Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 219

   "Надо же, он что, более сильного не знает? Или считает самым сильным? Ну ладно, получи".

   - Да, я абориген. Ты мне карты дашь?

   Внешне миролюбивый тон Гаора, казалось, остудил пыл Мажордома. Он отошёл к шкафу и открыл его. Гаор увидел заполненные коробками и коробочками, папками и пакетами полки. Да, шкаф книжный, но книг в нём нет. К сожалению. А может, и к счастью, а то пришлось бы ради книг налаживать отношения, а так у него руки свободны.

   Мажордом взял с одной из полок большой конверт из плотной коричневой бумаги и протянул его Гаору.

   - Держи.

   - Спасибо, Мажордом, - очень вежливо сказал Гаор, беря толстый, плотно набитый конверт. - Стол в курилке есть?

   Мажордом удивлённо посмотрел на него, и Гаор пояснил.

   - Не в спальне же на кровати карты раскладывать.

   - Где хочешь, - сердито, явно от растерянности, сказал Мажордом. - Повторяю, завтра с утра в гараже, а после обеда учи карты. Понял?

   Гаор невольно улыбнулся: эк сволочь из кожи лезет, чтоб его слово последним было. Ладно, лёгкий укорот даден, если понадобится, повторим, а пока отойдём на уже освоенные позиции и закрепимся на них.

   - Всё у тебя? - деловито спросил Гаор и, не дожидаясь ответа, повернулся к двери.

   Мажордом молча дал ему выйти.

   В спальне Гаора встретили сочувственно удивлёнными взглядами.

   - Надо же, - вслух сказал кто-то, - чистеньким вернулся.

   - Я ж не уголь грузил, - спокойно ответил Гаор, закладывая конверт на свободную полку в своем шкафу. - С чего мне пачкаться?

   Раздался негромкий смех, и ему объяснили.

   - По первости от него с фингалом выходят.

   - А то и сразу на порку отправляются.

   Гаор кивнул.

   - Обошлось, - ответил он кратко.

   Рассказывать, как он давал укорот Мажордому, не хотелось: мало ли, вдруг стукач слушает, и такой рассказ тогда плохо обернётся и для рассказчика, и для слушателей. И потому Гаор сразу перешёл к выяснению всяких житейских мелочей. Старший по спальне и остальные охотно просвещали его. Что от душа до спальни и в самом деле приходится в полотенце заворачиваться, но если Самого нет, то и голышом проскочишь. Что сигареты выдаёт Сам, пачка на две недели, а если тебе хозяин что дал, то пронести можно, но надо предупредить и показать, а уж Сам решит: можно или нет. Что для чистки обуви и одежды, мелкого ремонта и глажки есть специальная комната, а там и утюги, и столы с лампами, и прочее. Можешь, конечно, попросить кого из баб, но это... как попросишь да на кого нарвёшься. А то и Сам даёт мальчишку или девчонку в прислуги. Но это только тем, кто в господских комнатах работает, ну или подлизнётся удачно.

   - Ну, я и сам не безрукий, - хмыкнул на это Гаор, быстро пришивая метку на нижнюю рубашку.

   За разговором он разделся догола, надел опять штаны и рубашку и сел пришивать метки, чтобы скинуть бельё в грязное.

   - А порет кто?

   - Есть такие.

   - По-разному.

   - Бывает, из охраны.

   - А бывает, Сам назначит.

   - Это как? - насторожился Гаор.

   - А просто.

   - Построит всех, и выдернет двоих. Ты, дескать, пори этого.

   - А бывает, - немолодой русобородый мужчина хмуро улыбнулся, - бывает, и сами вызываются. За пачку сигарет, за конфеты, да мало ли за что.

   Гаор обвёл окружающих таким искренне изумлённым взглядом, что многие рассмеялись. Смех, правда, был невесёлым.

   - Ладно, - Старший по спальне тряхнул головой. - Ладно, парень, как тебя, Рыжий? Всё сам увидишь, а сейчас в душ иди. Наш справа, понял?

   - Понял, - встал Гаор. - Спасибо, мужики. Чего ещё не понял, потом спрошу. До отбоя сколько ещё?

   - А как Сам крикнет, так и отбой.

   - Услышишь.

   В душ отправились многие, и Гаор пошёл в общей компании. Как все, сбросил грязное бельё в высокий ящик у двери в душевую, привычно захватил с собой носки, чтобы самому их выстирать, пока моешься.

   - А сушить где?

   - А в умывалке трубу видел?

   "Ну, хоть в этом как у Сторрама", - решил было Гаор, и тут его ждало новое потрясение. Душевая была разгорожена на кабинки, а скамьи и шаек не было! Так что баньки ни под каким видом не устроишь. "Видно, так и задумано", - тут же подумал он. Перегородки, правда, не доходили до потолка, дверей не было, и зайти к соседу потереть спину вполне возможно, но...

