Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 184

   - Ну, чо ж ты, Рыжий?

   - Грустные не хочется, а весёлые больно солёные, - честно ответил он.

   - Давай солёную, - засмеялись мужчины.

   - А ну, не дурите, - сразу вмешалась Нянька, - эк вас со стакаши развезло сразу.

   - Это меня развезло?! - возмутился Гаор. - Да я по черте зажмуркой пройду.

   - Это как?!

   - А просто!

   Гаор вылез из-за стола.

   - А вот, половицы две, черта между ними, всем видно?

   - Ну-у!? - полезли из-за стола остальные.

   Гаор встал по стойке смирно, закинул руки за голову, сцепив пальцы на затылке, и закрыл глаза. Здесь главное, сразу носок точно на черту поставить, а потом идти, плотно приставляя каблук к носку, тогда не собьёшься. Дойдя до стены, Гаор развернулся на каблуках и пошёл обратно. Судя по восторженно-удивлённому рёву, он не сбился.

   - Ну? - остановился он и открыл глаза. - Сбился? Шатнуло меня? То-то!

   Его обнимали и целовали, хлопали по спине и плечам. Лузга, а за ним Лутошка попробовали так же пройтись, но Лузгу сразу зашатало, и он сошёл с черты, а Лутошка так и вовсе сел на пол под общий смех.

   И началась такая весёлая круговерть, что Гаор потом даже толком не мог вспомнить, что за чем было. Но пели уже весёлые, быстрые плясовые песни и танцевали под них невиданные им танцы, и он учился, на ходу перенимая коленца и выходки. И пили чай с вареньем, подаренными конфетами и печеньем. И Малуша ластилась к нему, выпрашивая блестящие обёртки от конфет. И он, разойдясь по-настоящему, бил чечётку под собственное пение, подхваченное остальными. И играли в новые, ещё неизвестные ему игры, и мужчины боролись на руках: кто чей кулак на какой счёт к столу прижмёт. И такого Нового Года у него ещё не было!

* * *

16.06. - 4.07.2002; 18.09.2010

СОН ШЕСТОЙ

окончание

...на следующий год и там же...

   День за днём, день за днём. И от безумия спасает только работа. Да ещё люди вокруг. Которые верят тебе и зависят от тебя. Потому что если ты сдашься, сломаешься, то у них ничего не останется в этой жизни. Когда тебе самому жить уже незачем, то живи ради других. Хотя бы ради парней, что смотрят на тебя, как - Седой невольно усмехнулся - на отца. Так что же делать с этим узлом? И вот ещё причина и цель. Неведомые потребители этой "продукции", которым придётся справляться со всеми техническими проблемами под огнём, в окопе, и им все твои технические изыски будут по фигу и по хрену. Им нужна надёжность и простота в эксплуатации. И чтобы их оружие было хоть на чуть-чуть, но дальнобойнее и скорострельнее оружия противника, потому что это чуть-чуть сохранит им жизнь. И всё-таки, всё-таки... И всё-таки надёжность приоритетнее. Всё сразу невозможно. Значит, выбираем надёжность. А здесь проблем больше, чем решений.

   Раздав парням задание, Седой вернулся к столу с разложенными чертежами. В чём же дело? Может, в том, что упрямо берём за образец оружие аггров, оружие прошлых войн и пытаемся его превзойти, а с агграми вряд ли будем воевать. А об оружии форзейлей сведений нет. У него нет.

   Сквозь шум работающих станков еле слышно пробился щелчок отпираемой двери. Неурочный обход? В честь чего? Парни даже голов не подняли и не повернули, зная, что все задания получают от него.

   Надзиратель впустил главного конструктора. "Однако", - усмехнулся Седой, выпрямляясь навстречу неожиданному посетителю.

   - Закройте дверь, я вас позову, - бросил через плечо Главный.

   Надзиратель щёлкнул каблуками и захлопнул дверь. Главный конструктор подошёл к столу и, даже не поглядев на разложенные чертежи, прямо поверх них положил свою чёрную кожаную папку. "Тоже что-то новенькое", - отметил про себя Седой. Обычно Главный конструктор с порога требовал от него рапорта о ходе работ, делал достаточно дельные замечания, а сейчас стоит и молчит, разглядывая их крохотную мастерскую - помесь цеха с чертёжной - так, будто видит её впервые и не совсем понимает, что это и как он здесь оказался.

   Еле заметно изменился звук токарного станка: Чалый перевёл его на холостой ход, чтобы лучше слышать. Зима стал сосредоточенно вымерять свою деталь, Гиря отправился искать что-то на стеллаже и будто случайно оказался у двери за спиной посетителя, а Чеграш попросту без всякой маскировки выключил свой станок и развернулся лицом к столу.

   Главный конструктор, словно не замечая ничего, продолжал рассматривать стены, станки, кульман, стеллаж, старательно избегая, как вдруг сообразил Седой, смотреть на него. Ну, парни для Господина Главного Конструктора - именно так, все слова с большой буквы - тоже вроде мебели, самодвижущиеся инструменты, не больше. Всё дело в нём. Ну что ж, помогать не будем. Как и положено рабу, промолчим.

   - Вы... - наконец, выдавил Главный, - вы...

   Седой невольным движением удивления поднял брови. Тоже нечто новенькое, до сих пор преобладали безличные обращения, типа: "надо сделать", "необходимо проверить" и тому подобное. Или Главный обращается ко всей бригаде? Тоже необычно, но... Седой кивком разрешил парням подойти к столу. Главный удивлённо посмотрел на них. Тоже будто впервые увидел.

   - Я хотел бы кое-что уточнить, - наконец нашёл Главный подходящую формулировку.

   - К вашим услугам, господин Главный Констуктор,- Седой склонил голову, скрывая поклоном усмешку.

   За ним молча повторили его движение парни. Главный невидяще посмотрел на них. Он явно не знал, с чего начать безусловно важный, но столь же безусловно мучительный разговор.

   - Что вас интересует, господин Главный Конструктор? - пришёл, наконец, к нему на помощь Седой. - По изделию...

   - Нет, - отмахнулся Главный, - это потом. Меня интересует... - он внезапно твёрдо и даже требовательно посмотрел в глаза Седого. - Как ваше имя?

   - У раба нет имени, господин Главный Конструктор, - спокойно ответил Седой, слегка даже пожав плечами, чтобы выразить этим своё недоумение по поводу незнания таких элементарных вещей. - Мой номер...

   - Меня интересует не это, - с прежней властностью отмахнулся Главный. - Хорошо, давайте так.

   Он достал из нагрудного кармана свой блокнот, известный всему заводу, открыл, быстро и коротко написал что-то на чистой странице и протянул блокнот Седому.

   - Так?

   Седой с искренним недоумением взял блокнот и прочитал. "Яунтер Крайгон". И две даты. Той аварии и своего обращения. Ни забыть, ни спутать их он не мог. Случайным совпадением это тоже быть не могло. Чалый вытянул шею, пытаясь из-за плеча Седого прочитать запись.

   Седой перевёл дыхание и протянул блокнот Главному.

   - Какое это сейчас имеет значение, господин...?

   Главный резким жестом остановил его, не дав договорить вопрос. Он уже справился со своим смущением и заговорил в прежней манере.

   - В папке материалы, ознакомьтесь с ними. Я зайду к концу смены.

   - Да, господин главный конструктор, - стараясь оставаться спокойным - хотя бы внешне - ответил Седой.

   - Да, господин, - эхом повторили за ним парни. Раз сказали: "ознакомьтесь", - значит, это и их касается.

   Главный снова посмотрел на них, уже заинтересованно, увидев всех четверых, еле заметно улыбнулся, убрал свой блокнот в нагрудный карман и ушёл, повелительным стуком в дверь вызвав надзирателя.

   Оставшись одни, они недоуменно переглянулись.

   - Парни, заканчивайте у кого что, - негромко напомнил им о работе Седой и улыбнулся, - прочитаю и вам дам.

   - Точно, - кивнул Чалый, возвращаясь к станку.

   Седой сел за стол и открыл папку. Там были газеты. Вернее, вырезки из газет. Пронумерованные, с надписанными от руки названиями газет, номерами и датами выхода. Интересно, конечно, но с каких пор газетные статьи стали для Главного материалом? Газеты - журналистика и беллетристика - не предмет для серьёзного человека. Во всяком случае, во времена его молодости было именно так. Но раз велено ознакомиться, значит, выполним приказ, и не просто прочитаем, а как материал.