Коммандос. Формирование, подготовка, выдающиеся операции спецподразделений - Миллер Дон - Страница 79

Вследствие отсутствия радиосвязи добываемые группами разведданные к моменту их возвращения безнадежно устаревали. Поэтому главной задачей РДФ стало оказание помощи Красной Армии своими действиями в тылу германских войск. Им предписывалось нападать на штабы, склады, аэродромы, автоколонны, небольшие гарнизоны, выводить из строя участки железных дорог, мосты, линии телеграфно-телефонной связи и электропередачи, организовывать диверсии на военнопромышленных объектах. Кроме того, они должны были создавать агентурную сеть на оккупированной территории.

Но указанные задачи летом-осенью 41 года в полном объеме решали только отдельные группы. Почти все РДФ базировались в труднодоступной для противника местности, на большом удалении от его военных объектов. Помимо отсутствия радиостанций, управление их действиями затрудняла частая передача армий из состава одного фронта в другой и смена оперативных направлений. Поэтому в большинстве случаев они, проведя всего 1-2 операции, вынуждены были в дальнейшем заниматься лишь обеспечением своей собственной жизнедеятельности.

В первые месяцы войны были также допущены ошибки организационного характера. Они заключались в том, что наряду с небольшими группами, армейские разведотделы создавали и крупные, численностью до тысячи человек и более, построенные по типу воинских частей. Столь громоздкие подразделения трудно было перебрасывать в тыл противника, они неизбежно несли значительные потери и часто уничтожались врагом, даже не достигнув района своего оперативного предназначения. Постепенно РУ поняло, что подобные формирования вообще не нужны, так как в немецком тылу имеется достаточное количество людей, готовых взяться за оружие. Для этого требуются хорошо подготовленные малочисленные группы специалистов, способных организовать вокруг себя активную часть местного населения.

В течение поздней осени и зимы 41-42 IT. те крупные формирования, которые сохранили боеспособность, стихийно распались на отдельные отряды малой численности. Эти отряды, плюс к ним ранее заброшенные внештатные малые группы, осев в тех или иных оккупированных районах, послужили основой для возникновения многих партизанских формирований. Кроме того, в большом количестве случаев партизанские отряды самостоятельно (т.е. без связи с командованием РККА) создавали патриоты из числа военнослужащих, оказавшихся в окружении или бежавших из плена, партийных и комсомольских активистов, сотрудников милиции, работников советских учреждений, не сумевших своевременно эвакуироваться из захваченных немцами населенных пунктов, либо скитавшихся в лесах.

Таким образом, диверсионная деятельность в тылу противника в течение первого года войны все больше и больше приобретала характер партизанского движения. Забрасываемые РУ разведывательно-диверсионные группы становились партизанскими отрядами вынужденно. Создаваемые патриотами отряды сопротивления превращались в РДФ стихийно. Усилия «сверху» и самодеятельность «снизу» сливались в оно целое. Уже осенью 41 года немецкое командование вынуждено было считаться с новой угрозой. Так, в директиве Ставки главного командования вермахта от 25 октября 41 года говорилось: «Русские партизаны и диверсанты направляют свои атаки и разрушительную деятельность как против небольших подразделений действующих войск, так и против отрядов снабжения, оборудования и связи тыловых районов». В указанный период немцам пришлось направить на борьбу с партизанами 78 специально выделенных батальонов регулярной армии, не считая отрядов службы безопасности СД, тайной полевой полиции ГФП, сил вспомогательной полиции из числа бывших советских граждан.

Для руководства партизанскими соединениями, усиления их кадрами специалистов, организации материально-технического снабжения, постановлением Государственного комитета обороны от 30 мая 1942 года был создан Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД). Были созданы также республиканские и областные штабы, а при фронтах и армиях — оперативные группы центрального штаба. В их руководящий состав вошли партийные и комсомольские работники, офицеры Красной Армии, погранвойск и НКВД, имеющие опыт организации и проведения разведывательной, контрразведывательной и диверсионной деятельности.

