Белая вода - Мэрфи Уоррен - Страница 52

Чуткие уши Римо поворачивались туда и сюда, ловя звуки.

Где-то в глубине здания он услышал непрерывное пощелкивание. Оно доносилось порывами, усиливалось и ослабевало, но было несмолкаемым, как сухой град.

— Сюда, — сказал Римо, пытаясь отыскать дверь.

Вместо двери он нашел узкую нишу в стене за тяжелой портьерой.

— Как ты думаешь, что это? — спросил он, срывая портьеру.

Чиун внимательно осмотрел нишу.

— Это проход.

— Слишком мал для взрослого.

— Может быть, он предназначается для карлика. Или для ребенка. Это сделано для тех, кто не желает, чтобы их беспокоили.

Римо потрогал края камня.

— Мы можем легко здесь прорубиться.

Чиун показал на арку над ними.

— Смотри, Римо. Замковый камень. Если разобьешь край дыры, все это обрушится.

Римо потянул носом холодный воздух, поступавший из ниши.

— Я чую, что там кто-то есть.

— Я тоже, — подтвердил Чиун.

Пристроившись, Римо просунул плечо в нишу.

Сделав полный вдох, он выпустил воздух так сильно, что грудная клетка почти спалась. И все же не проходила. Тогда он выдохнул еще, так что легкие превратились в сдутые воздушные шарики.

После этого бесконечно осторожно, чтобы не сломать ребро или не повредить внутренние органы, Римо стал вкладывать себя в нишу. Это была медленная и тщательная работа. Хрящи похрустывали от напряжения. Как змея, проскользнул он внутрь, дойдя до половины и следя, чтобы не дать воздуху прорваться обратно в жаждущие легкие.

Тихим голосом Чиун ободрил его:

— Ты преуспеешь, сын мой, ибо слишком горька на вкус неудача, чтобы ее пробовать.

На полпути Римо остановился и резким рывком вдернул себя в нишу полностью. И исчез во мраке.

— Подожди! — тихо позвал Чиун.

Ответа не было.

Быстро выдохнув воздух из легких, мастер Синанджу попытался повторить опыт своего ученика, которого он обучил многому, но не той опасной технике, очевидцем которой сам только что оказался.

«Лучшие мастера Синанджу те, кто создает собственное искусство», — с горькой гордостью подумал Чиун.

Сам коридор не был так узок, как вход в него, но и удобно широким не был. Римо пришлось идти боком. Это ставило его в невыгодное положение, если встретится западня или волчья яма.

Под ногами смутно ощущалось какое-то электрическое возмущение. Плескала вода. Но эбеновый пол казался достаточно твердым.

Внезапно каменный коридор свернул направо, и Римо пошел туда. Стало шире, и тиканье, стучавшее как непрестанный град, стало явственнее.

Во всем мире так могло звучать только одно — человек работал на компьютере. Следующая мысль была — два человека на двух компьютерах.

Ладно, кто бы они ни были, лучше для них будет, если они найдут ответ на единственно важный в его вселенной вопрос...

Глава 39

До Харолда В. Смита сведения из Кейп-Кода дошли сразу, как только их там получили.

«Каюга» вошла в контакт с канадской плавбазой «Арен сор».

Смит прочел название и моргнул. По-французски он говорил сносно — еще со времен операций БСС во Франции во вторую мировую.

Словосочетание «Арен сор» показалось ему знакомым. Он ввел это название в компьютер и вызвал программу автоматического перевода с французского.

В ответ появилось название «Красная селедка» и его этимология.

На патрицианском лице Смита мелькнуло подозрительное выражение. Нет такой рыбы — красной селедки. Это фигура речи. Причем фигура речи исключительно английской. Значит, во французском языке красных селедок нет ни в прямом, ни в переносном значении. И потому для французского корабля имя «Арен сор» годится не больше, чем для французской подлодки — «Гордимся, что мы лягушатники».

Смит связался с Кейп-Кодом как раз вовремя, чтобы получить свежий доклад прямо от начальника.

— Мои люди докладывают, что это судно запускает что-то вроде торпеды, которая гоняется за рыбой. Это определенно враждебное действие, — сообщил начальник.

