Любимая ведьма - Медведев Антон Николаевич - Страница 62

— Хорошо, — улыбнулся Сергей. — Договорились. Кстати, как ты насчет того, чтобы сходить в кино?

— Почему бы и нет? — пожала плечами Татьяна. — Что-то интересное идет?

— Какая-то фантастика, — ответил Сергей. — Видел плакат у кинотеатра, впечатляет. Я люблю фантастику.

— Я тоже, — кивнула Татьяна. — Хотя я предпочитаю делать фантастику былью. Давай так: забегай за мной часиков в пять, хорошо?

— Хорошо, — согласился Сергей. — Я как раз билеты успею купить.

— Вот и чудненько. А теперь мне пора. — Татьяна глянула на часы. — Заболталась я. Так что посуда за тобой… — Подмигнув, Татьяна улыбнулась и быстро вышла из кухни.

За билетами Сергей сходил сразу после того, как помыл посуду. Вернувшись домой, прошел к себе в мастерскую, чувствуя упоение от того, как хорошо все получается. Это и было счастье — то самое, о котором он так долго мечтал.

От работы его оторвал звонок в дверь. Глянул на часы: половина первого. Не иначе, Татьяна раньше освободилась…

Это оказалась не Татьяна, а его отец, Сергей даже слегка растерялся, увидев его.

— Это я, — сказал Игорь Сергеевич. — Как ты тут?

— Нормально, — ответил Сергей. — Проходи…

Отец прошел в прихожую, разулся. Взглянул на Сергея.

— Обсудить кое-что надо. Я тебе работу подыскал, в нашем филиале в Твери. Будешь доволен.

— Спасибо, но… у меня уже есть работа, — ответил Сергей. — И она мне нравится.

— В самом деле? — усмехнулся отец. — И какая же, если не секрет?

— Я покажу. Пошли…

В мастерскую Игорь Сергеевич прошел без особого энтузиазма. Его взгляд довольно пренебрежительно скользнул по художественному инвентарю, стало ясно, что сына придется уговаривать — опять себе новую игрушку нашел. Подошел к холсту, над которым работал Сергей… и остановился..

Картина была еще далека от завершения, но уже сейчас притягивала взгляд. Там, внутри установленного на станке холста, шел дождь. Дождь очищающий, пробуждающий город после долгой зимней спячки. Он смывал грязь с тротуаров и дорог, он весело стучал по пыльным, грязным крышам, он нес Жизнь и Надежду. И ему были рады — мир оживал, омываемый струями льющей с неба живой воды…

— Это действительно нарисовал ты? — тихо спросил Игорь Сергеевич, с невольным сомнением глядя на Сергея.

— Я, — ответил тот. — Одну картину я уже продал, ее купил финский дипломат. Она тоже была ничего.

Отец не ответил. Он пристально смотрел на картину, и было в его лице что-то необычное. Сергей далеко не сразу понял, что это была гордость. Гордость за сына.

— Не ожидал, — после показавшейся бесконечной паузы произнес Игорь Сергеевич. — Не думал, что у тебя может выйти что-то путное. Ты не обижайся, — он быстро взглянул на Сергея, — но я действительно не верил. Уж сколько их было, забав твоих… — Игорь Сергеевич снова замолчал, глядя на картину. Потом снова взглянул на сына: — Когда закончишь, позвони. Я ее покупаю. Будет висеть у меня в кабинете. Пусть все видят… — Его голос дрогнул. — А сейчас прости, Олежек, мне пора.

Сергей проводил «отца» в прихожую, чувствуя себя обманщиком — ведь того Олега уже давно не было. С другой стороны, имеет ли это значение? Родители хотят гордиться своими детьми, у этого человека повод для гордости появился. И это было то немногое, что Сергей мог для него сделать.

— Рисуй, Олег, — сказал отец на прощание. — Рисуй, что бы ни случилось. О деньгах не думай, я это беру на себя. Просто рисуй…

— Хорошо, — ответил Сергей. — Я позвоню, когда закончу…

Он вздохнул спокойно, лишь закрыв за отцом дверь. Нелегкое это дело — врать. А точнее, не говорить всей правды.

