Маскарад или Сколько стоит твоя любовь? (СИ) - Ночина Марина - Страница 55

   - Может, мне остаться здесь? - мой голос дрожал. Не скажу, что было так уж страшно, скорее передавалась неуверенность Тимофея. И вот от осознания этого действительно стало не по себе. Чтобы Тим и боялся? Не представляю, как такое может быть. И не понимаю, как можно бояться собственного отца. Он должен быть опорой для сына, а потом, когда наступит время, сын станет опорой для отца. Ведь мой Кеша не просто так требует самостоятельности. Да, они часто ругаются с папой, но ещё не было случая, когда они не мирились.

   - Нет, - твёрдо отрезал Морозов и лишь крепче сжал мою ладошку. И дураку понятно, что не отпустит. Зачем только спрашивала, неразумная?

   - Тогда идём? - выглянув из-за его плеча, уточнила я и на этот раз постаралась, чтобы голос переполняла уверенность. - Раньше придём - раньше закончим, правильно?

   Тимофей кивнул, глубоко вдохнул-выдохнул, оглянулся на меня, выдавил улыбку и потянул дверь на себя. И только сейчас я поняла, кого он боялся на самом деле. Не отца, который возможно ждёт нас за этой дверью. Себя. Боялся не справиться с собой. И, кажется, немножко тревожился за меня.

   Впрочем, о "страхе за меня" я могла и нафантазировать. В последнее время это хорошо получается.

   За дверью оказалась библиотека. Огромная, двухуровневая. От обилия книг разбегались глаза. Наверное, в городской библиотеке, куда я время от времени захаживаю, не было такого собрания.

   Тимофей с минуту стоял смирно, давая мне возможность осмотреться, потом шепнул, чтобы я не расслаблялась, и потянул вглубь комнаты. И снова если бы не рука Морозова, тянущая вперёд, тормозила бы у каждого стеллажа. Книги совершено не моя страсть, если это не касается учёбы, но какой уважающий себя человек сможет равнодушно пройти мимо? Банальное любопытство сожрёт с потрохами!

   Вот и я не могла. Но оставалось лишь горестно вздохнуть и идти за своим Чудовищем. Если я чувствую от окружающих вещей восторг, Тимофей должен всё это ненавидеть.

   Мы прошли несколько длинных шкафов, свернули влево и остановились. Здесь, между высокими стеллажами, прятался маленький уютный кабинетик.

   Тимофей затормозил так резко, что я, вновь заглядевшаяся по сторонам, влетела в его плечо.

   Парень коротко глянул на меня, улыбнулся одними глазами и перевёл всё внимание на работающего за столом человека.

   Мужчина, на вид лет сорок, в чёрном джемпере с закатанными до локтя рукавами. Тёмные волосы, на висках чуть посеребрённые сединой были коротко подстрижены, лицо чисто выбрито, только над верхней губой две полоски ровных усов и аккуратная бородка. Не совсем современно, но ему очень шло. Цвет глаз не рассмотрела, но тут и к гадалке ходить не нужно: перед нами был Константин, отец Морозова. Тимофей был очень похож на него, практически копия. Возможно, и характер ему достался тоже отцовский. Только если Тима был холоден как лёд, его папаша так и пылал жаром. Или здесь просто слишком жарко?

   Расстегнула куртку - стало полегче.

   - И даже не поздороваешься? - не отрываясь от бумаг, поинтересовался Константин.

   - Что ты от меня хотел? - спокойный ровный голос и ни тебе колышущейся злобы, ни метания молний друг в друга. Я думала, будет столкновение двух стихий - огня и льда. Но нет, мои фантазии вновь не оправдались. Тимофей держал весь холод при себе, выпуская его чётко рассчитанными порциями, а его отец ещё на подлёте расплавлял его своим огнём.

   Константин мягко усмехнулся, оставил бумаги в покое и взглянул на сына. И тут его взгляд соскользнул на меня. Мужчина нахмурился и перевёл обратно на сына вопросительный и в меру недовольный взгляд.

   - Это кто? - прозвучало так, словно я последнее ничтожество в мире. Понимаю, на длинноногую распутную богатенькую и тупую красотку, которые должны пачками вешаться на красавца Тима, когда он не в образе ботаника (а сейчас он был самим собой, в таком виде уже встречал меня у универа), совсем не походила.

