Жертвы обстоятельств - Фрай Макс - Страница 16

Я уже и не вспоминал, что пришел сюда, чтобы встретить некую неизвестную женщину… или «испытать судьбу», по выражению милой светловолосой незнакомки. Меня заботило только одно: не сделать еще одну глупость. Для одной ночи я уже наворотил более чем достаточно!

— Чего вы ждете, сэр? — с приветливым удивлением спросил меня улыбчивый хозяин. — Ваш номер — 19. Идите навстречу своей судьбе, друг мой!

— Да, конечно, — улыбнулся я, — спасибо, что напомнили, зачем я сюда пришел… Люди такие рассеянные, а я, как-никак, человек… — Я наконец-то вспомнил, что нужно делать. И медленно пошел вглубь помещения, где мельтешили одинокие дамы из числа Ждущих, прекрасные и не очень… Мелькнула шальная мысль: «Клянусь мамой, еще ни один коп не искал себе любовницу с арестованным в кулаке!» Я нервно усмехнулся и принялся считать:

— Один, два, три… — я даже не видел лиц, они сливались в одно смутное колышущееся пятно, а я шел сквозь это пятно с дурацкой усмешкой, — шесть, семь… какая жалость, что у меня совсем другой номер, незабвенная… десять, одиннадцать… позвольте пройти… восемнадцать, девятнадцать!

Вас-то мне и надо, леди!

— Ты нарочно? Опять колдуешь? — тихо спросил знакомый голос. — Зря ты это, сэр Макс. Ну да теперь уж ничего не поделаешь… С судьбой не спорят, так ведь?

Я наконец сфокусировал глаза. Бледное пятно лица постепенно приобрело знакомые милые очертания. Леди Меламори настороженно смотрела на меня.

Кажется, она не могла решить, что лучше: броситься мне на шею или спасаться бегством.

— Это уж слишком! — тихо сказал я. — Нет, это уж действительно чересчур! — А потом я уселся на пол и начал смеяться. Плевать мне было на приличия, да и на все остальное! Мой разум решительно отказывался принимать участие в этом бредовом приключении… Кажется, моя истерика лучше всяких слов убедила Меламори в том, что никакого «заговора» против нее не было.

Никогда.

— Давай уйдем отсюда, сэр Макс! — тихо сказала она, присев на корточки рядом со мной и осторожно погладила мою бедную сумасшедшую голову. — Ты перепугаешь посетителей. Пошли, на улице досмеешься, если захочешь!

Поднимайся! — И я послушно оперся на маленькую сильную ручку. Грешные Магистры, эта хрупкая леди подняла меня без всяких усилий!

Свежий ветерок быстро расставил все по местам, так что смеяться мне сразу расхотелось.

— В этом глупом Мире происходит множество странных вещей, Меламори, — сказал я. И замолчал. Да о чем тут было говорить!

— Макс, — тихо сказала Меламори, — мне очень стыдно: у тебя в спальне… словом, теперь я понимаю, что несла ужасную чушь, но мне было так страшно! Я совсем голову потеряла!

— Представляю… — я пожал плечами, — заснуть у себя дома, а проснуться черт знает где…

— Кто такой «черт»? — равнодушно переспросила Меламори. Мне уже не раз приходилось выпутываться из подобных идиоматических недоразумений, но тут я только устало махнул рукой.

— Какая разница!.. Только знаешь, я ведь действительно ничего специально не делал. Я до сих пор понятия не имею, как это могло получиться…

— Я знаю, — кивнула Меламори, — теперь я понимаю, что ты пока сам представления не имеешь, что можешь натворить, но… Это уже не имеет никакого значения.

— Почему?

— Потому что… Так уж все получилось. Только мы пойдем к тебе, а не ко мне. Я живу слишком близко, поэтому… Словом, пусть эта последняя прогулка будет долгой.

— Последняя? Ты с ума сошла, Меламори! Думаешь, я — такой уж смертоносный парень? И откушу тебе голову в порыве страсти? — Я пытался стать веселым, потому что я должен был немедленно стать веселым, дырку над всем в небе!

— Конечно, ты не откусишь мне голову: она просто не пролезет в твою глотку… — Меламори беспомощно улыбнулась. — Но не в этом дело. Ты вообще понимаешь, где мы с тобой встретились, Макс?

— В Квартале Свиданий! Ты не поверишь, но я сам не знаю, как меня туда занесло… Думай что хочешь, но я пришел туда вслед за парнем с перламутровым поясом… Ну, ты же знаешь про всю эту кутерьму с поясами?…

— Меламори кивнула, и я продолжил. — Мы немного побезобразничали, а потом я его арестовал. Он все еще здесь! — И я с улыбкой показал Меламори свой левый кулак.

