Опаленная земля - Мэрфи Уоррен - Страница 32

— Перевернутое Эн произносится как долгий звук "И". Эм читается как и у нас, а вот Пи на самом деле Ар.

— Ну-ну слушаю.

— Таким образом, если транслитерировать эти буквы с русского, получится слово MIR.

— Mir, mir... — рассеянно повторил Президент.

— По-английски это означает peace, — пояснил Смит.

Лицо Президента просветлело:

— Peace — так это же неплохо, верно?

— "Мир" — это название русской космической станции, которая вращается по орбите даже во время нашего с вами разговора.

— Ага, вон оно что, — буркнул Президент. — Так вы клоните к тому, что русские угрожают сорвать нашу космическую программу?

— Пока я хочу сказать только одно: непосредственно перед гибелью «Релайента» на небе, над местом катастрофы, высветились три буквы, название русской орбитальной станции, — сдержанным тоном объяснил Смит. — Ни больше ни меньше.

— Черт побери, — рявкнул Президент. — Я бы предпочел иметь дело с марсианами.

— Марсиан не существует, — уверенно заявил Харолд В. Смит.

— Я бы не торопился с подобными выводами, — возразил Президент.

— Что вы хотите сказать?

— Я смотрел программу «Фокс ТВ» и собственными глазами видел этих молодчиков, которые уволокли бедолагу фотографа, заявив, что они из Вашингтона. Мы проверили везде — в ЦРУ, в Совбезе, в Пентагоне. Все они божатся, что их люди здесь ни при чем.

— Что-то я вас не совсем понимаю...

Президент понизил голос до шипящего шепота:

— Перед тем как Раста уперли, он успел заикнуться о так называемых людях в черном.

— Я не очень знаком с этим термином, — вынужден был признать Смит.

— Люди в черном — это те загадочные типы, которые уничтожают улики, свидетельствующие о существовании НЛО. Некоторые утверждают, что они из ЦРУ. Другие говорят — из Министерства обороны. — Глава администрации еще больше понизил голос. — А кое-кто верит, что это настоящие пришельцы из космоса.

— Полагаю, вы не принадлежите к числу сторонников последней гипотезы, — произнес Смит.

— Мудрый Президент не будет отметать ни одной версии, когда речь идет об интересах национальной безопасности. Особенно Президент, который регулярно смотрит сериал «Секретные материалы».

— Я все же попытаюсь выяснить, нет ли здесь русского следа, — сокрушенно произнес Смит.

— Каким образом?

— Если потребуется, отправлю моих людей в Россию.

— Я не верю, что русские могли нанести такой удар. И потом, зачем же им светиться?

— Не знаю, но их последние космические достижения наводят на разные мысли.

— Вы имеете в виду осуществленный месяц назад запуск их «шаттла»?

— Именно. Странно уже то, что они реанимировали программу «шаттлов». «Буран-1», совершив в восемьдесят восьмом беспилотный полет, был списан. «Буран-2» много лет стоял в ангаре, и о нем до сих пор даже не заговаривали.

— Глупая выходка. Эта штуковина настолько ненадежна, что они даже боятся сажать на нее своих космонавтов.

— Напротив, господин Президент. То обстоятельство, что «Бураны» выводит на орбиту и сажает робот, доказывает технологическое преимущество русских над американской программой.

— И все-таки, Смит, что-то здесь не сходится. Русские, марсиане ли. Какого черта тем же марсианам на нас нападать? Ведь мы-то на них не нападали!

— Я свяжусь с вами позднее, — сказал Харолд В. Смит, завершая разговор.

Смит принялся рыскать в компьютерной сети на предмет какой-нибудь базы данных, которая позволила бы установить положение станции «Мир» на орбите в момент гибели «Релайента». Предчувствуя, что задача эта окажется не из легких, он запустил лучшую программу автоматического поиска и, предоставив ей копаться в армейских базах данных, занялся другими делами.

Прошло около часа, когда зазвонил телефон.

Это был Римо.

— Смит, мы сейчас в «Холидей Инн» неподалеку от центра Кеннеди. Похоже, с «Релайентом» произошло то же самое, что с «Биобабблом». Пока не удается установить, что это было конкретно. Ясно одно — температура была неимоверная. Расплавилась даже термостойкая керамическая плитка, которая использовалась для облицовки «шаттла».

