Маскарад или Сколько стоит твоя любовь? (СИ) - Ночина Марина - Страница 64

   - Сам знаю, - отмахнулся брат и продолжил. - А с утра меня будят воплями и криками. Я уж решил, горим. Ан нет! Явилась одна дама, произвёдшая тебя и меня на свет, и потребовала выдать ей дочь!

   Не сиди я на стуле, упала бы. Даже Тимофей подался ко мне, увидев перекошенное ненавистью и болью лицо. Один мой нервный жест, и он снова на своём наблюдательном посту. Опёрся плечом на косяк, скрестил руки на груди и смотрит...

   Что б у тебя глазёнки повываливались!

   - Отец с ней второй час воюет. А я вот решил тебе позвонить. Дай, думаю, порадую любимую сестрёнку!

   "Порадовал", - угукнул внутренний голос. Я была с ним полностью согласно. Что привело эту... женщину к моей семье? Неужели проснулся материнский инстинкт? А не пойти ли ей с ним...

   - Ксюх, ты там? - насторожился Кеша.

   - Здесь. Пошли её куда подальше от моего имени.

   - То есть, адрес твой ей не давать?

   - Кеша!

   - Уж и пошутить нельзя, - проворчал братишка. - Ты где её нашла?

   - Случайно встретила. Ну, и... - угрюмо развела руками и вздохнула. Кеша этого, разумеется, не видел, но по интонации понять должен. Эта встреча не предел моих мечтаний.

   - Не поверю, что она тебя узнала, - нервно усмехнулся брат.

   - Главное, что я её узнала и... Немножко не сдержалась.

   - Правильно! - похвалил Иннокентий. - Я, когда они меня разбудили своими воплями, тоже высказался. Ты прикинь, она начала мне нотацию читать.

   - Уж-с, - закатив глаза, высказалась я и, поймав взгляд Морозова, указала ему на чайник. Понял. Пошёл ставить.

   Едва удержалась, чтобы не поставить ему подножку.

   - Ла-а-адно, - прозевал братец. - Я вот чего звоню: хочу свалить из этого курятника. Можно у тебя на диванчике перекантуюсь?

   - Нет! - испуганно выкрикнула я.

   - Нормально.

   - Кеш, прости, но давай ты где-нибудь...

   - Хорошо, - согласился брат. Слишком просто и быстро. - Где-нить приютюсь, - и повесил трубку.

   - Всё, конец, - мрачно сообщила я и откинула мобильник на стол. Тимофей отвлёкся от кастрюльки с супом, которую только-только достал из холодильника, а сейчас водружал на плиту, и вопросительно посмотрел на меня.

   - Сейчас сюда приедет Кеша, и если я не убила тебя утром, то братик фамильярничать не будет. Свернёт шею, а потом начнёт разбираться. Советую куда-нибудь свалить до вечера.

   - Нет, - радостно отказался Морозов, выдернув из-за стола стул, приставил его вплотную к моему и сел.

   - Я никуда отсюда не уйду.

   Пришлось отодвигаться от Чудовища вместе со стулом, мысленно обзывая его нехорошими словами.

   Не уйдёт сам - полетит с лестницы. Хотя... Можно экспериментальным образом проверить, кто из двоих (Кеша или Тим) сильнее. А победителю заехать сковородкой по голове в качестве профилактики. Брату - за его чересчур активную опеку, Тимофею за... да просто за всё. На его совести накопилось достаточно.

   - Хочешь, я тебе кое-что расскажу? - склонив голову к плечу и наблюдая за моим дезертирством вместе со стулом, спросил Морозов.

   - Ну, расскажи, - поморщилась и встала. Чайник как раз закипел. Налью чаю, заодно нормально пересяду.

   - Ты мне всё равно не поверишь, но может хоть, наконец, наорёшь, - тихо усмехнулся парень.

   - Не буду я на тебя орать, - поджав губы, полностью сосредоточилась на заваривании чая.

   - А надо. Поможет пережить.

   - А мне нечего переживать, - равнодушно сказала я. Досыпала в чашку ещё ложку сахара и оставила остывать. Не люблю кипяток.

   Передвинула стул подальше от Морозова и села. Тимофей молча следил. Видимо, ждал, что скажу что-нибудь ещё. Пожалуйста! Не жалко.

   - Может, ты и привык к подобному, но я не твои девки. Я у себя одна: единственная и любимая - и реагировать буду так, как захочу.

   - Тогда как ты среагируешь на то, что фактически сама затащила меня в постель?