   - Не твоё дело, - словно от никчёмной мухи отмахнулся Тимофей и с лёгкой улыбкой на губах, повернул голову ко мне. - Посиди пока. Это не займёт много времени.

   Пожала плечами, покосилась на ещё больше нахмурившегося Константина и отошла к дальней стене, где в одиночестве грустил дорогой диван из чёрной кожи. Наблюдать перепалку отца и сына и при этом не быть одной из причин ссоры меня вполне устраивало.

   Скинула рюкзак на пол, сама плюхнулась в уголке дивана и постаралась придать себе равнодушный вид. Сразу переборола проснувшееся желание взять какую-нибудь книгу с ближайшей полки... Достаточно было вспомнить слова Тимофея: стать тихой мышкой и бояться - и сразу расхотелось что-либо делать.

   Рассматривать свои руки тоже весьма интересное занятие.... Жаль, нет пилочки для ногтей.

   - Кажется, я задал вопрос, - проводив меня взглядом до самого дивана, чуть повысил голос Константин.

   - А я, кажется, ответил, что это не твоё дело, - в тон ему произнёс Тимофей.

   - Всё такой же наглый, - довольно крякнул мужчина и жестом предложил Морозову сесть в кресло. Два кожаных родственника дивана как раз приютились перед массивным раритетным столом хозяина.

   Тимофей остался стоять, лишь повернулся к стеллажу и начал изучать корешки книг.

   - Ты хотел меня видеть, я пришёл. Просвети, зачем позвал.

   - И всё та же грубость. Виктор совсем тебя не воспитывает, - вздохнул Константин, наливая себе в низкий стакан янтарной жидкости. Мысленно скривилась: после возвращения с каникул к алкоголю отношусь с отвращением.

   - Составишь мне компанию? - не дожидаясь ответа сына, наполнил второй стакан.

   - Ксюш, мы уходим, - раздражённо объявил Тимофей, и я с готовностью подскочила.

   - Сидеть! - рявкнул Константин. Пришлось упасть обратно на диван. Хотя тут и не надо делать вид, что боишься... Я в чём-то даже завидую Тиму: он и бровью не повёл, только вопросительно посмотрел на меня. Кивнула, мол, всё нормально.

   - Я пока ещё никуда вас не отпускал. Тимофей, сядь.

   - Постою, - равнодушно бросил парень, снова вернувшись к изучению книг. Вытащил одну и открыл.

   - Когда же ты начнёшь...

   - Никогда, - книга с шумом захлопнулась, а от Тима начало веять арктическим холодом. Достало и до меня. - И давай ближе к делу, я спешу.

   - Сыно-ок, - добродушно протянул Константин, поднялся, подхватил свой стакан, обошёл стол и уселся на столешницу. - Я ведь к тебе со всей душой.

   Заинтересованно осмотрела папашу Морозова. Подтянут, высок, строен, пивным брюшком и не пахнет.

   "Самовлюблённый павлин!" - констатировала я и вновь потупилась, исподтишка следя за происходящим.

   Тимофей же пропустив слова отца мимо ушей, вернул книгу на место и хмыкнул. "Видал я таких отцов, лучше бы сдох при рождении", - читалось на лице парня. Представляю, где у него сидит эта Лукосовщина. Лю-ю-юк! Я твой отец...

   - Ладно, - пожал плечами Константин, пригубил напиток и взял со стола явно дорогой телефон.

   - Спустись, я в библиотеке, - бросил он в трубку, небрежно откинул мобильник на место и залпом допил жидкость в стакане.

   - Можешь меня поздравить. Я женюсь! - выдохнув, обрадовал отец Морозова.

   Тимофея словно мешком с цементом по голове огрели. Он сильно наклонил вперед голову, сжал кулаки и чуть качнулся. Я не усидела и дёрнулась к нему, испугавшись, что он сейчас... Да кто его знает, что он может вытворить! Может, сядет там, где стоит, а может, бросится на отца с кулаками. Однако парень быстро пришёл в себя, а я сделала вид, что просто выбирала удобную позу для покорного ожидания. Могла и не стараться: на меня никто не обратил внимания. Константин с любопытством наблюдал за реакцией сына, а Тимофей продолжал стоять...

   Морозов резко поднял голову, насмешливо усмехнулся и, подойдя к левому креслу, опёрся локтями на спинку.

   - Моей матери, как вижу, тебе оказалось мало. Нашёл новую жертву? А она знает...