Изнанка экрана - Марягин Леонид - Страница 78

78

— Ты же писал, что ходишь в «Националь». Ну, с вокзала меня туда вечером и подвезли. Швейцар дал адрес твоей бабы... Сказал: «Она у нас человек известный».

Сева помрачнел.

— Вась, ты с вечера здесь сидишь?.. — Он попытался замять возникшую неловкость.

— Ну да, а что вас ночью беспокоить...

— Поднялся бы...

— Я же знал, что ты с бабой...

— Сейчас я позвоню на студию. Скажу, что не буду сегодня. — Сева устремился в подъезд.

— Стой. Это тебе. В грелке — самогон, а здесь — сало, — Вася Завирюха протянул грелку и сало в белой тряпице, — все наше, запорожское!

Последний объект снимали в тюрьме.

В Пресненской пересылке.

Площадкой руководил Певзнер.

— Машины идут одна за другой, дистанция — максимум три метра! — кричал он в мегафон. — Вадим, так годится? — спросил он у оператора.

Вадим, глядя в визир съемочной камеры, одобрил:

— Годится, но не реже...

— Где Севка? — спросил тотчас, как появился, Ефим Давыдович.

Певзнер молчал.

— Я спросил: где Севка? Ты плохо слышишь?

Певзнер уткнулся взглядом в раструб мегафона.

— Что ты молчишь, как уркан на допросе? — наседал Давыдович.

— Он... У врачей... звонил.

— Молочные зубки зашатались? Или молодежный триппер прорезался?

— Его диагноза я не знаю.

— Зато я знаю. Он решил, что ему все позволено! Но сегодня для него — не то время! Мы здесь дышим смрадом этих стен, а он гуляет! Я ему разъясню, что незаменимых нет! Певзнер! Ты, кажется, претендуешь на роль второго режиссера? Ну командуй! Покажи, на что ты способен!

Певзнер недолго колебался.

— По местам! — неистово прокричал он. — Генеральная репетиция! Машины, пошли!

Ефим Давыдович с удовлетворением наблюдал движение в кадре.

Хлопушка «Цена человека».

На фоне тюремной стены затылок героини Эллы. Внезапно она поворачивается, смотрит прямо в камеру и почти кричит:

— Пустите, пустите меня к нему! Он должен знать, что о нем кто-то думает! — Она проглотила слезы и уже шепотом произнесла: — Что кто-то помнит! Помнит!

В белом халате, накинутом на плечи поверх флотской суконки, Сева разговаривал с Васей Завирюхой у окна в коридоре больницы.

— Меня смотрел академик. Сказал, что будет думать, что со мной делать, — доложил Завирюха грустно.

— Даст бог, тебе повезет...

— Я не знаю, что мне даст бог, но тебе — уже спасибо. Без тебя я бы года три ждал сюда места.

— Просто случай... Улучил момент, когда секретарша повисла на телефоне, и рванул прямо в кабинет к академику. Ну а он тоже когда-то служил на флоте, — пояснил Сева причину успеха своей «акции».

— И никакого звонка или письма от твоего народного артиста не было? — недоверчиво уточнил Вася.

— Я к нему не обращался.

— Почему?

— Надоело ходить на коротком поводке! Хочется самому хоть что-то сделать!

Давыдович, восседая в брезентовом кресле, привычно спрашивал оператора:

— Проекция на рисунок стены есть?

— Есть, — успокаивал Вадим.

— Еще дубль для гарантии.

— Тогда перезарядка.

Сева появился перед креслом шефа.

Тот смерил его насмешливым взглядом.

— Осчастливил нас! Явился, наконец, на работу!

— У меня была серьезная причина.

— Слышите, — Давыдович встал с кресла и говорил, чтобы слышала вся группа, — у него — серьезная причина, чтобы не являться на съемку! Да я из-за съемки опоздал на собственную свадьбу! Если есть дела важнее съемки — лучше не работать в кино!

Сева протянул шефу лист бумаги.

— Что это?

— Заявление.

— Решил общаться со мной при помощи бумажек?

— Могу сказать и устно. — Сева старался говорить спокойно..

— Сделай одолжение...

