Имя мне — Легион - Желязны Роджер Джозеф - Страница 101

Затем он остановился и отступил в тень. Страшно было идти, не зная, что там, дальше.

Кройд поднял руки и протянул их к свету фонаря.

— Бледнее, бледнее, бледнее…

Руки начали растворяться, пока сквозь них не засиял свет. Они становились все прозрачнее и прозрачнее. А телу было щекотно.

Когда руки исчезли, он опустил взгляд. Кажется, от него не осталось ничего, кроме этой щекотки.

И Кройд поспешно двинулся вдоль улицы, ощущая в себе огромный заряд энергии. Странное деревоподобное существо в соседнем квартале исчезло. Теперь улицы расчистили для транспорта, но в канавах валялось много мусора, и почти все стоящие у тротуара машины, попавшиеся ему на глаза, были повреждены. В каждом из домов, мимо которых он шел, по крайней мере одно окно закрывал картон или доски. Некоторые из деревьев у обочины превратились в расщепленные пни, а металлический столб дорожного указателя на следующем углу сильно наклонился.

Кройд спешил, удивляясь скорости своего продвижения. Добравшись до школы, увидел, что она осталась целой, не считая нескольких выбитых стекол. Он пошел дальше.

Три продовольственных магазина, к которым направлялся Кройд, были заколочены досками, и объявления гласили: «Закрыто. Следите за дальнейшими сообщениями». Кройд вломился в третий магазин. Ему почти не составило труда выломать доски одним толчком. Он нащупал выключатель и включил свет, но через несколько секунд снова выключил. Магазин был пуст. Его основательно почистили.

Кройд пошел дальше, к окраине, миновав по дороге несколько выгоревших изнутри зданий. В одном из них услышал голоса — один грубый, второй высокий, похожий на флейту. Через несколько секунд увидел ослепительную вспышку света и услышал вопль. Одновременно часть кирпичной стены рухнула, засыпав обломками тротуар у него за спиной. Кройд не счел нужным посмотреть, что произошло. Еще ему иногда казалось, что он слышит голоса снизу, из-за решеток сточных канав.

Той ночью он прошагал много миль и, только приближаясь к Таймс-сквер, обнаружил, что за ним кто-то идет. Сперва ему почудилось, что это просто крупный пес, бредущий в том же направлении. Но когда тот подошел ближе, Кройд заметил человеческие черты его лица и остановился, повернувшись к нему. Пес сел примерно в десяти футах и посмотрел на него.

— Ты тоже один из тех, — проворчал он.

— Ты меня видишь?

— Нет. Запах чувствую.

— Чего ты хочешь?

— Есть.

— Я тоже.

— Я покажу, где взять. В обмен на свою долю.

— Идет. Показывай.

Пес привел его к огороженной веревками площади, где стояли армейские грузовики. Кройд насчитал не меньше десятка машин. Между ними стояли и сидели люди в военной форме.

— Что происходит?

— Потом поговорим. Пакеты с едой в четырех грузовиках слева.

Не составило труда пройти за огороженный периметр, залезть в кузов сзади, набрать охапку пакетов и удалиться в противоположном направлении. Спрятавшись вместе с человеко-псом в парадном через два квартала, Кройд снова стал видным, и они набросились на еду.

После новый знакомый — он хотел, чтобы его называли Бентли, — рассказал Кройду о событиях, произошедших за те недели после гибели Джетбоя, которые Кройд проспал. Так мальчик узнал о бегстве в Джерси, о бунтах, о военном положении, о такизианах и о десяти тысячах погибших от вируса. И услыхал о выживших, но преобразившихся — счастливчиках и неудачниках.

— Ты — счастливчик, — сделал вывод Бентли.

— Я себя не чувствую счастливчиком, — ответил Кройд.

— По крайней мере, остался человеком.

— А ты уже ходил к этому доктору Тахиону?

— Нет. Он чертовски занят. Но я схожу.

— Мне тоже надо.

— Может быть.

— Что ты имеешь в виду — «может быть»?

— Зачем тебе меняться? Тебе повезло. Получай, что пожелаешь.

— Ты имеешь в виду воровство?

— Времена тяжелые. Каждый выкручивается, как может.

— Наверное, ты прав.

— Я могу показать тебе место, где ты подберешь подходящую одежду.

— Где?

— Прямо тут, за углом.

— Ладно.

