Избранное - Маяковский Владимир Владимирович - Страница 104

104

РАССКАЗ ЛИТЕЙЩИКА ИВАНА КОЗЫРЕВА О ВСЕЛЕНИИ В НОВУЮ КВАРТИРУ

Я пролетарий.Объясняться лишне.Жил,как мать произвела, родив.И вот мнеквартирудает жилищный,мой,рабочий,кооператив.Во – ширина!Высота – во!Проветрена,освещенаи согрета.Все хорошо.Но больше всегомнепонравилось —это:этобелее лунного света,удобней,чем земля обетованная,это —да что говорить об этом,это —ванная.Вода в кране —холодная крайне.Крандругойне тронешь рукой.Можешьхолодноймыть хохол,горячей —пот пор.На кранеодномнаписано:«Хол.»,на кране другом —«Гор.»Придешь усталый,вешаться хочется.Ни щи не радуют,ни чая клокотанье.А чайкой поплещешься —и мертвый расхохочетсяот этогоплещущего щекотания.Как будтопришелк социализму в гости,от удовольствия —захватывает дых.Брюки на крюк,блузу на гвоздик,мыло в рукуи…бултых!Сидишьи моешьсядолго, долго.Словом,сидишь,пока охота.Простов комнателето и Волга —только что нетурыб и пароходов.Хоть грязьна тебедесятилетнего стажа,с тебякорою с дерева,чуть не лыком,сходит сажа,смывается, стерва.И уж распаришься,разжаришься уж!Тут – вертай ручки:и каплетпрохладныйдождик-душиз дырчатойжелезной тучки.Ну уж и ласковость в этом душе!Тебяникакойне возьмет упадок:погладит волосы,потреплет ушии течетпо желобупромежду лопаток.Водустираешьс мокрого тельцаполотенцем,как зверь, мохнатым.Чтобы суше пяткам —полстелется,извиняюсь за выражение,пробковым матом.Себя разглядевшив зеркало вправленное,в рубахув чистую —влазь.Влажу и думаю:"Очень правильнаяэта,наша,Советская власть".

Свердловск, 28 января 1928г.

ИМПЕРАТОР

Помню —то ли пасха,то ли —рождество:вымытои насухорасчищено торжество.По Тверскойшпалерамистоят рядовые,перед рядовыми —пристава.Приставовглазамиедят городовые:– Ваше благородие,арестовать? —Крутитполицмейстерза уши ус.Пристав козыряет:– Слушаюсь! —И вижу —катится ландо,и в этой вот ландесидитвоенный молодойв холеной бороде.Перед ним,как чурки,четыре дочурки.И на спинах булыжных,как на наших горбах,свитаза нимв орлах и в гербах.И раззвонившие колоколарасплылисьв дамском писке:Уррра!Царь-государь Николай,императори самодержец всероссийский!Снег заноситкосые кровельки,серебриттелеграфную сеть,он схватилсяза холод проволокии осталсяна нейвисеть.На всю Сибирь,на весь Уралметельная мура.За Исетью,где шахты и кручи,за Исетью,где ветер свистел,приумолкисполкомовский кучери встална девятой версте.Вселеннуюснегом заволокло.Ни зги не видать —как на зло.И толькоследыот брюха волковпо следудиких козлов.Шесть пудов(для веса ровного!);будто правиткедров полком он,снег хруститпод Парамоновым,председателемисполкома.Распахнулся весь,роютснегпимы.– Будто было здесь?!Нет, не здесь.Мимо! —Здесь кедртопором перетроган,зарубкипод корень коры,у корня,под кедром,дорога,а в ней —император зарыт.Лишь тучифлагами плавают,да в тучахптичье вранье,крикливое и одноглавое,ругается воронье.Прельщаютмногихкороны лучи.Пожалте,дворяне и шляхта,коронуможноу нас получить,но тольковместе с шахтой.