Принц Тьмы (СИ) - Крюкова Оксана - Страница 34

Но Арнэлия тут же отогнала все эти мысли. Принц Тьмы есть Принц Тьмы. Истина проста! И вся его дьявольская красота служит лишь Злу, обрекая на погибель души многих людей. Так зачем вообще о нём думать? Пусть продолжает жить дальше. Арнэлия также продолжит свой жизненный путь. И теперь всегда будет внимательнее как к людям, так и к вампирам. Она больше не попадёт впросак и не позволит заманить себя в ловушку, как получилось в катакомбах. Теперь она умнее и без предрассудков. Каждому в этом мире своё место. А её место с невинными душами. А все маньяки и убийцы пусть получают то, что заслуживают. И если их души принадлежат Принцу Тьмы, то она больше не станет вмешиваться. Уж слишком дорого эти вмешательства и героические поступки обходятся ей и её семье.

– Семья! – неожиданно вспомнила Арнэлия о своих близких.

Те наверняка думают, что она погибла, и её давно уже нет в мире живых. Стоит поспешить и обрадовать их своей негаданной живучестью до того, как Арнэлия увидит надгробный памятник со своей фотографией на местном кладбище.

Дитя Света быстро встала с земли и стремительно побежала к ближайшей дороге, чтобы поймать попутку до Статен-Айленд, где располагался её дом. Пока она бежала к дороге, то невольно удивилась своей бодрости. После пережитых испытаний в ней слишком много сил. Но это даже к лучшему. Значит, она не такая уж кляча, как считают её родные.

Вспомнив о братьях, сестре и Учителе, девушка нежно улыбнулась. Она очень любила свою семью. Только среди них она чувствовала себя спокойно и уверенно. И, поймав машину, Арнэлия радостно уселась на заднее сидение. Она ехала домой!

Возвращение

В двухэтажном доме, расположенном в тихом районе Статен-Айленд, царила полная тишина. Старший брат Вэл медленно и почётно, в присутствии других членов семьи и Учителя, торжественно водрузил острый меч Арнэлии на почётную полочку на стене. Любимое оружие младшей сестры станет постоянным напоминанием о её героизме и самопожертвовании ради спасения других. Четвёрка всегда будет помнить об их доброй, ласковой, скромной и немногословной сестре с белокурыми волосами и удивительными зелёными глазами.

Когда же боевое оружие было водружено, все члены семьи встали вокруг полки, и каждый молча отдал дань памяти его владелице. Кэти, не выдержав, расплакалась, уткнувшись носом в плечо Александра. Братья не плакали, мужчинам не положено. Но печать скорби чётко отражалась на их лицах. Даже Учитель был по-своему печален. Хоть его лицо и не выражало никаких эмоций, но веки отяжелели и прикрывали грустные глаза. Ему трудно было принять гибель одного из его учеников. Конечно, он понимал, что рано или поздно это могло произойти если не с Арнэлией, то с кем-то другим. Но как бы Учитель ни готовился к такому событию, когда оно произошло, он не смог отогнать от своего сердца печаль. Он вспоминал, как держал крошку Арнэлию на своих коленях, как учил ловить бабочек, развивая в ребёнке ловкость и концентрацию. Помнил, как маленькая девочка протягивала к нему свои нежные ручки и, заглядывая своими изумрудными глазами в самое сердце Учителя, растапливала в нём лёд и тяжесть прожитых столетий. Учитель одинаково любил своих учеников, но Арнэлия всегда была ближе его сердцу. Он по какому-то магическому закону не мог ни в чём ей отказать. И боясь, что разбалует девочку своей мягкостью, старался воспитывать старших братьев и сестру в полной строгости к ней и отсутствии снисходительности к любым слабостям зеленоокой красавицы, больше похожей на ангела, чем на человека.

И может именно поэтому Арнэлия часто уходила в себя. Находя в своих старших братьях и сестре лишь цензоров нравов и постоянных контролёров, Арнэлия создавала внутри себя свой таинственный мир. Даже Учитель часто не мог проникнуть в этот мир, когда девушка задумчиво уставлялась в какую-то далёкую точку на стене и молча могла так сидеть часами. О чём она думала тогда, что чувствовала, что видела, так и останется тайной навеки.

