Маскарад или Сколько стоит твоя любовь? (СИ) - Ночина Марина - Страница 44

   Тимофей оказался куда выносливее моей семейки и лишь выразительно приподнял бровь. О, Чудовище оживает.

   - Раз припёрся, садись и рассказывай. Уж так и быть, буду сегодня твоей жилеткой.

   - С чего такая доброта? - поинтересовался парень и утянул первую печенюшку из плетёнки. Точно оживает.

   - А с чего ты приезжал на озеро?

   И молчание. Прикинулся, что увлеченно пережёвывает мягкое печенье. Ну-ну.

   Я тоже взяла себе лакомство и, словно зеркальное отражение Тима, начала жевать.

   Тимофей скривился, отвернулся к окну и вздохнул. Тяжко так, словно едва терпит моё присутствие. А всё почему? Потому что гордыня не позволяет сказать, зачем явился. Гордость не позволяет попросить помощи. Вот она какая - эта гордость. Особенно мужская и уязвлённая.

   - О Господи, чёрт тебя раздери, ну, сколько можно? Считай, что сегодня я живу по принципу: враг моего врага - мой друг. Так кто тебя обидел?

   Морозов на меня и не посмотрел, лишь слегка дёрнулись уголки его губ. Понравилось засранцу. И мне, чего уж скрывать, тоже. Сказанула, так сказанула.

   - Мне больше некуда идти, - и замолчал.

   Вот сиди, Ксюха, теперь и сама понимай, что это значит.

   - А если поподробнее?

   - В доме был пожар, кто-то развлёкся на Новый год.

   Глаза сами собой расширились, брови поползли на лоб - дошло.

   - Твой чердак сгорел?

   - Нет, - разбил догадку Тимофей. - Сгорела квартира на первом этаже, там дворник жил. Семёныч. Я благодаря нему обзавёлся крышей над головой. Теперь ему самому жить негде, а чердак опечатала полиция. Спасибо, хоть вещи дали забрать.

   - И где ты жил всё это время? - ничего себе у Чудовища Новый год прошёл. Впору его пожалеть.

   - По друзьям, - пожал он плечами.

   - По тем, что сейчас уехали на турнир?

   На этот раз попала в точку. Тимофей вновь отвернулся к окну.

   - А как же Максим? - в жизни не поверю, что его лучший друг и заботливая нянька отказался приютить. И точно. Мой обездоленный гость поморщился и принялся защищать Смольного.

   - Макс живёт с родителями, а те меня терпеть не могут. Уверены, что плохо влияю на их сына. Не хочу, чтобы из-за меня были ссоры, он и так едва ладит с ними.

   - Они не правы! - уверенно заявила я. - Ты очень хорошо влияешь на друга.

   - Спасибо.

   - Нет, правда. Максим классный, пусть и иногда напоминает тебя не в лучшем расположении духа.

   И вот он - колючий ледяной взгляд, пробирающий до самой души.

   - Спасибо за гостеприимство и чай, - рыкнул парень и встал. Я подскочила следом и хвостиком поспешила за ним в коридор. И ради чего стараюсь? Мне ведь потом и спасибо никто не скажет. Вру, он уже сказал, правда, за чай. Ой, да неважно!

   - И куда ты собрался? Там вообще-то холодно.

   - Переживу как-нибудь, - огрызнулся парень, завязывая шнурки на высоких ботинках. Выпрямился, едва не столкнулся со мной лбом и шарахнулся как чёрт от ладана. Я вроде бы не настолько страшная сейчас. Даже без подаренных Кешей очков а-ля "супер-страшный ботаник".

   Но главное, я поняла, зачем пришёл Тимофей и почему так отреагировал на собранные сумки. Если уж у него хватило смелости или скорее наглости (а, может, это всё от обречённости) после всего, что он сделал "ради меня", прийти сюда... Пожалуй, я тоже могу найти силы перебороть ненависть к нему и...

   Нет, ну, не оставлять же его зимой на улице. Я-то думала, мой Новый год прошёл ужасно.

   Шарахнулся Морозов в сторону кухни, едва не сбив с ног, поэтому перегородить собой входную дверь труда не составило.

   А ему не составит труда сдвинуть меня в сторону и уйти. Если, конечно, захочет.

   Навесила морду кирпичом и пока не передумала, поспешно заговорила:

   - Завтра с утра я улетаю, вернусь через полторы недели. Можешь всё это время жить здесь. Заодно квартиру посторожишь.

   Морозов обалдел. Наверное, думал, что пошлю его дальней дорогой, а тут такое. Что уж там: сама себе удивляюсь.