— Я приказываю, чтобы судно «Арен сор» было задержано и обыскано, — сказал Смит.

— Будет сделано, сэр! — отчеканил начальник базы, абсолютно уверенный в том, что говорит со штаб-квартирой регионального управления береговой охраны в Бостоне.

Смит положил трубку и вернулся к компьютеру. Торпеда, загоняющая рыбу. Если такое устройство действительно существует, может быть, удастся найти его в Интернете.

— Что за черт? — недоуменно спросила Сэнди Хекман, получив приказ начальника базы. — Это как же нам досмотреть такую громадину? У них численное превосходство экипажа десять к одному.

— А может, попытаться взять их на пушку? — предложил рулевой.

— Это как?

— Вызвать самолеты береговой охраны.

— Но у них нет боевого оружия.

— Эти вряд ли про это знают.

— А это мысль!

Сэнди взяла в руку микрофон.

— Внимание, «Арен сор»! Говорит катер береговой охраны США «Каюга». Вы нарушили Акт Магнусона и должны остановиться для досмотра. В противном случае ваше судно будет потоплено.

С «Арен сор» не ответили. Зато выпустили торпеду.

— Каковы шансы, что на этой рыбной торпеде есть боеголовка? — вслух подумала Сэнди, не спуская глаз с приближающегося пенного следа.

— Та, что тут была, взорвалась по команде, — напомнил рулевой.

— Это был только заряд самоликвидации.

— Тротил и в Африке тротил.

— Уход! — скомандовала Сэнди и ухватилась за первое, что попалось под руку.

Катер стал закладывать крутые повороты ухода, а торпеда гналась за ним, как голодная собака.

— Догоняет! — заорал рулевой.

— Разворачивайся — и прямо к ней в зубы! — заорала Сэнди в ответ.

— Вы с ума сошли? Сэр...

— Выполняй!

«Каюга» шла на торпеду лоб в лоб. Сэнди у шестнадцатидюймовой пушки на носу нацелила дуло в тупой нос торпеды.

Полетели снаряды. Первый пошел с перелетом. Сэнди изменила прицел. Второй упал с недолетом, и невредимая торпеда пролетела сквозь вспененную воду невредимой.

— Третий раз за все платит, — сквозь зубы сказала Сэнди, тщательно прицеливаясь. Один глаз ее был закрыт, и от усердия она даже высунула язык.

Торпеда взорвалась с силой и грохотом, снявшими все вопросы. Это действительно была боевая торпеда.

Больше торпед «Арен сор» не пускал.

Через двадцать минут в небе было полно «Фальконов».

— "Арен сор", у вас остался последний шанс! — предупредила Сэнди. — Сдавайтесь, или будете вплавь добираться. Водичка ласковая — плюс один.

Над палубой взвился белый флаг, а вдоль бортов столпились моряки с поднятыми руками и синими лицами.

— Чтоб мне моря не видать, если это не «флер-де-лисы» на этих гнусных рожах, — сказала себе Сэнди, когда катер шел вдоль нависшего над ним борта серой плавбазы.

Глава 40

Коридор привел его к двери.

Она была как замерзший лист сине-зеленой воды. Щелканье доносилось с той стороны. Римо оглянулся. Чиуна не видно. Но ждать некогда.

Донеслось тихое шарканье сандалий. Чиун где-то недалеко. Может догнать.

Римо подошел к двери. Она была разделена пополам в середине.

Коснувшись двери, Римо рассчитывал, что створки разойдутся. Не было ни ручек, ни кнопок. Значит, она должна работать от электричества.

Но дверь осталась плотно закрытой.

Римо прижал обе руки к панелям. Кто-то или что-то там было, щелканье клавиш не прекращалось.

Римо продавил концы пальцев сквозь стык дверей и поднял сцеплявший двери крюк.

Двери разъехались, как театральный занавес. Римо вбил их в пазы и шагнул внутрь раньше, чем сидевший внутри — кто бы он ни был — мог отреагировать.

Квадратная комната с кирпичными стенами. Стол. На столе бок о бок два компьютерных монитора. Рядом другие мониторы, экраны светятся.

Перед мониторами сидела спиной к нему молодая женщина, и волосы ее были облаком золотых нитей.