Кройд с легкостью проник через заднюю дверь на склад одежды, к которому привел его Бентли. Затем снова стал невидимым и вернулся за следующей охапкой продуктовых пакетов. Когда он отправился домой, Бентли трусил рядом.

— Не возражаешь, если я составлю тебе компанию?

— Нет.

— Хочу посмотреть, где ты живешь. Я могу навести тебя на множество хороших мест.

— Да?

— Мне хотелось бы иметь друга, который будет кормить меня. Как ты думаешь, мы договоримся?

— Да.

В последующие дни Кройд стал добытчиком в семье. Его старшие брат и сестра не спрашивали, откуда берутся продукты, а потом и деньги, которые он с легкостью добывал во время своих ночных отлучек. Матери, полностью ушедшей в горе после смерти отца, тоже не приходило в голову спросить. Бентли, который ночевал где-то по соседству, стал его гидом и наставником в этих предприятиях, а также доверенным лицом в других делах.

— Не стоит ли мне сходить к тому доктору, о котором ты рассказывал? — промолвил Кройд, опуская на землю ящик с консервами, украденными со склада, и присаживаясь на него.

— К Тахиону? — спросил Бентли, вытягиваясь рядом в позе, не характерной для пса.

— Ага.

— А что случилось?

— Не могу спать. Прошло уже пять дней с тех пор, как я проснулся, а заснуть не удалось ни на минуту.

— Ну и что? Что в этом такого? Больше времени остается на дела.

— Но я начинаю уставать, а спать все равно не могу.

— Со временем наверстаешь. Не из-за чего беспокоить Тахиона. В любом случае, если он попытается тебя вылечить, у тебя только один шанс из трех или четырех.

— Откуда ты знаешь?

— Я у него был.

— Да?

Кройд жевал яблоко. Потом спросил:

— Собираешься попробовать?

— Если соберусь с духом, — ответил Бентли. — Кому охота прожить всю жизнь собакой? И к тому же не очень-то хорошей собакой. Между прочим, у меня к тебе просьба: когда будем проходить мимо какого-нибудь магазина для домашних животных, взломай его и достань мне ошейник от блох.

— Конечно. Интересно… Если я все же усну, я опять просплю так же долго, как и тогда?

Бентли попытался пожать плечами, но ничего не вышло.

— Кто знает?

— Кто тогда позаботится о моей семье? И о тебе?

— Я тебя понял. Если ты перестанешь выходить по ночам, то я, наверное, немного подожду, а потом пойду и попытаюсь вылечиться. А для твоей семьи ты бы лучше добыл побольше денег. Все опять наладится, а деньги — всегда деньги.

— Верно.

— Ты чертовски сильный. Как думаешь, ты смог бы вскрыть сейф?

— Понятия не имею.

— По дороге домой попробуем. Я знаю одно хорошее местечко.

— Ладно.

— …И еще порошок от блох.

Время близилось к утру. Кройд сидел и ел, одновременно читая, как вдруг на него напала неудержимая зевота. Когда он встал, то почувствовал в руках и ногах какую-то тяжесть, которой раньше не было. Он взобрался по лестнице и вошел в комнату Карла. Стал трясти брата за плечи, пока тот не проснулся.

— Что случилось, Кройд?

— Я хочу спать.

— Так иди ложись.

— Я уже давно не спал. Может, просплю опять очень долго.

— Ах так!

— Так что вот деньги, чтобы вам хватило, если так случится.

Он открыл верхний ящик комода и сунул под стопку носков пачку купюр.

— Гм-м, Кройд… Откуда у тебя столько денег?

— Не твое дело. Спи дальше.

Кройд добрался до своей комнаты, разделся и заполз в постель. Ему было очень холодно.

Когда Кройд снова проснулся, оконные стекла затянулись инеем. Выглянув на улицу, он увидел свинцовое небо и покрытую снегом землю. Его лежащая на подоконнике ладонь с короткими толстыми пальцами выглядела широкой и смуглой.

Осмотрев себя в ванной, Кройд обнаружил, что его рост примерно пять с половиной футов, телосложение мощное, волосы и глаза темные, а по ногам спереди, по внешней стороне рук, по плечам, спине и шее тянутся похожие на шрамы складки. Еще через пятнадцать минут он узнал, что может повысить температуру руки до такой точки, при которой вспыхивает зажатое в ней полотенце. Всего несколько минут спустя он обнаружил, что способен излучать тепло всей поверхностью тела и даже светиться — только ему стало жаль, что он одной подошвой прожег дыру в линолеуме, а другой — в банном коврике.