   - Это он нас того... цивилизует, - объяснил Гаору мывшийся рядом Беляк.

   - Понятно, - хмыкнул Гаор, подумав, что если бы он попал сюда не после Сторрама и Дамхара, а сразу в свой первый рабский год, то... то даже бы и не понял, чего в душе не так.

   Наоборот, мешало бы отсутствие двери и необходимость вытираться при всех. Да, а чего ж раздевалка общая? Уж цивилизация - так до конца, там тоже тогда кабинки нужны. Но об этом пока промолчим. А так-то понятно. Раз всё поселковое - дикарство, то всё понятно. Но откуда такая злоба к своему у прирождённого? Был бы Мажордом обращённым, тогда понятно. А так? "Галчонок"? Нет, здесь что-то не то. И Гройна в том посёлке не хотела, чтобы он называл ее "по-поселковому" матерью. Так что это? Ладно, всё это потом. Поживём - увидим.

   В спальне вернувшиеся из душа ходили голыми, только в шлёпках. Полотенца развешивали в изножье кровати.

   - К утру большое высохнет, - объяснил ему сосед слева - звали его Зимняком и работал он во дворе, - в шкаф уберёшь, а личное, ну, маленькое, как умоешься, сохнуть оставишь.

   - Понял, спасибо, - кивнул Гаор.

   Он проверил на завтра одежду - с утра ему в гараж - и достал конверт с картами. Пока не погасили свет, надо, в самом деле, посмотреть, где гараж, чтобы с утра не плутать.

   - Ты это чего? - заинтересовался Зимняк.

   - Где гараж, смотрю, - ответил Гаор, разворачивая большой лист карты-плана "Орлиного Гнезда", дом поэтажно он посмотрит завтра, сейчас ему службы нужны.

   - А чо водишь?

   - Хозяйскую машину.

   - А чью?

   Гаор недоумённо поднял голову, придерживая пальцем найденные квадратики гаражей.

   - Хозяев-то много, - пояснил Зимняк. - Ты личный или на всех?

   - Меня Фрегор купил, - настороженно ответил Гаор.

   Дело принимало совсем новый оборот.

   - А, это Второй Молодой, - отозвался Старший со своего места. Он уже лежал, но ещё не спал, разглядывая потолок.

   - Тогда это третий въезд, паря, - сказал ещё кто-то. - Они там свои тарахтелки держат.

   - Понятно.

   Гаор вернулся к карте. Да, вот, даже надписано. Правда, не полностью, только заглавная буква "Ф". Ну-ка, проверим.

   - А сколько их всего?

   - Хозяев-то?

   - А считай. Старый хозяин.

   - Ага. Первый Старый. Кто ему служит, те в бордовом.

   - Это личные. Лакеи, горничные, подстилки разные.

   - У каждого свой цвет.

   - Да двое сыновья его.

   - Ага, наследник и младший.

   - У Первого Молодого синий цвет. У Второго - зелёный.

   - Да ещё брат хозяйский.

   - Ага, Второй Старый. Он в северном крыле живёт. Его цвет - жёлтый.

   - Да жены ихние. У Первого Старого и Первого Молодого.

   - Они не в счёт, только своими командовают.

   - Командуют, обалдуй, сколько учить тебя.

   - Да пока ему Сам не влепит, не научится.

   - Ну, и малец ихний.

   Выяснить, чей малец и имена хозяев, Гаор не успел. Возле двери раздался щелчок, и, подняв голову, Гаор увидел, как на железной коробке у косяка загорелась красная лампочка. Селектор? Голос Мажордома подтвердил догадку.

   - Старшие по спальням, включить ночной свет. Полная тишина. Всем спать, - отчеканил Мажордом.

   Снова щелчок, и лампочка погасла. Старший встал и подошёл к двери, щёлкнул переключателем. Погасли лампы-плафоны под потолком, и зажглась маленькая синяя лампочка над дверью.

   "Надо же", - усмехнулся про себя Гаор, складывая карту и убирая её в конверт. Ни тебе "отбой" не приказали, ни "спокойной ночи" не пожелали. Ни дисциплины, ни культуры. Где ж цивилизованность? Ладно, это тоже прибережём. Он уложил конверт в шкаф, разобрал постель - ему для этого свет не нужен - и лёг. Спальня потихоньку заполнялась сонным дыханием и храпом множества мужчин. Ну, всё, первый день кончен. Посмотрим, каким второй будет. И все последующие. Вляпался он, конечно, капитально, но... это ещё не самое страшное. Спи, сержант, перед боем надо выспаться.