Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 31

   - Даа, - Седой посмотрел на Гаора с откровенным уважением, - ну когда умён, тогда умён. Точно просчитал.

   - Так как насчет второго имени?

   - Раз так... Ладно, - тряхнул головой Седой. - Яунтер Крайгон.

   - Семья Крайгончел?

   - Все семьи на память знаешь?

   - На истории заучивали, - пожал плечами Гаор.

   - Правильно, но наша ветвь младшая и отделилась за два поколения до меня. Больше всего я был рад, что не успел жениться.

   - Я тоже этому в одиночке радовался, - ответил Гаор, слезая с нар и потягиваясь, чтобы размять мышцы.

   В коридоре скрипели колёсики, и надзиратель командовал старшими. "А когда же Седой с Гратисом связался?" - подумал Гаор, занимая свое место рядом с Чеграшом. Этого он из Седого не выжмет ни под каким видом. И тут же спросил себя: "А нужно?" И сам ответил: "Нет". Значит, и думать об этом нечего.

   Сразу после обеда из дальней, судя по шуму, камеры вывели не меньше десятка. Когда их провели мимо их камеры к выходу, Лысок заметил.

   - Не иначе на шахты отправка.

   - Чего так поздно? - не поверили ему.

   - Ночь везут, чтоб с утра их прямь под землю и спустить.

   - Тогда, значит, завтра торги, - задумчиво сказал Сивый.

   - А не скажи, - сразу заспорили с ним.

   - Шахты само по себе, а торги само по себе.

   - Шахты к торгам не касаемы!

   - А страшно тама?

   - Попросись, узнаешь.

   Гаора опять попросили рассказать о зоопарке.

   - А то когда ещё про такое послушаешь.

   Гаор не стал ломаться и отказываться. Раз интересно им, пускай. И время всё равно надо чем-то занять. И чтоб зуд в спине незаметным стал. Но, рассказывая про зверей и птиц, всё время помнил и перебирал в памяти услышанное от Седого. Да, было бы это на месяц раньше - сенсация что надо! А не упустил ли он чего? Если что, надо спрашивать сегодня, другого раза у него не будет, вряд ли его продадут вместе с Седым. Тот с парнями бригадой идёт, и проситься к нему в бригаду глупо. Сам Седой ничего здесь не решает. Захотят их поодиночке распродать и распродадут, и ничего ты не сделаешь. Про Гратис, разумеется, спрашивать нельзя, угроза была нешуточная. А вот имена остальных, кто был в той "команде" - это стоит попросить. "А запомнишь ты столько имён?" - осадил он сам себя, продолжая рассказ про удава.

   - Так и глотает, целиком?

   - И пасть не лопается?

   - Нет, - мотнул головой Гаор. - У него она растягивается. А как наестся, то лежит и спит, переваривает. Нам говорили, что запустили к удаву двух кроликов, так он одного съел и переваривать стал, а другой у него тем временем хвост погрыз.

   Все дружно рассмеялись.

   - Это он что, ну кроль, за дружка, значит, мстил?

   - А что, свободное дело!

   - Ну и сказанул! Да кроли, они мирные, у нас в посёлке управляющий целу ферму развёл, и мальцов приспособил работать с ними, так что я видел.

   - Мирный он мирный, а припрёт, так царапнет, что не обрадуешься. Знаю я. Берёшь его за уши поднимать, а он тебя лапами, знашь, когти каки!

   - Тебя за уши возьми да подними, ты тож царапаться будешь!

   - Не, его не возьмешь, у него ухи короткие.

   - Так ща оттянем!

   Завязалась лёгкая несерьёзная драка, правда, тут же разогнанная рыком Слона. Гаор спрыгнул вниз и пошёл к решётке отжиматься.

   - Эк силы в тебе, Рыжий, много.

   - Не... жалуюсь,- ответил между двумя отжиманиями Гаор.

   Размяв и разогрев мышцы, он с интересом оглядел решётку: нельзя ли её тоже как-то к делу приспособить. Если подпрыгнуть и ухватиться за верхнюю поперечину, то можно будет подтягиваться как на турнике.

   - Чалый, дай этому фронтовику грёбаному по шее, - сказал сзади спокойный голос Седого, - пока у него категория цела.

   Уже присев перед прыжком, Гаор, не столько обиженный, как удивлённый и тоном, и неожиданно грубыми словами Седого, выпрямился и недоумённо оглянулся. Седой полулёжа смотрел на него холодно блестящими глазами.

   - На фронте ты тоже сначала руками лез, а потом смотрел во что? - спросил тем же насмешливо холодным тоном Седой.

   Гаор повернулся к решётке и внимательно, но уже по-другому оглядел её. И только тут заметил, что по верхней перекладине извивается тонкая проволока под цвет решётки. Провод без изоляции? Так... так вот почему у решётки стоят, но никогда за неё не берутся, и когда дверь открывают, то входят и выходят, не касаясь косяка, переступая через металлический порог - нижнюю поперечину, и тогда ночью голубая вспышка и треск разряда... Гаор почувствовал, как у него жарко загорелись от стыда щёки.

   - Иди сюда и сядь, пока не вляпался, - чуть мягче сказал Седой.

   Гаор молча выполнил приказание. В очередной раз Седой спас его если не от смерти, то от очень большой боли, и ещё больших неприятностей. Попытка побега - надзиратели бы отвели душу.

   Седой молчал, и от его молчания стало совсем тошно.

   Камера занималась своими делами, словно не заметив инцидента, но Гаор уже понимал, что здесь все на виду у всех.

   - А вздуть бы тебя стоило, - сказал наконец Чалый. - За решётку надзиратели всех метелят, не глядя.

   Гаор угрюмо кивнул. За это - чистая подстава - били везде и всегда. И нечего ссылаться на незнание: всё ведь на глазах у него. Может, и впрямь лучше, чтоб Чалый, да и остальные врезали ему, и на этом бы всё кончилось.

   - Ладно, - сказал Чеграш, - чего с него, новик всё же.

   - Не малец, - сказал Седой, - должен думать.

   - Так чо? - спросил Чалый, - дать раза?

   - Дать, - жёстко сказал Седой, - чтоб помнил.

   Твёрдая ладонь Чалого ударила Гаора по шее. Гаор качнулся вперёд, едва не упав с нар, и облегчённо перевёл дыхание. Раза он получил, и дело можно считать законченным. Он поднял голову и улыбнулся.

   - А что, ток постоянно подведён?

   - Пульт у охраны, - спокойно, будто ничего не было, ответил Седой, - но отключают только дверь и то не полностью. Надзиратели в перчатках, заметил?

   - Дда, но... они же кожаные.

   - С изоляционной пропиткой.

   - Я раз видел, - заговорил Зима. - Уж не знаю, зачем он взялся, а они только прибавили. Он и орал, и корчился, а отцепиться не мог. Мы уж кричать им стали, чтоб кончали парня.

   - А они? - спросил Чалый.

   Зима вздохнул.

   - Прибавляли, пока тот головешкой не стал. Вонь была... не продыхнуть в камерах. А его уборщики потом палками от решётки отксрёбывали. - Зима поёжился. - Жуткое дело - ток этот. Я вон хоть и знаю теперь, и работаю с ним, а всё равно боюсь.

   - Раз боишься, то не попадёшься, - засмеялся Седой. - Рыжий, боишься мин?

   - Боюсь, - серьёзно кивнул Гаор. - Знаю, и сам ставил, и чужие снимал, а боюсь.

   - То-то, - закончил тему Седой.

   Зима с Гирей стали играть в чёт-нечёт, мальцы шушукались у решётки, изредка хитро оглядываясь по сторонам - на покупку сговариваются, понял Гаор - наверху опять трепали про баб и жратву, где какой паёк дают. Ладно, Седой вроде отошёл, рискнуть что ли? Он искоса посмотрел на Седого. Тот засмеялся.

   - Продолжение интервью?

   - Хотелось бы.

   Гаор забрался на нары с ногами и сел как утром напротив Седого.

   - На этот раз что?

   - Остальные имена.

   - Их никого уже нет. Я последний из той команды. Давно последний.

   - Тем более. Больше спросить мне будет не у кого, а до библиотеки не добраться.

   - Ты всегда такой настырный?

   - Когда надо.

   - Эк забрало тебя, - покачал головой Седой. - Ладно, запоминай.

   Запоминай, а не записывай. Играть незачем. Седой чётко и раздельно называл фамилии, давая ему время шёпотом проговорить про себя каждую из услышанных. Гаора удивило обилие - чуть ли не половина имён - женщин, и когда Седой закончил, он спросил:

   - А это кто? Подруги?

   - Нет, мы работали все вместе. Или, - глаза Седого насмешливо блеснули, - тоже думаешь, что женщине только рожать надо?