   "Да ты чё?" - обалдел внутренний голос, а я осталась хладнокровна и безучастна ко всему. Лишь пожала плечами.

   - Возможно. В нетрезвом виде чего только не сделаешь.

   Морозов со стоном уронил голову на лежащую на столе руку и громко выдохнул.

   А потом резко подскочил, обошёл стол, ухватил меня за локоть, поднял на ноги и поцеловал.

   Я забарахталась, возмущённо замычала и, как только закончился поцелуй, убийственным взглядом впилась в полные льда глаза Чудовища.

   - Руки убери, козёл!

   - Уже лучше, - констатировал парень, удерживая мои запястья своими ручищами, и вновь поцеловал.

   Попыталась ударить его по ноге - перетерпел, чуть больнее сжал мои руки и усадил на стол.

   - Ненавижу тебя!

   - Ещё разок, - усмехнулись его губы и снова обожгли плавящим поцелуем.

   Отстранился, отдышался, оценил моё состояние.

   Я метала глазами молнии и тоже громко и сбито дышала.

   - Урод!

   - Не помогло. Попробуем ещё раз.

   Как только склонился, укусила его за губу и попыталась вырваться.

   - А это уже не по правилам. Надо поменять.

   Завёл мои руки мне же за спину, перехватил запястье одной своей лапищей и скользнул свободной рукой под свитер.

   Я охнула и засопротивлялась активнее, а он снова полез целоваться.

   "Да ответь ты ему, может, отстанет", - посоветовал пыхтящий внутренний голос, и я сдуру послушалась.

   Рука Морозова под свитером смелее двинулась вверх, забравшись под край лифчика, губы усилили нажим, в ход пошёл язык...

   Я сдалась. И теперь сама тянулась за его губами, а он всё отстранялся... Напоследок яростно поцеловал, мягко сжал ладонью грудь и спустил руку обратно на талию.

   - Чудовище, - задыхаясь, высказалась я и получила в ответ победную улыбку.

   - Чудовище, - согласился парень и отпустил мои руки.

   И сразу получил законную пощёчину.

   - Незаслуженно, - печально вздохнул он и опять поймал мои запястья, не позволяя больше себя бить. И вновь поцеловал.

   На этот раз поцелуй был неспешным и нежным, ласкающим губы. Внутренний голос пытался как-то там протестовать, но я не замечала ничего. Как можно замечать что-то, когда тебя так целуют?

   Закрыла глаза и медленно поплыла...

   Внезапно всё закончилось. Тимофей, тяжело дыша, прижался лбом к моему. А я с зарождающимся страхом обнаружила, что одной рукой обнимаю его за шею, второй зарылась в мягкие длинные волосы парня. Сижу я на столе, а Морозов, вплотную прижавшись, устроился между моих широко развёдённых бедёр.

   Дёрнулась...

   - Замри, - хрипло приказало моё Чудовище и, пару секунд простояв в напряжении, расслабилось.

   Отличный момент, чтобы врезать ему. И ваза как раз под рукой.

   "Да-а!" - радостно завопил внутренний голос, который, наконец, докричался до своей хозяйки. Но я ничего не сделала: так и сидела, ловя его дыхание на своих губах...

   - Я кое-что обещал тебе вчера, - спустя какое-то время, счёт которому был давно потерян, тихо сказал Тимофей. В его объятиях, вопреки всему, было уютно и спокойно, а это главное. Не думала, что Ледяное Чудовище может так доводить девушку до истерики. От этого "так" до сих пор неспокойно колотилось сердце и по коже бегали мурашки.

   - Только честно, - прошептала в ответ и чуть отстранилась, чтобы заглянуть в его шоколадные глаза. - Я правда затащила тебя...

   Договорить мне не дали: Тимофей мелко затрясся, при этом безрезультатно пытаясь скрыть улыбку.

   Я снова начала вырываться.

   - Поцелую, - пригрозил парень, и я, вжав голову в плечи, замерла.

   - Я бы не стал тебе врать.

   - Почему?

   - Потому что влюбился. По уши. Как дурак.

   - Отпусти! - приказала я и активно начала выбираться. Сейчас Морозов препятствовать побегу не стал, ничего не сказав, отошёл, только проводил ТАКИМ взглядом.

   А мне плевать на всё. Хотелось кричать, бить предметы, пинать стены и - больше всего - спустить Тимофея с лестницы. Как он посмел?! Как? Признался мне в любви и...