Зеленый круг - Каста Стефан - Страница 49

И вот я стою неизвестно где и жарю на углях только что пойманных крыс.

Когда крысы достаточно прожариваются, Бенджамин снимает с углей решетку и выкладывает тушки на кусок доски. Затем берет нож и разрезает каждую пополам. Мясной сок окрашивает доску в новые светло-коричневые оттенки. Пахнет приятно.

— Каждому по половине, — говорит он.

Малыши с энтузиазмом разбирают свои порции.

Вскоре они рассаживаются на лестнице и с аппетитом жуют. По рукам стекает мясной сок. Видно, что крыс они едят не первый раз. Они съедают все, что можно съесть.

Я подхожу и тянусь за своей порцией. Осторожно откусываю кусочек и медленно жую. Мясо на удивление мягкое. Я закрываю глаза и наслаждаюсь вкусом. Мне кажется, что я не ела ничего вкуснее!

— Почти так же вкусно, как маринованный цыпленок, — говорю я.

Вендела надо мной смеется.

— Раньше было такое блюдо, — объясняю я.

По ночам на нашем наблюдательном пункте никто не дежурит — все равно ничего не видно. Но, сидя на лестнице и обгладывая крысиные косточки, я понимаю, что дозор нам бы не помешал. Мне кажется, что из глубины двора доносятся какие-то странные звуки. Сперва я решаю, что к нам снова отважились проникнуть крысы. Но звук не похож на крысиную возню. Он больше напоминает шаги и доносится не из той части двора, откуда крысы обычно появляются. Дэвид и Габриэль сидят и планируют новую вылазку за крысами с Бенджамином. Кое-кто из детей играет с обглоданными косточками, другие заснули прямо на лестнице. Крошка Вторник сидит у меня на коленях и сосет большой палец.

— Тс-с, — тихо говорю я и киваю в сторону изгороди.

Все тут же замолкают. Мы сидим затаившись и прислушиваемся. Какое-то время ничего не слышно. Но вдруг звук повторяется. Да, точно шаги. Я понимаю, что черные могут вернуться в любой момент. Не знаю, о чем думают другие, но Дэвид и Бенджамин тянутся за луками, затем медленно поднимаются. Габриэль кивком указывает на малышей, а потом на дверь. Вендела вскакивает и заталкивает детей в дом. Потом переносит тех, кто спит. Габриэль ей помогает. Я целую в щеку Крошку Вторник, когда она берет меня за руку и молча ведет в дом.

Дэвид и Бенджамин с луками наготове идут к изгороди. Ненадолго воцаряется тишина, словно тот или те, кто шел к нам, поняли, что их услышали. Но вдруг странный звук слышится снова. Будто кто-то осторожно перебежками двигается вперед. Все ближе и ближе. Бенджамин и Габриэль натягивают луки и прицеливаются. Я мотаю головой.

— Подождите.

Что-то мне подсказывает, что это не черные. Это вообще не человеческие шаги. Скорее всего, какие-то животные. И в этот момент я слышу короткое «У-уф!».

— Умник! — восклицаю я. — Так это ты!

Дэвид и Бенджамин опускают луки. Я бросаюсь ему навстречу.

— Иди сюда, малыш! — кричу я.

Я слышу, как он бежит ко мне. Но вдруг меня охватывают сомнения. Что-то не сходится. Я слышала шаги нескольких существ. Но я уже не успеваю ни о чем подумать, потому что вслед за Умником выходит целая вереница маленьких полосатых поросят.

— Вот это да! — вскрикиваю я. — Умник, ты стал папой!

Я так счастлива! Я опускаюсь на колени и чешу Умнику за ухом. Он довольно похрюкивает. Я искоса поглядываю на его детенышей и насчитываю пять штук. Кажется, они меня побаиваются и держатся на приличном расстоянии.

— Твои малыши такие стеснительные, — говорю я Умнику.

Когда ко мне подходят Дэвид и Габриэль, поросята отбегают еще дальше. Вскоре они скрываются в темноте. Мне кажется, они там не одни.

— Там Дорис, так ведь? Разве вы не хотите вернуться в хлев?

Я оборачиваюсь к Дэвиду, присевшему около меня, и говорю ему:

— Я попробую заманить их в стойло.

Я медленно иду к хлеву. Умник трусит рядом со мной. Время от времени я оглядываюсь, чтобы проверить, не идут ли за нами малыши. Но ни Дорис, ни поросят нигде не видно.

