Звезда Запада - Мартьянов Андрей Леонидович - Страница 100

– Ещё сотня или две стадиев – и мы подойдём к большому поселению валлов, – сообщил Локи. – Мы и так-то выглядим необычно, а если принять в расчёт Гюллира и все события последнего времени, то рассчитывать на доброту и приветливость хозяев следует меньше всего. Надеюсь, что еды они нам всё же продадут...

– И пива!.. – в один голос вскричали Гуннар и отец Целестин.

– От него я и сам не отказался бы, – улыбнулся Лофт, оглядывая пустынные золотистые поля. – Меня удивляет, что ни одной живой души не видно. Куда все люди подевались?..

– Да, кстати, о людях, – поспешил с вопросом монах. – Кто эти валлы? Ты мало о них рассказывал.

– Это многочисленный народ, – отозвался Локи. – Они принадлежат к единому корню и языку, но живут отдельными племенами, признающими общих предков. В Междумирье не менее шестидесяти таких племён. Мы сейчас идём по землям сильного и могущественного рода зеномов. Валлы имеют общие корни с некоторыми народами Мидгарда и очень похожи на тех, кого в нашем мире именовали галлами. Я полагаю, это сходство усилилось, когда зеномы приняли галльских богов, ушедших не так давно в Междумирье и поныне живущих в Лесу Идалир...

– О Господи! – вдруг взвизгнул монах, указывая дрожащей рукой вперёд и вправо. – А это ещё что такое?

У края прорезавшей хлебные поля дороги стояла жутковатая высокая статуя. Когда всадники остановились возле серого известнякового камня, отец Целестин немедля слез с лошади и, подойдя к устрашающей скульптуре, осмотрел её, а затем обернулся к Лофту.

– Это и есть бог валлов? – проговорил он. – Не хотел бы я с ним повстречаться!

Из треугольной массивной плиты вырастало тело невиданного зверя. Каменное чудовище, отдалённо напоминавшее не то льва, не то ящера с круглой головой, сидело, опираясь мощными передними лапами, которые были украшены тремя длинными когтями, на грубо вырезанные бородатые человеческие головы. Безглазая морда казалась вообще лишённой отделки, широкая зубастая пасть была отверста, и из неё свисало человеческое тело, также едва намеченное резцом неведомого скульптора. Даже Гюллир, топтавшийся рядом, взирал на статую с некоторой боязнью, а что уж говорить об отце Целестине?

– Это не бог! – со знанием дела сказал Локи. – Таких идолищ можно часто встретить в землях зеномов. Они охраняют поля от злых духов, а также предупреждают незваных гостей о том, что лучше не приходить со злом к людям, поставившим сии изображения.

– Надеюсь, нас не постигнет судьба того, кого пожирает этот истукан, – проворчал Торир. – Давайте двигаться дальше...

Вскоре поле сменилось дубовой рощей, а потом дорога вывернула к невысокому и пологому холму, окружённому насыпными курганами. На возвышенности поднималась бревенчатая городьба, защищённая рвом, а за тыном виднелись крыши домов. Ветер донёс до путников голоса людей – голоса встревоженные и воинственные.

Глава 18

У цели

– Подождём, пока к нам кто-нибудь не выйдет, – проговорил Локи, настороженно осматривая крепость. – Валлы – люди смелые, и я думаю, что они не побоятся шестерых неизвестных, даже если их сопровождает дракон...

Подходить близко к тыну не стали, остановившись в двух сотнях шагов от ворот. И правильно – Видгар разглядел на стенах и в бойницах деревянных башен лучников, уже наложивших стрелы и готовых в любой миг дать отпор неизвестным пришельцам и красному летучему змею.

– Неудивительно, что нас побаиваются. Времена сейчас дурные, – бормотал Лофт. – Однако я не считаю, что страх вызывает именно Гюллир...

– Двуногие всегда не любили наше племя, – вздохнул дракон, повернув морду к маленькому богу. – Но драконы из Города ни разу не нападали на людей, по крайней мере на моей памяти... Может быть, когда-то давно... Правда, бывало, что приходилось брать коров или овец из принадлежащих людям стад, но ведь мы делали это, только когда не могли поймать в горах диких зверей, а кушать хотелось...