Такая организационная структура позволила лучше удовлетворять запросы штабов фронтов и армий по ведению разведки и специальных операций в глубоком тылу противника. Однако в прифронтовой полосе разведывательные и диверсионные действия партизан по объективным причинам не могли быть успешными. Сюда направлялись армейские РДФ, подчинявшиеся органам военной разведки, тогда как аналогичные группы, забрасывавшиеся в тыл, переходили там в подчинение ЦШПД в лице его местных представителей.

Комплектованием, подготовкой, руководством и снабжением РДФ начали заниматься разведывательнодиверсионные отделения (штат 13 человек) в составе разведотделов штабов фронтов. В их распоряжении находились узлы радиосвязи, авиационные группы (один самолет Ли-2, два самолета По-2), другие подразделения обеспечения. Подбор людей для комплектования групп разведчиков-диверсантов эти отделения осуществляли из числа лиц, обладавших хорошей физической подготовкой и имевших уже опыт боевых действий. Исключение составляли специалисты (переводчики, радисты), у которых такой опыт нередко отсутствовал. Их направляли на обучение в специальные школы.

При подготовке групп к выполнению конкретных заданий основное внимание стали уделять изучению способов ведения разведки, изучения оперативной обстановки, методов диверсий на военных объектах и транспортных коммуникациях, отработке приемов боевого обеспечения (маскировки, выживания в неблагоприятных природных условиях и т.д.). Учили тому, как наиболее эффективно применять штатные минновзрывные средства, как самостоятельно изготовлять их из подручных материалов. Если заброска планировалась с помощью парашютов, то каждый член группы совершал от одного до трех учебных прыжков, не говоря уже о прохождении курса наземной подготовки. Все группы с осени 42 года снабжались радиостанциями типа «Северок». Увеличение продолжительности подготовки, повышение ее качества, обеспечение радиосвязью — все это привело к росту эффективности действий РДФ и снижению потерь. Если в первый год войны погибал каждый второй диверсант, то в 43 году — один из 20.

РДФ не имели постоянного состава и насчитывали от 5 до 20 человек. Командир назначался, как правило, из офицеров. Среди членов группы обязательно были радист, минер-подрывник, переводчик, в больших формированиях — санинструктор либо врач. Вооружение отличалось разнообразием систем, но преобладало автоматическое оружие (автоматы, ручные пулеметы), имелся большой запас ручных гранат. Эти огневые средства не стесняли маневра, отвечали требованиям скоротечного ближнего боя, обеспечивали высокую огневую мощь небольших подразделений. В более крупных отрядах (как правило, в партизанских) на вооружении состояли станковые пулеметы, противотанковые ружья, минометы, иногда даже легкие артиллерийские орудия. Восполнение потерь оружия и расхода боеприпасов осуществлялось за счет поставок по воздуху, путем сбора в местах прошедших боев, в ходе нападений на склады, мелкие гарнизоны и небольшие подразделения противника, в отдельных случаях — из ранее подготовленных тайников.

В целом обеспечение стрелковым оружием и боеприпасами являлось менее актуальной задачей, чем снабжение РДФ взрывчатыми веществами и средствами взрывания. А они наиболее ценились, так как, во-первых, позволяли вести борьбу с врагом, не вступая с ним в непосредственное боевое соприкосновение, во-вторых, причиняли ему максимальный ущерб. Именно хроническая недостача таких средств больше, чем что бы то ни было другое, сказывалась на эффективности действий РДФ в течение второго года войны.

Для переброски за линию фронта использовались наземный, воздушный и водный пути. Наземным путем РДФ скрытно выводили во вражеский тыл войсковые разведчики, используя для этого участки труднопроходимой местности, проходы в минных полях и т.д. При отсутствии четко обозначенных позиций (подвижная линия фронта) применялись транспортные средства: танки, автомобили, мотоциклы (особенно трофейные), лошади. Часто группы оставались после отхода советских войск на заранее подготовленных базах.