100 великих тайн Земли - Волков Александр Викторович - Страница 81

В наше время многие районы Земли преобразились. В засушливой Калифорнии появились повсюду бассейны и виноградники. В израильской пустыне Негев собирают урожаи бананов и фиников. На Канарских островах, где почва выжжена солнцем, любой турист может по десять раз на дню принимать душ.

Идиллия? Почему же так мрачны политические прогнозы?

По мнению многих экспертов, уже к концу этого столетия средняя температура на планете повысится на несколько градусов. Значительно расширится территория, занятая пустынями; обмелеют, а то и пересохнут некоторые реки; всё чаще будут вспыхивать конфликты из-за воды.

В засушливых районах планеты вода – это больше чем «живительная влага», «энергоресурс» и т.д. Здесь она становится политическим рычагом, способом нажима на неугодных соседей. Вода – это власть. Владеющий истоком реки может в любое время «перекрыть кран», держа соседние страны «в фарватере» собственной политики. Независимость немыслима без нормального снабжения водой.

В свое время советские чиновники намеревались, затевая поворот северных рек, уравнять Сибирь и Среднюю Азию. Их идейные наследники уверены, что реки нужно поворачивать лишь ради высшего неравенства. Вода, как золото и нефть, не делится на все человечество. Крупными реками – этими водосборами, охватывающими обширные территории, – должны владеть избранные народы. Синие прожилки на картах становятся залогом будущего благополучия или политических неудач, усиливая дух кастовости в мировой системе государств.

По оценке немецких экспертов из Союза экологии и защиты природы, к 2025 году до 3 миллиардов жителей Азии и Африки будут страдать от нехватки питьевой воды. Уже сейчас ее дефицит ощущается в Северной Африке, прежде всего к югу от Сахары – в Нигерии, Судане, Сомали, Чаде, Мали и Буркина-Фасо.

Вода – это естественное богатство Земли, и, как всякий природный ресурс, а не фабричный продукт, она постепенно убывает. За ближайшие десятилетия ее больше не станет. Наоборот, многие источники грунтовых вод мы успеем за это время исчерпать или загрязнить.

Специалисты Германского фонда мирового населения прогнозируют, что в 2050 году наименьшими запасами воды будет располагать Ливия. Здесь на одного человека будет приходиться 31 кубический метр воды. Кроме того, в этом черном списке такие страны, как Кувейт (47 кубометров на человека), Катар (58), Мальта (68), Саудовская Аравия (76), Йемен (85), Бахрейн (96) и Иордания (103).

В странах третьего мира разворачивается борьба за воду. По статистике, более 200 речных систем мира используется двумя или несколькими соседними государствами. Вокруг некоторых рек могут развернуться настоящие бои. Споры из-за воды начинаются всюду, где река или озеро пересекают государственную границу, яблоком раздора падая на политическую карту. Одни страны владеют истоками рек, другим достались низовья. Между ними царит хрупкое равновесие. Оно нарушается всякий раз, когда в верхнем течении той или иной реки вырастает очередная помпезная плотина. Ее появление меняет водный баланс в регионе.

«Кто играет с нильской водой, тот объявляет нам войну» – так в 1970-х годах запугивал своих соседей, владевших верховьями Нила, президент Египта Анвар Садат. В Египте и сегодня более 90 % потребляемой воды – это нильская вода. В 1990 году, когда Эфиопия собралась строить плотину в верховьях Нила, власти Египта резко воспротивились этому. По их настоянию Африканский банк развития отказался выделять Эфиопии обещанный кредит, и грандиозный замысел пришлось оставить.

Между Турцией, Ираком и Сирией отношения давно стали напряженными из-за права забирать себе то или иное количество воды Тигра и Евфрата. Китай, Лаос, Таиланд продолжают спорить из-за раздела вод Меконга. В Китае подумывают также о переброске в центральные районы вод реки Цангпо, протекающей в Тибете, – той самой реки, что, повернув на юг, становится одной из крупнейших рек Индии, где ее называют Брахмапутрой. Эти планы не преминули сказаться на отношениях между Индией и Китаем. На Ближнем Востоке Сирия, Ливан и Палестина конфликтуют с Израилем и Иорданией, снова и снова деля воды Иордана – сегодня чуть ли не жалкой, обмелевшей речушки, для которой остались в далеком прошлом блаженные библейские времена.