— Ухожу.

— Бросаешь картину?

— Почему бросаю... сегодня — последний съемочный день.

— А если досъемки?

— У вас есть Певзнер.

— Да, пригрел змею у сердца. — Давыдович опустился в кресло.

— Мне нужно готовиться.

— Поступаешь в институт?

— Да.

— В какой?

— Мой секрет.

— На режиссуру?

Сева кивнул.

— И не просишь меня помочь?

Сева молчал.

Съемочная группа от осветителя до главного оператора ждала его ответа.

— Салагу, — шеф издевательски произнес это словечко морского жаргона, — гордыня заела?

— Попробую сам.

— Ты не поступишь, — Давыдович сощурил глаза, — без моей помощи.

— Ну тогда мне в режиссуре и делать нечего.

— Режиссером может быть каждый, кто не доказал обратного! — Шеф открыл паркеровскую ручку, подписал заявление и протянул листок Севе. — Провалишься, придешь проситься ко мне — не возьму!

За мутным окном тамбура волочились без листвы унылые рощи Подмосковья. На подъеме вагон тряхнуло, и кто-то больно саданул Севу. Он обернулся и увидал спину соседа по тамбуру, а через его плечо — угол газеты с портретом Ефима Давыдовича в траурной рамке. Стучали колеса на стыках...

Другая актриса, никак не похожая на Эллу, кричит в камеру уже снятые прежде реплики:

— Пустите меня к нему! Он должен знать, что о нем кто-то думает! Что кто-то помнит, помнит!

— А почему героиня другая? — шепотом спросил Сева у Зиновия на той же самой съемочной площадке, где происходил последний разговор с Давыдовичем.

— У них теперь все другое! — развел ладони Певзнер, обвешанный мегафонами.

У камеры, рядом с оператором Вадимом, сидели в одинаковых креслах рядышком новые режиссеры.

— Твое мнение? — Низкорослый брюнет — режиссер энергического склада — обратился к своему раздумчивому коллеге с бородкой.

— Думаю, еще дубль...

— Еще дубль, — скомандовал энергический, — мотор!

Появилась хлопушка «Цена человека».

—Стоп! — Энергический заметил Севу. — А почему посторонние на площадке?

Сева, сжав челюсти, развернулся и зашагал мимо внушительной шеренги осветительных приборов, а вдогонку ему неслась песня «Здравствуй, столица, здравствуй, Москва...».

Фильмы Леонида Марягина

Арбузный рейс

Автор сценария — И. Ракша.

Оператор — П. Терпсихоров.

Художник — Т. Антонова.

Композитор — Б. Троцук.

В ролях: А. Бениаминов, Н. Погодин.

«Мосфильм», 1964 г.

Ожидания

Автор сценария — А. Рекемчук.

Оператор — В. Шейнин.

Художник — Б. Чеботарев.

Композитор — Л. Афанасьев.

В ролях: Г. Польских, С. Любшин.

«Мосфильм», 1965 г.

Про Клаву Иванову

Автор сценария — В. Потейкин.

Оператор — С. Зайцев.

Художник — В. Щербак.

Композитор — Я. Френкель.

В ролях: Г. Сайфулин, Н. Рычагова, Б. Кудрявцев.

«Мосфильм», 1969 г.

Моя улица

Автор сценария — Н. Фигуровский.

Оператор — В. Шейнин.

Художник — В. Щербак.

Композитор — Е. Птичкин.

В ролях: Г. Сайфулин, Н. Сайко, Н. Сазонова,

Б. Кудрявцев.

«Мосфильм», 1970 г.

Двое в пути

Автор сценария — Д. Василиу.

Оператор — В. Шейнин.

Художник — В. Щербак.

Композитор — Я. Френкель.

В ролях: Н. Зоткина, С. Крючкова, Д. Мониава.

«Мосфильм», 1973 г.

Вылет задерживается

Автор сценария — Д. Василиу.

Оператор — В. Чухнов.

Художник — В. Щербак.

Композитор — Я. Френкель.

В ролях: Т. Лаврова, В. Заманский, Е. Симонова, С. Крючкова, А. Вокач.

«Мосфильм», 1974 г.