Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 253

   Фрегор даже хихикнул от предвкушения, и Гаор обернулся, ожидая нового приказа.

   - Работай, работай, - милостиво махнул ему рукой Фрегор.

   - Да, хозяин, - пробормотал Гаор, возвращаясь к работе.

   Вот это да, надо же, как всё гады продумали и приспособили. Ни хрена себе система получается. Ну, за пятьсот-то лет набралось. Хотя рабство, вроде, раньше началось, да, ещё с Огненного Очищения, но там какая-то невнятица, не Тёмные века, но тоже... как-то в отрывках в училище тот период давали. То ли документы сгорели, то ли... "Не отвлекайся",- одёрнул себя Гаор. С древней историей потом разберёшься. И в самом деле, отстойники только так, верхушка айсберга, а остальное... И торги не самое страшное, к какой бы сволочи ни попал, страшнее это. Интересно, как Ворон сумел из этой мясорубки выскочить, ведь он в Амроксе бухгалтером был. Ну ладно, сейчас это к делу не относится. А вот этот квадратик совсем пустой пока.

   - Рыжий, теперь стулья посмотри.

   - Да, хозяин.

   Фрегор допил, наконец, бокал и потянулся налить себе ещё, когда в дверь с рабской половины осторожно, даже вкрадчиво постучали и, не дожидаясь ответа, открыли. Вошёл Мажордом, а за ним две горничных в зелёных платьях, виляя выпирающими из-под коротеньких юбочек голыми задиками, внесли два подноса с тарелками, судками и прочим.

   - Вы пропустили общий ужин, - укоризненно сказал Мажордом.

   - Не смей мне указывать, сын рабыни, - с угрожающим спокойствием ответил Фрегор.

   - Вам надо поужинать, - Мажордом, казалось, не заметил сказанного.

   Жестом приказав горничным накрыть, он встал так, чтобы видеть происходящее в кабинете. Вид занятого разбором и раскладыванием бумаг Рыжего явно обескуражил его. Краем глаза заметив это, Гаор невольно усмехнулся. Что, не ожидал? То-то.

   - Ты это куда нос суёшь, дерьмо клеймёное? - в голосе Фрегора заклокотала настоящая злоба. - Рыжий, закрой дверь. С той стороны.

   - Да, хозяин.

   Гаор подошёл к двери и закрыл её.

   И сам себе не поверил, что остался один, наедине с бумагами. Он несколько раз быстро вдохнул и выдохнул, приводя в порядок сразу разбежавшиеся мысли. Прийти в себя помогла доносящаяся из-за двери визгливая ругань. Фрегор распекал Мажордома. И Гаор заставил себя вернуться к работе. Хотя... хотя письменный стол и сваленные на нём бумаги были так заманчивы. Но если его застукают, то получит он не плетей, а пулю. И будет счастлив, что ему дали такую смерть, быструю и относительно безболезненную. "О смерти как о милости молить будешь", - сказал тогда Ворон. И если вспомнить рассуждения Фрегора о том, что бы такое сделать с... кем-нибудь, то Ворон прав не на сто, а на тысячу процентов. А жить хочется. И самому по себе, и ещё потому, что вместе с ним умрут, так и не вырвавшись на газетный лист, замученные "галчата" и всё остальное, виденное им. Нет. Ему надо жить. Через силу, через "не хочу". Надо! Так что смотри, читай, раз уж представилась такая возможность, раскладывай вдоль схемы и запоминай.

   - Рыжий! - взвизгнули за дверью.

   Шёпотом чертыхнувшись, Гаор распахнул дверь.

   - Да, хозяин.

   В гостиной Фрегор за накрытым столом, рядом обе горничные на коленях, а посередине с распухшим покрасневшим лицом Мажордом, тоже на коленях.

   - Рыжий, какие рабы подлежат утилизации? - почти ласково спросил Фрегор.

   "Ах ты сволочь!"- мгновенно поняв его замысел, задохнулся от бессильного гнева Гаор. Но надо отвечать. Не тот случай для неповиновения. И спокойным, даже скучным, чтобы не дать прорваться наружу клокотавшей внутри ненависти, монотонным голосом Гаор стал перечислять. Категории по возрасту, по здоровью, за неповиновение, за невозможностью использования...

   Фрегор благосклонно кивал.

   - И ещё одно забыл, - сказал он, когда Гаор замолчал. - По воле хозяина. По его желанию. Понял, Старина? - весело обратился он к Мажордому. - Захочу, будет такое мое желание, и отправлю, и плевать мне на твой возраст, здоровье и повиновение. А там... А ну-ка, Рыжий, перечисли полную утилизацию. Помнишь?