   Но ведь сто процентов решил: пошлю. И всё равно пришёл. А ещё говорят "женская логика"! Поди, разбери, о чём думало моё Чудовище, идя сюда. Поплакаться? Да никогда в жизни!

   - Ты серьёзно? - осторожно уточнил Морозов.

   - Нет, блин, издеваюсь! - всплеснула я руками. - Вещи твои где?

   - В камере хранения, на вокзале.

   - Тогда двигай туда и забирай их! Заодно по дороге купишь стирального порошка и ещё печенья!

   Тимофей был ошарашен настолько, что без лишних слов и дальнейших споров кивнул, снял с вешалки свою куртку и, судя по всему, пошёл выполнять мои приказания.

   - Порошок для цветного белья. И чтобы обязательно автомат! - прокричала ему вслед, высовываясь на лестничную площадку, захлопнула дверь и обессилено сползла на пол. Что я только что наделала?

   Истерика длилась минут пять, потом я утёрла слёзы, громко шмыгнула носом и поднялась на ноги. Кто-то себя за волосы вытаскивает из болота, ну, а я себя там топлю. В большом таком болоте, трёхкомнатном.

   Полюбовалась в зеркале на свои честные и совестливые глаза и поплелась на кухню. Мужик должен хорошо питаться, тогда он добрый и не буянит. Да и мне перекусить не повредит: одним печеньем сыт не будешь. Заодно подумаю, что дальше. Ведь не выгонишь теперь. Сама себе такой подлости не прощу. Пусть живёт. Будет вместо домашнего любимца. А как что - надену намордник и посажу в угол...

   Звонок в дверь застал меня за помешивание на сковородке макарон. Я решила особо не утруждаться с готовкой. На второй конфорке остывала кастрюлька с сосисками. А Морозов, однако, быстро. Впрочем, и вокзал от моего дома не так уж и далеко: пять минут пешком до остановки, пятнадцать на маршрутке и - привет, паровозики.

   Выключила конфорку и пошла встречать гостя. Хлеб с солью не обещаю, но макаронами и сосисками точно накормлю.

   - А где порошок? - как ревнивая жена, замерла я в проходе.

   - Порошок, - приподнял белый плотный пакет Тимофей. - И печенье.

   - Хороший мальчик, - довольно оскалилась я. Хотела ещё потрепать его по макушке, но поостереглась. Мало ли. То, что Морозов временно гостит у меня, не означает потерю острых зубов. А их у него много. Пожалуй, больше чем у того монстрика, которого он мне подарил. Чужой по сравнению с ним милый хомячок.

   "Ну, ты и загнула!" - поцокал языком внутренний голос. Пришлось снова согласиться. А ещё утверждаю, что фантазии нет.

   - Заходи, гостем будешь! - благородно разрешила я и совсем неблагородно, словно последняя разбойница, отобрала у парня пакет с заказом.

   Морозов пару секунд помялся на пороге, видимо, пересиливая свою гордость, и вошёл. Закрыл дверь и вопросительно посмотрел на меня.

   - Чего стоим? - заглядывая в пакет и рассматривая печенье, любезно поинтересовалась я. Хорошее купил, вкусное. Люблю такое. - Какой-то ты стал стеснительный, - фыркнула и начала борьбу с противоречиями. Куснуть печеньку или не перебивать аппетит?

   Тимофей поджал губы, скинул с плеча объёмную сумку, рюкзак и неспешно начал раздеваться. Ему бы стриптиз танцевать.

   Опять не вовремя проснулась моя буйная фантазия, но.... так эротично снимать куртку и ботинки...

   - Чувствуй себя, как дома, - буркнула я и убежала в кухню. Нефига всяким чудищам видеть смущённую невинную девушку. Ещё позарится на её честь...

   - Перебор! - вслух одёрнула себя и развела бурную деятельность. Особенно непонятно было, куда девать порошок. Зачем просила?

   Ладно, пока буду в отъезде, пусть сам стирается. Надеюсь, машинкой пользоваться умеет.

   Знакомо щёлкнула дверь ванной - это Морозов "чувствует себя как дома". Стоп-стоп-стоп! А спать он где будет? В свою кровать не пущу, пусть и буду за тысячи километров отсюда. Значит, ночевать ему придётся в гостиной на диване.

   Добавила в список запрещённых для гостя дел и этот пункт и разложила по тарелкам наш нехитрый ужин. Морозов появился на кухне спустя пять минут, умытый, с чуть мокрыми на кончиках волосами. Даже соизволил причесаться, но шевелюра всё равно дыбилась во все стороны.