— Ты хочешь сказать… — Леди Меламори расхохоталась. Дело закончилось тем, что пришла ее очередь усаживаться на тротуар. Я сел рядом и обнял ее за плечи. Меламори стонала от смеха. — Я-то думала, что ты… Ох, не могу! Ты — самый потрясающий парень в Мире, сэр Макс. Я тебя обожаю! Какая… какая досада!

В конце концов мы пошли дальше.

— Ты никогда раньше не был в Квартале Свиданий? — тихо спросила Меламори.

— Да нет… У нас, в Пустых Землях, все обстоит как-то проще… Или наоборот, сложнее, это смотря с какой точки зрения… В общем, не был я там никогда!

— И ты не знаешь… — голос Меламори окончательно превратился в шепот, — ты не знаешь, что люди, которые встретились в Квартале Свиданий, должны провести вместе ночь и расстаться?

— В нашем случае это совершенно невозможно, — я улыбался, хотя мое сердце медленно опускалось вниз, — мы же оба не собираемся бросать работу, как я понимаю …

Меламори покачала головой.

— Это не обязательно. Мы можем видеться сколько угодно, но… мы будем чужими, Макс. Я имею в виду… Словом, и так понятно. Это — традиция. Тут уж ничего не поделаешь! Я сама виновата, пошла туда из вредности, хотела что-то доказать, не знаю уж кому… Не нужно мне было сегодня никуда ходить, да и тебе тоже… Хотя кто тут может быть виноват? Такие вещи люди сами не решают.

— Но… — Я совсем растерялся. У меня в голове уже была такая каша, что можно было просто заткнуться.

— Давай не будем об этом, Макс, ладно? Утро еще не скоро, а… Говорят, что судьба умнее нас…

— Не будем, так не будем, — я пожал плечами, — но мне кажется, что все это какая-то первобытная ерунда. Мы сами можем решить, что делать. При чем тут всякие дурацкие традиции? Если хочешь, сегодня мы можем просто погулять, как будто ничего не случилось, никому ни о чем не станем рассказывать, а потом, когда…

— Не хочу… да это и невозможно! — Меламори вздохнула, улыбнулась и нежно закрыла мой рот ледяной ладошкой… — Я же говорю: хватит об этом, ладно?

Мы молча пошли дальше. Улица Старых Монеток была уже совсем близко. Еще несколько минут, и мы вошли в мою темную гостиную. Раздалось требовательное мяуканье Эллы и Армстронга: ночь там или день, с дамой ты или без, а раз уж пришел — давай еду! Так что мне пришлось на минутку отвлечься. Меламори с изумлением разглядывала моих котят.

— Так вот они какие, будущие родители Королевских кошек! Где ты их взял, Макс?

— Как где? Их прислали из поместья Мелифаро, разве ты не знала?

— А почему тогда весь Двор убежден, что это неизвестная порода?

— А Магистры его знают… Просто я их расчесал! Кажется, до меня это никому в голову не приходило… Меламори, ты уверена, что все в порядке? Что бы ты там ни думала, но больше всего на свете я ненавижу принуждение.

— Я же сказала тебе: от нас теперь ничего не зависит, Макс. Все уже случилось. Единственное, что мы можем сделать — это потерять еще кучу времени…

— Ладно, — улыбнулся я, — не буду я тобой спорить… пока. — И сгреб в охапку это чудо природы. — Я тоже не собираюсь терять время!

— Только постарайся не выпустить своего арестованного! Чего я точно не собираюсь делать этой ночью, так это гоняться за ним по всему дому. — Меламори улыбнулась насмешливо и печально. Я представил себе, как будет выглядеть наша погоня и рассмеялся так, что мы оба чуть не полетели с лестницы. Меламори еще немного поулыбалась, потом напрягла свое воображение и тоже захихикала. Наверное, мы вели себя не слишком романтично, но это было именно то, что надо! Смех — отличная приправа к страсти, куда лучшая, чем томная серьезность, с каковой набрасываются друг на друга герои мелодрам, которые я ненавижу…

Единственное, что порядком отравляло мне жизнь, это дурацкие разговоры насчет «последнего раза», которые не вовремя начала и так же не вовремя оборвала Меламори по дороге домой. Считается, что предопределенность разлуки обостряет наслаждение… Не знаю, не знаю! Думаю, что эта ночь показалась бы мне по-настоящему прекрасной, если бы не мысли о том, что скоро придет утро, и мне придется вести безнадежную войну с предрассудками своего наконец-то обретенного сокровища… Эти размышления не способствовали моим попыткам почувствовать себя счастливым.