Учитель прикрыл свои тяжёлые веки. Теперь она в Раю. И пусть простит все недосказанности и недоговорённости своей семьи. Они так и не сказали ей ни разу, как гордятся ею, как восхищаются её талантами. Учитель и подумать не мог, что в его кроткой ученице столько силы духа и света. Он от кого угодно мог ждать самопожертвования, но только не от Арнэлии, которая была больше похоже на маленькую трусишку, чем на героиню.

Жёсткий урок. Мы ждём подвигов от кого-то другого, даже не догадываясь, что рядом с нами, в нашей тени развивается более сильный и достойный человек, чем нам кажется. Недооценка – это большая ошибка многих. И старому монаху было тяжело признать, что и он совершил эту ошибку, наравне с остальными его учениками. Старшие братья и сестра видели в Арнэлии кого угодно, но только не грозного воина Света, что бросается грудью на врагов и ведёт за собой других. Но, может быть, истинная храбрость состоит вовсе не в этом? А в том, чтобы в решительный момент спасти жизнь ближнего своего, не пожалев собственной?

– Не волнуйтесь так за меня, я в Раю, – послышался в комнате тихий и такой знакомый голос Арнэлии.

– Она с нами. Слышите? – взволновано спросила Кэти. – Её дух с нами!

– Да, Кэти, я с вами, – зазвучал снова голос, – и я отдаю тебе моё вечернее красное платье…

Кэти недоумённо посмотрела на Александра. Как дух её сестры мог сейчас говорить о таких мелочах? Но, заметив, что Учитель обернулся назад и с улыбкой на кого-то смотрит, девушка тоже повернула голову в ту сторону.

На пороге, как ни в чём не бывало, стояла Арнэлия и улыбалась всем присутствующим.

– Не может быть! – выкрикнула старшая сестра.

Братья тоже недоумённо смотрели на вошедшую в комнату девушку. Она призрак или воскресший труп?

– Чего стоите? – обратился к Четвёрке Учитель. – Ваша сестра жива, обнимите же её!

Кэти вопросительно посмотрела на Учителя, потом снова на Арнэлию.

– Кэти, я жива! – крикнула весело та. – Хватит тупить, я не умерла в катакомбах!

И как только Кэти услышала её брань, она действительно поняла, что Арнэлия жива.

Она бросилась к младшей сестре и со всей силы стиснула ту в объятиях. То же самое сделали все трое братьев. Окружив девушку, они все вместе обнялись, словно были единым целым.

Кэти плакала, братья радовались, Арнэлия шутила:

– Только не придушите ненароком, а то мне нравится быть живой.

Учитель стоял в стороне от всего этого, но его сердце ликовало. Она жива! И теперь он сможет больше уделять ей внимания, больше любить и больше верить в неё.

– Арнэлия, что это? – спросила удивлённо Кэти, отстраняясь от сестры.

Та быстро оглядела себя, но ничего подозрительного не заметила.

– Тут у тебя в волосах комья грязи, – серьёзно сказал Александр, – будто ты выкарабкивалась из-под земли!

– О, Боже, перед нами стоит зомби! – воскликнул Вэл, отпрыгивая в страхе от сестры.

Арнэлия с ужасом стала отряхивать волосы рукой. Не может быть, чтоб она была зомби. Она жива! Она точно это знает.

И только услышав, как братья весело смеются над ней, девушка успокоилась.

– Ну и задам я вам сейчас трёпку за зомби! – крикнула она им и, играючи, стала догонять убегающих шутников, пытаясь поколотить.

– Да хватит вам! – командно рявкнула Кэти на родных. – Я про другое.

– И про что же? – спросила Арнэлия, оставив в покое братьев.

– От тебя идёт какая-то очень сильная энергия. Я чувствую её так явно!

Веселящиеся братья остановились и подошли к младшей сестре, с сосредоточенным видом начали её осматривать.

– И действительно, – сказал Вэл, – сейчас я тоже чувствую.

– И что, это плохо? – пыталась отшутиться Арнэлия от столь странного открытия.

Её семья лишь пожала плечами, и взоры всех пятерых обратились к Учителю.

– Твоя энергия усилилась. Ты стала сильней, – как всегда спокойно ответил тот.

– Сильней? Что это значит? – спросила Арнэлия.

– Видимо, когда ты отдала всю свою жизненную энергию на спасение Кэти, Бог одарил тебя новой, ещё более мощной, чем прежде. И именно она позволила тебе выжить в катакомбах, вдохнув в тебя новую жизнь.