Пасьянс в четыре руки - Граузс Елена - Страница 57

— Чувствую… — выдохнула Кира и встала. Вытянула из пачки сигарету и подошла к окну. — Но если бы я еще знала, что именно чувствую. Мне… интересно смотреть на то, что с ним происходит. Но я не могу сказать, как он меняется, я не знала его другим. Мне… нравится, когда он меня касается. И «масть» словно с ума сходит, когда Влад рядом. Это можно как-нибудь остановить? Что если нам разойтись и не видеться больше никогда?

— Игнатова, если я тебя пять минут назад умной назвал — забудь как дурной сон, — процедил Илья. Ты убить его хочешь? Это же инициация.

— Она не завершена, — сухо бросила Кира. — И я не для себя стараюсь. По твоим словам, мне вообще должно быть плевать, есть Туз или нет. Он — слабое звено и уязвимое место. И ему это точно не понравится. К тому же инициация не завершилась. Если вообще началась.

— Началась, — уверенно заявил Илья. — В противном случае тебе было бы на него плевать. А ему — на тебя. Если я все правильно понял, завершится инициация тогда, когда он отдаст тебе преобразованную энергию. Блин, только не спрашивай как, сам не знаю.

— Очень надеюсь, что ты ошибаешься… — тихо ответила Кира, закрывая глаза и словно сжимаясь. Она в ответе за Влада. Если все, что сказал Илья — правда, она в ответе за парня. — Сегодня ушла одна из твоих «карт». В супермаркете было еще одно нападение «искусственной» карты.

По лицу Короля Пик скользнула тень настоящей боли. Их мало. Слишком мало, чтобы терять. И терять вот так.

— Я… знаю. Несчастный ребенок. Но все… — он тряхнул головой и на два пальца плеснул в стакан еще джинну. — Вас не приложило?

— Я заблокировала воздействие. А вот Влада она попыталась убить. И «выгорела».

Илья вскинул на нее потрясенный взгляд.

— Кира, он сделал это, понимаешь?! Она пыталась убить его. Направленное против Туза воздействие, прямая угроза жизни. Тузы — вампиры, он поглотил ее.

— Думаешь, он хватил энергии? Но это только вероятность. Вряд ли он стал Тузом за такое короткое время. Да инициация еще не завершена.

— Думаю, ему разрядиться под ноль нужно. Ты же аккумулятор новый разряжаешь, а потом заряжаешь, чтоб работал хорошо… Ох, Кира, и угораздило тебя ручной ищейкой обзавестись, — вздохнул Илья, реанимируя пересохшее горло помидоркой.

— Я никем не обзаводилась, — почти огрызнулась Кира. — Мне Клейменова за глаза хватает, — передернула плечом и потушила сигарету в пепельнице.

— Мне страшно думать что станет, если он узнает о том, что Влад с тобой, — тихо сказал Илья.

— Влад не со мной, — устало произнесла Кира и обхватила себя за плечи. — Не со мной, понимаешь? А если когда-нибудь и будет со мной… То потому, что он — Туз, я — его «карта». Если ты, конечно, не ошибаешься.

— Лучше бы ошибался, — он поднялся из-за стола и принялся убирать грязные тарелки, стараясь на девушку не смотреть.

— Оставь, я сама, — Кира медленно закрыла глаза и прислонилась лбом к оконному стеклу. А ведь у Влада сегодня начался жар… Черт, не надо было его отпускать!

Илья методично мыл посуду.

— Я обещал. С тебя ужин, с меня помидорчики и посуда. Так что молчи, женщина, не то не поцелую на прощанье.

— Да, мой Король, — улыбаясь чуть печально, Кира развернулась к нему лицом, опираясь бедрами о подоконник. — Ты очень естественно смотришься здесь.

Господин Селин невозмутимо сполоснул последнюю ложку, отправил ее в ящик для сушки и обернулся к ней.

— Так же, как и ты у меня, — шагнул вперед, обнимая девушку, и нежно коснулся губами ее волос. — Все будет хорошо, Кирюша. Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — она расслабилась, обмякла в его объятиях, доверчиво приникая к нему. — Мой Король… Спасибо.

Сообщение на автоответчике было только одно. От Армина, который просил перезвонить ему, как только господин Ястребов доберется до телефона.

Влад, конечно, перезвонил. С домашнего аппарата. И выслушал пространный монолог о том, как трудно быть единственным адекватным человеком в табуне слабоимунных.