Отец Целестин слушал Гюллира вполуха, ибо сейчас его занимало другое. Отряд стоял на безопасном расстоянии от посёлка валлов, но и отсюда было прекрасно видно, что он мало похож на норманнские укреплённые селения. Монах рассмотрел, что городьба занимает достаточно обширное пространство на самом холме, а затем сбегает вниз, к речке, огибающей мыс, на котором расположена вторая половина посёлка. Берег спускался к реке крутым глинистым обрывом, и так как вода окружала городище с двух сторон, то при нашествии врагов об обороне прилегающей к реке стены можно было бы заботиться меньше – попробуй доберись до частокола по крутому и скользкому склону, да ещё под стрелами и копьями защитников крепости! А обрыв с каменным валом и частоколом делали её почти неприступной. Кроме того, внимательный глаз отца Целестина различил, что с внешней стороны, на высоту человеческого роста, деревянный тын был защищён камнем, и свободными от многослойной кладки оставались лишь ворота – мощное двустворчатое сооружение, обитое железом.

– Если мне не изменяет память, этот городок носит название Лугдунум. Это означает «Крепость Ворона», – сообщил монаху Лофт, зная, что отца Целестина очень интересуют любые подробности об обитателях Междумирья. Между прочим, путевой дневник монах вёл со всем тщанием и всегда записывал на пергамент о всех приключившихся с отрядом событиях.

– Почему «ворона»? – спросил отец Целестин. – Это как-то связано с их верованиями?

– Правильно, – кивнул Локи, – зеномам покровительствует бог Луг, Ворон, и они считают, что он – родоначальник ремёсел и искусств. Я когда-то был знаком с ним, и, на мой взгляд, Луг очень хороший дух, добрый и искусный. Он и посейчас живёт в Лесу Идалир... Так, кажется, валлы почтили нас вниманием!

Ворота начали медленно открываться, и на луговину меж дубовой рощей, возле которой встали вадхеймцы, и крепостью выехала колесница, запряжённая рослым вороным жеребцом. При взгляде на возницу Гуннар присвистнул:

– Вырядился, что твой петух!

Створки за спиной человека, стоящего на двухколёсной, изукрашенной металлом, весьма похожим на серебро, колеснице, закрылись, и возничий направил лошадь прямо к вышедшему вперёд и поднявшему в знак мира и добрых намерений руку Лофту. Когда колесница остановилась всего в десятке шагов, отец Целестин, подавшись вперёд, ахнул от восторга. Поразили монаха не грозное лицо валла и не впечатляющая ширина его плеч, а удивительно роскошная и необычная одежда, да множество украшений, не иначе как золотых...

Отец Целестин был не прав, когда после обследования заброшенных посёлков валлов за Красными Горами счёл их племенем неразвитым и диким. Разве могут, скажите, грубые варвары сделать столь восхитительную, сплетённую из тонкой золотой проволоки шейную гривну? А чеканный узор на поясе достоин украсить самого привередливого ценителя красоты из королей Европы! Оружие валла, выложенное эмалью, золотом и серебром, светилось всеми цветами радуги, а высокий стальной шлем блистал драгоценными накладками. Картину дополняли ало-пурпурный плащ и столь же пронзительно-яркая туника, скреплённые фибулами. Рядом с этим вызывающим великолепием пропылённая и невзрачная одежда гостей из Мидгарда казалась рабским рубищем.

– Это, наверное, их хёвдинг, ярл или конунг, не иначе, – шепнула Сигню.

Возница мрачно осмотрел путников, задержал тяжёлый взгляд на смирно сидящем за спинами людей Гюллире и, наконец, повернулся к Локи, который стоял совсем рядом с колесницей и лучезарно улыбался, будто родного брата встретил. Лофт чуть поклонился и начал говорить, но язык не был известен никому; разве только отец Целестин, вслушиваясь в гортанные звуки, морщился, пытаясь хоть что-то понять, ибо, хаживая по Галатии – области Империи Византийской, – слыхал там похожие слова. Кое-что он разобрал, но далеко не всё. По его мнению, Локи просил валла продать немного еды для бедных путешественников и позволить им переночевать. Вдруг человек на колеснице жестом прервал речь Лофта и, несказанно всех удивив, заговорил на норманнском, правда с очень сильным акцентом, тщательно подбирая слова: