Удел упыря - Матюхин Александр - Страница 74

Бежали по узким улочкам Назарада: впереди несколько упырей, уже ничуть не скрывавших своего истинного обличья, в центре – Юсуп, Дементий и тот, кто лежал в гробу, а позади еще несколько крылатых тварей. Юсупа мутило от запаха крови и разложения, он часто спотыкался, но вынужден был бежать.

А еще он вспомнил, где видел этого упыря. Вернее, он слышал его и чуял его запах. Это был тот самый упырь – Ефан его звали, – который чуть не застукал Юсупа в подвале дворца Аиши. Тогда леди Коновалова вовремя увела его прочь. А вот теперь они вновь свиделись.

Где-то вдалеке грохотали пушки и катапульты, кричали люди. Тянуло дымом. Русичи все же решили напасть этой ночью. Упыри вокруг были возбуждены. Они нетерпеливо перекликались по-своему, предвкушая, видимо, скорую расправу над городом. Кто знает, может именно на сегодня Упырем назначен Судный День?

«Ну, хоть его, родного, в истинном-то облике увижу, – думал Юсуп, задыхаясь от бега, – а там, может, что и сделать удастся…»

Они выскочили к резиденции как-то неожиданно. Раз – и вот уже пожилой упырь в мундире турецкого солдата отворяет им ворота, пропуская внутрь. И скалится, рассматривая перепуганного вусмерть Дементия и его, Юсупа.

За воротами уже совсем не так, как было, когда Юсуп приходил сюда в облике сэра Дуллитла. Упыри повсюду. Людей больше нет. Или почти нет. А те, кто есть, уже неживые. Покусанных до смерти упыри побросали прямо на земле, в грязи. Тех, кого хотели оставить, складывали на телеги, укрытые брезентом. Растерзанные тушки кур, петухов и индюшек радостно швыряли по воздуху, ловили и с плотоядным урчанием пожирали. Вокруг творился ад.

Юсуп почувствовал, как к горлу подступает горький комок, нос заложило от резких запахов, и он поспешил задержать дыхание.

А Ефан-упырь уже толкал в спину и кричал:

– Пошевеливайся же, ну, давай быстрей!

Ко дворцу подошли они втроем. Оглянувшись, Юсуп разглядел невдалеке поднимающееся зарево от какого-то горящего здания. У Дементия начала трястись челюсть, и он весь посинел.

– Нечего пялиться, все равно ничего больше не увидите, проходите-ка внутрь! – заорал Ефан и грубо пнул Дементия ногой в колено. Дементий-то боли не почувствовал, но перепугался еще больше.

Они зашли в холл, внутри которого в беспорядке метались опьяненные свободой упыри, и поднялись на второй этаж.

Там их уже ждали.

Юсуп вдруг понял, что его головная боль, комок в горле и противные запахи в носу – это ничто по сравнению с тем, что он испытал, увидев Упыря!

Ведь это и был Упырь! И это была не Аиша.

– Леди…

– Да, это я, – Упырь сидел за столиком, около красноглазого и худого Гиберта и, чуть улыбаясь, созерцал Юсупа переливающимися всеми цветами радуги глазами. В полумраке комнаты эти глаза светились так ярко, что от них впору было ослепнуть…

– … Коновалова, но… – закончил пораженный Юсуп, – как… что происходит вообще?

Только сейчас он заметил, что комната эта – спальня. На краю широкой кровати сидят Ильнур с Алаидой, связанные по рукам и ногам. Фиида – чуть дальше, и голова ее, зажатая между колен, направлена в его сторону. Упыри здесь – не опьяненные кровью, а самые настоящие воины; стоят в стойках, не сводя с пленников глаз. И еще один человек сидит на кровати. Это обычный человек. Он напуган, да так сильно, что его лицо побелело, рот открылся, а глаза выкатились и не моргают. Он смотрит на леди Коновалову.

– Что происходит? – повторил Юсуп. От него не ускользнуло то обстоятельство, что Ильнур чуть заметно улыбается в бороду. Совсем старого повело?!

Ефан подтолкнул обоих пленников к кровати. Они уселись около Алаиды и Ильнура. Старик бодро подмигнул и шепнул одними губами – не бойся, дескать, выкрутимся.

Коновалова поднялась со своего места. Всплыла грациозно, повиснув чуть над полом, касаясь его лишь кончиками белоснежных, без единой капельки крови, пальцев. Подплыла чуть ближе и зависла над ними, разглядывая каждого поочередно. Силуэт ее колыхался в такт огонькам свечей.