   - Да, хозяин, - глухо ответил Гаор.

   Но ответить он не успел. Щёлкнул селектор в углу, и голос Фордангайра сказал:

   - Фрегор, Старина у тебя? Он мне нужен.

   - Ну и забирай! - рявкнул Фрегор.

   Селектор, щёлкнув, отключился, и Фрегор махнул вилкой Мажордому.

   - Пшёл вон, в другой раз послушаешь.

   Мажордом тяжело поднялся с колен, не глядя на Гаора, поклонился Фрегору и вышел. Фрегор рассмеялся ему в спину и поглядел на горничных.

   - Обе тоже вон, не нужны!

   А когда они убежали, гордо посмотрел на Гаора.

   - Видел, как я его, а?! Пусть знает. Там ещё много?

   - Не очень, хозяин, - осторожно ответил Гаор.

   Ему очень не понравилось лицо Фрегора, когда тот смотрел на Мажордома, явно наслаждаясь его страхом. Такой вариант садизма, когда сами не бьют, а любуются видом чужих страданий, причиняемых кем-то другим, был ему знаком. Случалось видеть и на фронте, и на "губе". Да и в училище был такой. Сам не бил, а заставлял других и получал двойное удовольствие: и от криков жертвы, и от того, что сделал палачом другого.

   Фрегор кивнул.

   - Сейчас поем и закончим.

   - Да, хозяин, - бездумно ответил Гаор.

   - И поставь что-нибудь повеселее, маршевое... - распорядился Фрегор.

   Ответив положенной формулой, Гаор подошёл к музыкальному центру. Огонь Великий, разумеется, он знал и приёмники, и магнитофоны, и проигрыватели, но чтоб вот так, всё вместе и так сделано... Нет, о таком он и не мечтал, это ж... не то что сержанту, далеко не всякому офицеру по карману. В Орртене такого не было, это точно. Во всяком случае... он не помнит.

   Разобрался Гаор достаточно быстро, выбрав и поставив пластинку старинных маршей. Бравурные фанфары и мерный рокот барабанов удовлетворили Фрегора.

   - Правильно, Рыжий!

   Фрегор вытер губы салфеткой и бросил её на развороченные блюда. Действительно - вспомнил Гаор Мажордома - поковырял и бросил.

   - Рыжий, если хочешь, доешь, - Фрегор встал из-за стола, - а нет, тогда вызови шлюх, чтоб убрали, и продолжим.

   Доедать за другим... нет, этого он себе и в училище не позволял. Гаор подошёл к двери на рабскую половину и распахнул ее. Ждавшие сигнала горничные сразу впорхнули в гостиную и стали убирать, чирикая, щебеча и крутясь вокруг Фрегора.

   - Кыш, - достаточно беззлобно отмахнулся он от них.

   Горничные исчезли, и продолжилась работа. Раскладывание и пересчёт отчётов, сверка их между собой, выписывание на листы где чего не хватает. К удивлению Гаора, в этом, Фрегор, похоже, действительно разбирался, был въедлив, ничего не упускал и каждую стадию, каждый пункт отрабатывал до конца. Однако, псих он, может, и псих - что все Ардинайлы "не в себе", Гаор давно для себя решил - но дело знает.

   - Ну вот, - Фрегор удовлетворённо перебрал исписанные листы. - Уже что-то на что-то похоже. Теперь всё это убери прямо по конвертам, а я прикину дальнейший график. До праздника надо развязаться с Амроксом.

   Праздник? - тупо удивился Гаор, раскладывая пачки бумаг по пронумерованным конвертам. И тут же вспомнил: чёрт, летний солнцеворот. И опять травля?! Сволочи, это вот так они Небесный Огонь чтят?!

   - Думаешь, не успеем? - озабоченно спросил Фрегор, заметив его помрачневшее лицо. - А может, ты и прав. Там столько всякого интересного, что спешить не стоит. Это ты хорошо придумал. Хвалю.

   - Спасибо, хозяин, - бормотнул Гаор уставную фразу.

   А когда-то он бодро рявкал: "Служу радостно!". Ну, и какая разница? А никакой. Что тогда ему было накласть на начальственные похвалы и выговоры, так и теперь на хозяйские. Нарываться на наказания не надо, себе же дороже, отказываться от наград и поощрений тем более, но рвать жилы, гореть и стараться... да пошли они все - решил он для себя ещё в училище. Да нет, даже раньше, пожалуй, с Сержантом.