Выбери любимый жанр

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Избранное - Маяковский Владимир Владимирович - Страница 107


107
Изменить размер шрифта:

1928

«ОБЩЕЕ» И «МОЕ»

Чуть-чуть еще, и он почти б

был положительнейший тип.

Иван Иваныч —чуть не «вождь»,данав ладоньвожжа ему.К немуидетбумажный дождьс припиской —«уважаемый».В делах умен,в работе —быстр.Кичиться —нет привычек.Ондобросовестный службист —не вор,не волокитчик.Великегопартийный стаж,взгляни в билет —и ахни!Карманы в ручках,а уста жсахарного сахарней.На завистьлегкость языка,увереннои пустоон,взяв путевку из ЭМКА,бубнитпод Златоуста.Поетна соловьиный лад,играетсловоправою«о здравии комсомолят,о женском равноправии».И, снявслужебные гужи,узнавши,час который,домойприедет, отслужив,и…опускает шторы.Распуститонжилет…и здесь,– здесьчастной жизни часики! —преображаетсявесьпо-третье-мещански.Чуть-чутьне с декабристоврод —хоть предковв рамы рамьте!Носыназа ушидеретза леность в политграмоте.Орет кухарке,разъярясь,супомусомкапая: «Не суп, а квас,который раз,пермячка сиволапая!..»Живешь века,века учась(гениине родятся).Под граммофонс подругойчаспод сенью шторфокстротится.Женас похлебкой из пшенасокращеназа древностью.Еговторая зам-женаи хороша,и сложена,и вымучена ревностью.Елозялапой по ногам,ерошаюбок утлость,он вертитпод носом наган:«Ты с кемсегодняпуталась?..»Пожил,и отошел,и лег,а ночьпаучит нити…Попробуйте,под потолоктеперьк немувзгляните!И сразуонвскочил и взвыл.Рассердитсяи визгнет:«Не смейтевмешиватьсявыв интимностьчастной жизни!»Мы вовсене хотим бузить.Мы кроембыт столетний.Но, боже…Марксе, упасинамзаниматься сплетней!Не будемв скважины смотретьна дрязгив вашей комнате.У васна домиз суток —треть,но знайтеи помните:глядитмещанская толпа,мусолитстол и ложе…Какпод стекляннейший колпак,на времяжизнь положим.Идясквозь бытмещанских клик,с брезгливостьюпреувеличенной,мыпеременимжизни лик,и общей,и личной.

1928

КАЗАНЬ

Стара,косастоитКазань.Шумитбурун:«Шурум…бурум…»По-родномутараторя,снегомлужинамарав,у подворьяв коридорелюдисмотрят номера.Кашляяв рукава,входитробковат,глаза таращит.Приветствую товарища.Яв языкахне очень натаскан —что норвежским,что шведским мажь.Входит татарин:«Яна татарскомвампрочитаю«Левый марш».Входит второй.Косой в скуле.И говорит,в карманах порыскав:«Я—мариец.Твой«Левый»дай тебепрочту по-марийски».Эти вышли.Шедших этихв низкойдверивстретил третий.«Маршваш – наш марш.Я —чуваш,послушай,уважь.Маршвашинскийтак по-чувашски…»Как будтогодывзял за чуб я —– Станьтеи не пылите-ка! —рукоюсвоею собственнойщупаюбестелое слово«политика».Народы,жившие,въямясь в нужду,притершисьУралу ко льду,ворвались в дверь,идяна штурм,на камень,на крепость культур.Крива,косастоитКазань.Шумитбурун:«Шурум…бурум…»
Перейти на страницу: