Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 69

   - А чтоб тебя, дурня, обалдуя лохматого, а ну ставь её обратно на хрен, пока я тебе всё к празднику не оторвал! - бушевал надзиратель.

   Дальше последовало такое, что Гаор несмотря на боль в спине с невольным уважением отметил новизну и виртуозность оборотов. Он переволок пальму обратно, получил второй удар, уже не такой сильный и не по спине, а пониже, схватил свой контейнер и побежал на склад, радуясь, что легко отделался, злясь на самого себя, что купился, и обдумывая месть. Особо он не обиделся: такое и в училище практиковалось. Сам виноват - не будь лопухом.

   У Плешака всё было уже не просто готово, а лежало в порядке укладки, и загрузились они в рекордные сроки.

   - Запомнил, где что?

   - Запомнил, - кивнул Гаор.

   - Тады вези, я третью ходку подготовлю.

   И Гаор побежал обратно, волоча нагруженный контейнер.

   Он влетел в торговый зал и помчался в свой отдел, ловко лавируя - приспособиться недолго, если умеючи - между одновременно моющими пол и раскладывающими товары рабами и рабынями. Дубравка с Кисой предусмотрительно шарахнулись от него в глубь какого-то отсека, он даже не посмотрел в их сторону.

   Гаор заканчивал раскладку, когда к нему подбежал надзиратель.

   - Всё?

   - Ещё одна ездка, господин надзиратель, - ответил Гаор, разворачивая контейнер.

   - Живее, лохмач, задница волосатая!

   - Есть, господин надзиратель, - гаркнул Гаор, убегая из отдела.

   Дело делом, но задуманное им должно получиться, и надо прямо сейчас, а то после драки кулаками махать невместно - ещё одно недавно освоенное им слово.

   Рассчитал он точно. Девчонки были уверены, что он их не заметил, работу в своём отсеке они уже, считай, сделали и теперь в два голоса трепались и зубоскалили с парнями из отсека кухонной посуды напротив. Гаор подошёл к ним сзади, не останавливаясь схватил Дубравку, взвалил её к себе на плечо и пошеё дальше. Дубравка истошно завизжала, а Киса кинулась вдогонку его бить. По-прежнему не меняя шага, Гаор ловко перебросил Дубравку в контейнер, поймал свободной рукой Кису и перевалил её туда же. Девчонки, взвыв уже в два голоса, попытались вылезти по решётке, но Гаор тут же изобразил болтанку двумя резкими поворотами на ходу, и они оказались на дне.

   О том, как на это посмотрят остальные, а тем более надзиратели, он даже не подумал. Но, к его удивлению и облегчению, ржали все.

   - Рыжий, пусти!

   - Неа, - ответил Гаор, встряхивая контейнер, чтобы залезшая на решётку Киса снова оказалась на дне.

   - Рыженький, прости!

   - Рыжий, мы для смеха!

   - А уж я так прямо обхохотался, как по хребту получил.

   - Рыженький, мы не думали!

   - Индюк тоже не думал, пока в суп не попал.

   - Рыженький, ну не надоть!

   Девчонки уже почти ревели всерьёз, и на выезде из зала он их выпустил. И они побежали обратно, а он на склады в общей толпе грохочущих контейнеров и тележек.

   К его изумлению, надзиратель встретил его уже по-новому.

   - Нашёл время девок катать! - ржал надзиратель, и ему вторил мелким смехом Плешак.

   Они-то уже откуда все знают? - удивился Гаор, но тут же сообразил, что приехавшие раньше него и всё тоже видевшие, успели трепануть Плешаку, а надзиратель-то рядом стоит и всё слышит. Надо помнить.

   - Вези, паря, - вытолкал его в коридор Плешак, - я тут мыть начну, так что пару баб завези на подмогу.

   Торговый зал встретил Гаора дружным хохотом и градом шуток и подначек, причём смеялись и надзиратели. Отругиваясь и отшучиваясь на ходу, Гаор втащил контейнер в свой отдел и стал раскладывать товар.

   - Давай живее, - подбежала к нему Зимушка, - нам уж мыть пора, а ты с девками забавляешься!

   - Прокатить? - предложил Гаор, быстро запихивая на нижнюю полку запасные коробки с электровафельницами.

   - Пошёл ты...! - Зимушка ловко увернулась от его руки, шлёпнув рядом с ним по полу мокрой тряпкой.

   Гаор стёр с коробки попавшие на неё брызги.

   - С водой аккуратнее, они подмочки не любят.

   - Поучи меня! - фыркнула Зимушка. - Всё что ли ча?

   - Всё!

   Гаор покатил к выходу пустой контейнер.

   Зал уже заметно опустел. Раскладка товаров закончена, часть зальных ушла, и теперь как только уборщики домоют полы, их тоже отпустят. А Плешак там один корячится, и Гаор побежал со всех ног.

   Контейнер на место в конец коридора. В других складах тоже моют полы, в нарушение всех правил, перекликаясь и гомоня.

   Вдвоём они быстро закончили работу. Тем более, что склад теперь тоже полупустой.

   - Завоз, - объяснил Плешак,- таперя только апосля праздника будет.

   - Валите, волосатики, - выпустил их надзиратель, обыскав явно не всерьёз.

   - Доброго вам праздничка, господин надзиратель! - проорал, убегая, Плешак.

   Впускают без построения, только обыскивают внизу, а в коридоре уже шум, гомон, толкотня. Бегают, переодеваются, сговариваются к выдаче.

   - Все? - орёт Старший. - К выдаче становись.

   Тут, правда, Гаор сообразил, что его сегодняшнее веселье может обернуться не только "мягкими", но и "горячими". Но обошлось. Надзиратели, видно, в честь праздника не стали цепляться к нарушениям и портить выдачу. А может, просто лень им сегодня дубинками махать. Но выдача прошла быстро, никого не били, дверь закрыли, и вот тут началось...

   Уже к ужину, как было заведено, переоделись из комбезов в гулевое, и сели за столы с тем же весёлым гомоном, дразня и подначивая друг друга, замолчав только на раздаче мисок. Еда - дело святое, не до балагурства тут.

   Впервые за всё время каша была сладкой. Белая рисовая каша и даже с изюмом и кусочками чернослива и кураги. И потому ели, не спеша, смакуя. Такого Гаору ещё не приходилось пробовать. Как всегда, в конце давали добавку. Обычно она шла в очередь, полмиски сверх пайка, но сегодня по две ложки всем положили. И чай был слаще обычного. Как все, Гаор встал из-за стола, поблагодарил Мать и вышел в коридор, где сразу закипело веселье.

   К нему, правда, сунулся было Махотка.

   - Рыжий, ты чо девчонок заманил?!

   - У них убыло? - ответил вопросом Гаор.

   И вокруг грохнули дружным смехом.

   - А чо, девки, грех жалиться, задарма прокатились!

   - Рыжий, ты ж чо их выпустил? Увёз бы к себе и лады.

   - Ага, им там с Плешаком в самый раз было бы!

   - Ага, два на два!

   - А Махотка бы следом бежал!

   С Гаора переключились на Махотку, пошли поминать, с кем и чего такое случалось. И не такое тоже. Кто-то сзади дёрнул Гаора за рубашку. Он круто развернулся, чтобы поймать приставалу, но та увернулась и исчезла в толпе, и Гаор, уже зная правила - не знаешь, кого ловить, лови что под рукой - поймал и притянул к себе Зимушку.

   - Ух, ты скорый какой, - не всерьёз отбивалась она.

   Обычно в ловитки - погоню и ловлю с поцелуями - играли на дворе, там хоть погоняться где есть место, ну а в коридоре зато другое способнее. Не желавшие играть, а, может, уже сговорившиеся разбежались по кладовкам и другим удобным местам, и в коридоре стало чуть свободнее. Ловил он, ловили и его, вернее, подставлялись ему.

   Гаор уже давно заметил, что весь охмурёж и заигрывание с угрозами заманить и затащить ведут мужчины, но решают женщины. Коли сказано тебе: "нет", - то отвали и не настаивай. Та, его первая, не звала его, и он считал себя свободным. Да и у остальных тоже, похоже, каждый раз решается заново. Это настолько не походило на привычное с детства, когда мужчина редко когда зовёт, больше приказывает, и женщина не смеет отказываться, если только за неё не заступится другой мужчина, что не укладывалось в голове, и Гаор, не пытаясь пока понять, просто подчинялся здешним правилам, угадывая их по поведению остальных. И сейчас, видя, что в коридоре остаются только парни и девчонки, а кто постарше разошлись, он тоже вышел из игры и ушёл в спальню.