— Я подумал, что тебе будет интересно узнать еще о парочке новоприставившихся. По твоему профилю. Я в курсе, что ты уволился, да… За разглашение тайны следствия меня, конечно, по голове не погладят, но по старой дружбе… Я ж знаю, что ты близнеца своего ищешь, так что я по совести, — монотонно бубнил в трубку Армин. По звукам, что звучали фоном к его голосу, можно было понять, что он вышел из анатомки и прогуливается коридорами. — Гм… так вот… Оба показали способности к иллюзиям. Один помер на месте. Выгорел. А вот второй агонизировал в больнице, но в конечном итоге тоже скончался. И вот еще… Фонил «клиент» так, что врачи «скорой» пока довезли его до реанимации, несколько раз порывались тушить несуществующие пожары и отбивали атаку зомби и чужих. Зато у меня оказался хороший образец крови. И почти не распавшаяся химия в нем. Да знаю я, что в лабораторию, а не мне должны были отправить, но все в одном здании, так что и это у меня тоже есть, имей в виду… Такое простенькое и такое изящное решение, кто бы мог подумать… Я тебе файлики сбросил на электронку. Пароль к архивам ты знаешь…

Слишком страшными оказались выводы и слишком быстро начали развиваться события.

При более детальном осмотре квартиры Влад сдержать рвущихся ругательств не смог. Дома уже побывали. Значит, придется провести инспекцию на предмет прослушки, и это даже не обсуждается. В замке зашуршал ключ. Кроме него и Севки ключ был только у Даши. Влад поморщился. После многословных и многослойных монологов Армина выдержать еще и причитания Даши — это выше его сил.

Девушка вошла в квартиру и с тихим вскриком уронила сумочку на пол, глядя на него как на выходца с того света.

— Владик… — она прижалась к нему всем телом, дрожа как осиновый лист. — Владик… где ты был?! Ты не отвечал на звонки, ты не появлялся дома… Сева пропал, Данька уже все больницы и морги обзвонил. Что случилось?! Скажи мне, пожалуйста… Господи, да у тебя жар! Ты хоть не сам ехал?!..Что с Севкой?!..

Лавина эмоций обрушилась на него, и он едва успел закрыться. Как отличается ее грусть от грусти Киры. На вкус. На цвет. Тактильными ощущениями. Как приторно-сладкое, масляное пирожное от настоящего ржаного хлеба, только-только из печи.

Влад послушно замер, позволяя ей и дальше цепляться за себя. Цепляться, отчаянно всхлипывая, размазывая по мордашке тушь. На золотистой от искусственного загара коже уродливо чернели разводы потекшей косметики. И впервые за всю свою жизнь Владислав Ястребов почувствовал отвращение.

— Даша… Успокойся, пожалуйста.

— Ты мне чего-то не рассказываешь.

— Даша, сядь.

— Его больше нет, да?.. Ты мне просто не хочешь рассказывать, что его больше нет… — рыдала девушка.

— Дура, — бросил Влад, и Даша резко отпрянула от него, хлопая мокрыми ресницами. — Он пропал. Он объявлен в розыск. И я тоже ищу его. Потому что он мой брат, и я его люблю. И не хочу от тебя слышать истерики. Я ценю, что ты была рядом и ценю, что ты волнуешься. Но твои истерики ни мне, ни Севке ничем не помогут.

— Прости… — Дашка ладошками растерла по щекам слезы и шмыгнула носом. — Прости, пожалуйста…

Влад прошел в спальню, достал небольшой рюкзак, с которым обычно мотался на работу, и принялся складывать свои вещи. Пару футболок, пару джинсов, белье, свитер, носки. Блокнот, второй бумажник, в котором хранил большую часть наличности, которую удавалось откладывать с зарплаты и премий. Раскалывалась голова, а еще что-то странное буквально распирало изнутри. «Душа с телом расстается». Он где-то прочел эту фразу. Метко. Наверное, именно такое ощущение складывается, когда душе в теле становится тесно.

— Что ты делаешь? — Даша обняла его за талию со спины. — Куда ты уходишь снова?

— Отпусти меня, пожалуйста, — попросил он. — Я не могу и не буду ждать, пока его найдет кто-то. Я сам найду его, даже если мне придется перерыть для этого каждую помойку в городе и перетряхнуть все притоны.

Он задыхался. Задыхался буквально. Ее присутствие, обычно не доставлявшее никаких неудобств, внезапно стало слишком навязчивым и тяжелым, как воздух в магазине дешевой парфюмерии. Хотелось рвануть на шее футболку или настежь распахнуть окно и голубооко вздохнуть. Просто вздохнуть до головокружения. Чистый воздух. Мягкие нотки теплого уютного настроения Киры. К ней хотелось!