рыба, которая поет. Другие Карии («ореховые деревья») в Аркадии расположены неподалеку от реки, в которой, как пишет Павсаний, живет такая же странная рыба (Павсаний VIII.14.1—3 и 21.1).

вернуться

135

В настоящее время считается установленным, что имена на -issos, -inthos принадлежат догреческому субстрату, так что Крит, на котором говорили по-гречески уже в середине II тысячелетия до н.э., здесь ни при чем.