Уже в 1951 году произошел первый военный конфликт между Сирией и Израилем, он был спровоцирован строительством водопровода, ведущего из верховий Иордана в пустыню Негев. Ситуация обострилась в 1964—1967 годах, когда соседние с Израилем арабские страны задумали отводить большую часть воды от истоков Иордана, тем самым оставляя Израиль без воды. Шестидневная война разрешила это конфликт. Израиль овладел Голанскими высотами, где находился самый большой исток Иордана. Впоследствии генерал Моше Даян заявил, что его страна вела войну из опасения оказаться отрезанной от водных ресурсов всего региона. Безопасность Израиля можно было обеспечить, лишь перекроив политическую карту Ближнего Востока в соответствии с гидрографической картой. Это и было сделано.

По оценкам экспертов, в настоящее время насчитывается около 300 потенциальных очагов конфликтов, вызванных нехваткой воды. В них может быть втянуто более 40 % всего мирового населения, главным образом жители стран третьего мира.

Успокаивает лишь тот факт, что до сих пор не было ни одной войны, которая велась бы исключительно за воду. Речные ресурсы можно разумно использовать. Так, плотины выгодны и странам, лежащим ниже по течению. Они защищают от наводнений, а в засушливое время позволяют наладить снабжение водой. Даже непримиримые враги – Индия и Пакистан – еще полвека назад заключили договор об использовании вод Инда.

Встречаются и другие примеры разумного использования воды. Например, в США, словно предвещая будущее, появились «банки воды» – своего рода биржи, где фермеры могут предложить запасы имеющейся у них воды, если им нет сейчас надобности в ней. Излишки ее продаются, а не тратятся без всякой пользы.

Вполне возможно, что в будущем появится международный суд, который станет решать, разумно ли то или иное правительство расходует водные ресурсы. Такой суд вправе выносить свои санкции странам, где вода тратится абы как.

Свое слово скажут и ученые. Они ищут эффективные способы очистки загрязненной воды. В их арсенале самые разные приемы: от аэрации воды до разведения в ней таких растений, как ряска. Генная инженерия должна помочь созданию новых сортов культурных растений, способных произрастать на солоноватой почве. Есть идеи опреснения морской воды и даже использования айсбергов. Помогут ли они отвратить мрачное будущее? Справится ли человек и на этот раз с дефицитом воды? Насколько вероятны войны из-за…обычной воды? Удастся ли их избежать?

Виновны ли люди в лесных пожарах?

Лесные пожары стары как мир. Сколько растут на нашей планете леса, столько они и горят. Однако в последние десятилетия кажется, что сообщения о пожарах приходят все чаще. Леса пылают в средней полосе России и в Калифорнии, в Израиле и Австралии, Греции и Испании.

Лесной пожар– страшное природное бедствие

Статистика подтверждает первые впечатления. Так, всего за полвека средняя площадь, ежегодно охватываемая огнем в средиземноморских странах, возросла в четыре раза, причем в Испании – почти в десять раз. В 1960-х годах здесь отмечалось всреднем 1920 лесных пожаров в год, теперь – 21 516, и пожары становятся все сильнее.

В целом во всем мире за последние 100 лет интенсивность лесных пожаров заметно возросла. Вообще-то во многих регионах эти пожары с давних времен являлись чем-то обыденным. Однако всякий раз, когда полыхает слишком сильно или же пожары случаются чересчур часто, они становятся угрозой для всей экосистемы леса.

Исследование, проведенное в Австралии, показало, что местная природа нормально восстанавливается, если только пожары происходят не слишком часто – раз в 10 лет. Если же лес горит чуть ли не каждый год, то рано или поздно он гибнет.