— Там, внутри, ваш дом, — говорю я и открываю нараспашку створку двери. — Вы должны жить здесь со своими малышами.

Умник сразу заходит в хлев, направляется к стойлу и заглядывает туда. Затем смотрит на меня.

— Здесь так мило, — говорю я. — Вам тут будет хорошо.

Я все еще не вижу мамашу с выводком.

— Ну, оставлю вас в покое, — говорю я и пячусь из хлева. Умник провожает меня взглядом.

— Ну, пока? — говорю я.

— У-уф! — отвечает Умник.

Я сплю без задних ног и просыпаюсь от того, что кто-то дергает меня за большой палец ноги. Щегол!

— Ну ты и храпишь! — с улыбкой говорит он.

Я еще толком не проснулась и взволнована странными снами, поэтому не сразу возвращаюсь к реальности. Демон лижет мне руку. Наконец я вспоминаю, что произошло.

— Как там свиньи? — спрашиваю я и сажусь в постели.

— Все в хлеву, — отвечает Щегол.

— Да ладно?

Он утвердительно кивает.

— Твоя очередь дежурить.

Я выползаю из-под одеяла.

— Послушай, Юдит… — говорит он.

— Да?

— Это и правда мы продавали майские цветы. Вендела, Бенджамин и я.

— Я это знала! — восклицаю я и обнимаю его. — Я быстро, только посмотрю на поросят еще раз.

Зайдя в хлев, я вижу, что Вендела и Крошка Вторник перелезли через перегородку и сидят со свиньями.

— Их шестеро, шесть малышей! — радостно кричит Крошка Вторник.

Я подхожу к стойлу и заглядываю через перегородку. Поросята лежат рядком и сосут Дорис. Она поднимает голову и задумчиво смотрит на меня.

— Привет, дорогая, — говорю я. — Какие у тебя славные детки. Ты меня не узнаешь?

Дорис опускает голову и смотрит на поросят. Один из них гораздо мельче своих братьев и сестер.

— Мне нужно на дерево, — говорю я Крошке Вторник и обнимаю ее. — Заботься о них хорошенько.

Демон провожает меня до самого дерева. Я подхожу к вязу и машу рукой Габриэлю, сидящему на платформе. Увидев меня, он начинает спускаться.

— Все тихо?

— Ни единой мухи не пролетело, — отвечает он и спрыгивает на землю рядом со мной.

— Как ты думаешь, они вернутся?

Габриэль пожимает плечами и отвечает:

— Было бы странно, если бы не вернулись. Любой бы догадался, что в доме живут люди.

— Но, может быть, они подумали о чем-нибудь другом? — с надеждой говорю я.

Габриэль кивает и говорит:

— Наверняка в городе что-нибудь постоянно происходит. Может быть, они вообще плевать хотели на маленькую заброшенную ферму.

Я взбираюсь по веревочной лестнице на первую ветку. Дальше перелезаю с одной на другую, пока не оказываюсь на платформе. Я вижу внизу Габриэля с Демоном.

— Кто-то из нас должен отправиться в город и посмотреть, чем они там занимаются! — кричу я.

Начало конца

Сидя на посту, о черных я не вспоминаю. Ландшафт вокруг меня пустынен и безжизнен. Даже ветер не играет с редкими сухими стеблями сорняков, торчащих из неплодородной земли. Низкие облака почти такого же неопределенно-сероватого оттенка, что и земля, словно они отражаются друг в друге, сливаясь у горизонта в единое Ничто.

Со двора доносятся голоса. Я перегибаюсь через край платформы и вижу, как Дэвид, Дина, Габриэль, Бенджамин и Щегол тащат на плечах длинные доски. Они идут к берегу, чтобы продолжить работу на плоту. Нам нужно много жилого пространства, ведь мы возьмем с собой детей.

Когда голоса вдалеке затихают, я ложусь на спину. Чувствую, что вот-вот усну, и усилием воли стараюсь не спать. Мертвая семья — вот о чем я думаю. С ними что-то связано. Нужно это понять. Но постоянно что-то мешает… Вдруг я вижу облако пыли над прериями. Облако быстро приближается. «Это лошади, — думаю я. — К нам бежит табун лошадей». Но, приглядевшись, я вижу, что это джип Гуся.

— Yes! — вскрикиваю я. — Наконец-то в нашем сонном царстве что-то происходит!

Джип тормозит и резко останавливается, подняв пыль до небес.