– Я знаю тебя, Ильнур, – сказала она наконец, – мои люди говорили о тебе, когда ты был еще на Острове. Я знаю и тебя, Юсуп, ты тоже оттуда… но кто ты такая, женщина?

– Тебе не все ли равно? – огрызнулась Алаида.

– Мне интересно, кто же это захотел встать против меня на пути к Миру.

– Не надо высоких слов, – поморщился Ильнур, – эта девушка – Алаида, она с Большой Земли, мы подобрали ее у друидов, как, собственно, и Дементия. Они оба для нас выполняли черную работу. Стирали, еду готовили, дрова рубили, к примеру. Они тебе совсем ни к чему.

– Предлагаешь их отпустить? – поинтересовалась Коновалова бархатным голоском.

– А возможно? – удивился Ильнур. Коновалова покачала головой:

– При всем моем желании – слуги не позволят. Им тоже хочется кушать. Да, в Дементии я вижу кое-что, скрытое у него в груди. Какое-то заклятие… не пойму – какое?

– Ага, – кивнул Ильнур. Взгляд его почему-то все время обращался к Гиберту и за его спину. – Ты обещала рассказать нам все по порядку. Как ты нас вычислила и почему вообще твой гроб оказался в доме у Аиши? Где она, кстати?

– В древности существовала такая игра – детектива, – сказала леди Коновалова, задумчиво поглядывая в окно. Стрельба и крики раздавались уже совсем близко. – В этой игре основную роль играли логические загадки, которые разгадывал один или несколько человек. А в конце судья открывал все карты, и тот, кто оказывался ближе к истине, выигрывал. Хотите сыграем?

– Не откажемся, – кивнул Юсуп, который ничего из сказанного Упырем не понял.

– Хорошо. Тогда я буду судьей, тем более что игра ваша подходит к концу. Расскажу вам все по порядку, дорогие мои, – леди Коновалова улыбнулась, да так ослепительно, что рот Юсупа мгновенно наполнился вязкой слюной. Он громко сглотнул. Гиберт за столом хмыкнул.

– Еще только приехав в Назарад, я знала, что за мной ведется слежка. Конечно, преследователи были далеко, узнать конкретно, кто они, я не могла. Я просто чувствовала. Да и не могло быть иначе, после уничтожения такого могущественного врага, как Остров! Кто-то же все равно остался в живых. Были, были тоненькие ниточки, которые тянулись от Острова в мою сторону. Почти год назад вдруг исчез демон Айхедал, которого мне удалось заставить уничтожить Остров. Я ведь следила за ним и после, но кто-то увел его у меня из-под носа более сильным заклятием. Значит, понадобился кому-то… Из городов Англии стали просачиваться слухи, что некие странники с чудным заморским акцентом расспрашивают обо мне и обо всем, что со мной связано. Вот я и укрылась в Назараде, готовясь одновременно и к завоеванию Мира, и к встрече таинственных мстителей.

Дом госпожи Аиши (бедная, наивная девочка, ее так легко было околдовать!) изначально использовался для приманки. Все слуги в этом доме были заменены упырями. Даже мой верный помощник Ефан ночевал в подвале – в гробу, который был абсолютно идентичен моему. А я старалась не привлекать внимания, одурманивая потихоньку знатных турецких вельмож и распространяя свое влияние на Восток…

А потом появились вы. Сначала некий шпион, которого заметили мои слуги на базаре и едва не настигли на стене, опоясывающей город. Затем – странные поселенцы в доме купца Калахи. О них мне поведал один знакомый, которому рассказал о вас сам Калаха. Вот я и подослала дэцлов – выяснить что к чему. Дэцлы были приманкой, чтобы заставить вас пойти на решительные действия. Так и вышло.

– Пошто муженька-то убили? – произнесла голова Фииды.

Юсуп вздрогнул.

– Значит, заработал, – хладнокровно ответила Коновалова, не поворачиваясь к ней.

Ильнур легонько толкнул Юсупа в бок и изогнул бровь, явно пытаясь привлечь его внимание.

– И все ж? – не унималась Фиида

– Тебе знать не надо, – ответил Упырь. – ты же мертва, вот и отправляйся в свой мир спокойно.

Ильнур затряс бородой. Юсуп непонимающе моргнул. Алаида заинтересованно скосила на них глаза.