— Возможно, это была акция русских, — сказал Смит.

— С чего вы взяли?

— Одному фотографу удалось сделать снимок «Релайента» за секунду до гибели. На небе видно русское слово, означающее «мир». Это название русской космической станции, которая находится на орбите.

— Но это же мирная исследовательская станция.

— В том-то и штука. Однако не следует забывать, что «Мир» был выведен на орбиту еще при советском режиме. А недавно они пытались осуществить его стыковку с русским аналогом «шаттла».

— Последний раз, когда эта штуковина взлетала, они установили оружие возмездия.

— Да. Так называемый дамоклов меч. Вы с Чиуном этим занимались. Есть основания подозревать, что «Буран» доставил новое оружие возмездия на «Мир».

— Но они, должно быть, рехнулись, если решили атаковать нас.

— Факты не слишком вяжутся с обстоятельствами. Я хочу, чтобы вы с Чиуном были наготове.

— О'кей. Только у меня назначено свидание.

— Не понял?

— Свидание. Ну, ужин там и прочее...

— С кем?

— Ее имя Кинга Зонгар. Она репортер из «Орландо сентинел».

— Я не одобряю, — решительно заявил Смит.

— Зря волнуетесь. Из этого скорее всего ничего не выйдет.

— Все же я должен проверить ее прошлое.

— Моей знакомой?

— Простая предосторожность не помешает.

— Не стоит. Я люблю сюрпризы, — сказал Римо и повесил трубку.

Смит вернулся к своим занятиям. Ему предстояла длинная ночь, и он не надеялся, что в ближайшее время что-то прояснится. Разве что к рассвету.

Глава 20

— Это русские, — сказал Римо.

— Я же предупреждал тебя, что она русская, — ввернул Чиун.

— Я венгерка, — заявила Кинга, начиная терять терпение.

— Да я не о ней. Я только что говорил со Смитом. Кто-то снял «шаттл» на фотопленку как раз перед тем, как тот уничтожили. В небе были видны русские буквы «Мир».

— Что это за чушь? — вскричала Кинга.

— Если верить нашему боссу, все это показывали по ящику, — пояснил Римо.

Кинга включила стоявший в номере телевизор и принялась переключать каналы, пока внимание ее не привлек один репортаж.

— Вся Америка задает один и тот же вопрос: неужели это были буквы марсианского алфавита? — вещал ведущий. — И если это так, то были ли марсианами те, которые ворвались в эту студию и похитили единственного очевидца их земных авантюр?

— Если бы это было так, — произнес Римо, — они не преминули бы захватить оттуда и твою задницу тоже.

— Тише, — шикнула Кинга и врубила телевизор на полную громкость. Римо с Чиуном, поморщившись, переглянулись.

Наконец Римо не выдержал и, отобрав у нее пульт, убавил звук.

Ведущий тем временем продолжал:

— Перед вами эксклюзивная фотография, которая потрясает воображение зрителей канала «Фокс».

Три пары глаз были прикованы к экрану, на котором появилось звездное небо, а на его фоне — три отчетливые белые литеры.

— Это русский, — сказал Римо.

— Ну конечно, — подхватила Кинга. — Это слово означает peace.

— Это название орбитальной станции, — добавил Римо.

— Станция «Мир» не имеет ни малейшего отношения к этим событиям, — с жаром выпалила Кинга.

— Откуда тебе знать? — спросил Римо.

— Иное просто невозможно себе вообразить, — ответила она.

— Что-то для венгерки ты слишком уж в этом уверена, — сказал Чиун и с недобрым видом подошел ближе.

— Эй-эй, полегче, Чиун, — поспешил предупредить его Римо.

Чиун кивнул своим блестящим черепом в сторону Кинги:

— Я предоставляю тебе самому допросить эту русскую.

Римо встал между Кингой и экраном и, скрестив на груди голые по плечи руки, смерил Кингу пристальным взором темно-карих глаз.

— Почему ты так уверена, что русские здесь ни при чем? — спросил он.