Чтобы не опоздать, Сергей выехал задолго до назначенного времени. Когда он вышел из маршрутки, часы показывали четверть пятого, и лишнее время Сергей потратил, просто бродя по магазинам. Без двадцати пять подошел к конторе Татьяны, девушки нигде не было видно. Все правильно, она еще работает. Думая о том, что сегодня у них будет отличный вечер, Сергей спокойно прохаживался по тротуару, то и дело поглядывая на входную дверь…

Она появилась за пять минут до назначенного времени. Увидев вышедшую из дверей Татьяну, Сергей улыбнулся и пошел ей навстречу. Вот она спустилась по ступенькам, Сергей уже открыл рот, чтобы заявить ей о том, как прекрасно она выглядит, — и осекся на полуслове…

Он даже не сразу понял, что произошло. Тихий глухой шлепок, брызги чего-то теплого. Даже не вскрикнув, Татьяна рухнула на разогретый летним солнцем асфальт, под головой у нее начала быстро расползаться алая лужа.

Этого просто не могло быть. Шагнув к девушке, Сергей медленно опустился на колено.

Таня…

В правом виске Татьяны зияло небольшое аккуратное отверстие, из него стекала струйка крови. Зато на затылке крови было в избытке — Сергей коснулся дрожащей рукой лба девушки, не зная, что ему делать.

«Уходи…» — Безмолвный голос, раздавшийся где-то в голове, заставил Сергея вздрогнуть. Мгновение спустя где-то неподалеку закричала женщина, и этот крик окончательно вывел Сергея из ступора.

«Уходи!!!» — снова прозвучал в голове приказ, и Сергей не посмел его ослушаться. Еще не до конца понимая, правильно ли поступает, он отошел от Татьяны, на секунду оглянулся — и быстро пошел прочь.

Странно, но именно сейчас Сергей ощутил радость. Радость от того, что Татьяна все равно жива. Жива, теперь в этом не было никаких сомнений — Сергей понял, чей голос он слышал. Но кто же с ней так поступил? Те люди, что приходили к ней в прошлый раз?

Никто не пытался его задержать. Свернув за угол, Сергей вышел на какую-то узкую улочку, через два десятка метров повернул направо в еще более узкий проулок. Через него вышел к оживленному шоссе, торопливо спустился в попавшийся на глаза подземный переход. Пройдя вдоль сплошного ряда киосков, поднялся с другой стороны. Убавив шаг, уже спокойно пошел по улице.

Лишь убедившись, что ему и в самом деле удалось уйти, Сергей позволил себе слегка расслабиться. Руки еще тряслись, Сергей подошел к одному из киосков. Купив бутылку пива, отошел чуть в сторону, жадно приложился к горлышку.

— Парень, у тебя лицо в крови…

Сергей повернулся и встретился взглядом с мужчиной лет сорока. Его синюшное лицо заросло щетиной, под глазами набухли мешки. Одежда не отличалась чистотой, в руках мужчина держал сумку с бутылками.

Достав платок, Сергей провел им по щеке, взглянул — на белой ткани остались красные пятнышки. Снова протер лицо, потом взглянул на стоящего рядом мужчину:

— Спасибо, отец… Возьми… — сунув ему в руки бутылку он торопливо пошел прочь…

Когда жертва рухнула на тротуар, Валера удовлетворенно хмыкнул — вот и нет сучки. Аккуратно прикрыл створку слухового окна, положил винтовку на землю и без лишней спешки пошел к люку. Самое главное теперь — выйти на улицу.

Открыв крышку люка, Валера на секунду прислушался, потом быстро спустился по металлической лестнице. Стянув перчатки, сунул их в карман и пошел вниз. Там, в ста метрах от черного входа, его ждала машина. Дверь подъезда распахнул ногой — не стоило оставлять отпечатки.

Оказавшись на улице, Валера облегченно вздохнул. Все, он в безопасности. Если не взяли с оружием, то уже не возьмут, нет у них доказательств. Отпечатков на оружии нет — ни внутри, ни снаружи, по самому оружию на него тоже не выйти. А значит, он не просто свободный человек, но человек с деньгами — за эту работу Гена обещал вполне приличные деньги.

В глазах появилась резь — заморгав, Валера недобрым словом помянул яркое солнце. Надо было взять очки… Повернул за угол, а вот и машина.

— Быстрее! — поторопил его Сева. Едва Валера забрался в машину, та плавно тронулась с места. Не стоило привлекать внимание чересчур поспешным отъездом.

Пока машина не отъехала от места операции, все молчали. Молчал сам Валера, молчал Сева. Молчал и сидевший за рулём Вадик. И лишь когда стало ясно, что все прошло как по нотам, Сева обернулся к Валере.