Декларация независимости или чувства без названия (ЛП, фанфик Сумерки) - "Kharizzmatik" - Страница 86

Мои глаза расширились. Он сделал это? Я думала, я случайно оказалась в его объятьях. Я никак не могла предположить, что он сделал это преднамеренно.

– Нет, вы не доставили мне никаких неудобств. Это было… ммм… – я запнулась, неуверенная в том стоит ли продолжать. – Хорошо?

Он улыбнулся, кивнул и отвел взгляд. Убрав руку с моей спины, он спрыгнул со стола.

– Да, это было хорошо, – мягко сказал он и, нежно улыбнувшись, вышел из кухни.

Вздохнув, я принялась счищать муку со своей одежды. Закончив очищаться, я вышла в гостиную. Все были в сборе. Эдвард посмотрел на меня и ярко улыбнулся.

– Эй, папа, – сказал он, все еще глядя на меня.

Мои глаза сузились. Я не совсем понимала, что он задумал, но взгляд у него был хитрый, и это заставило меня немного занервничать.

– Да? – ответил доктор Каллен, не отрывая взгляда от телевизора. Он сидел в кресле.

– Мы хотим научить Изабеллу читать, – сказал он. – По крайней мере, хоть кто-то будет пользоваться библиотекой.

Я с опасением ждала реакции доктора Каллена. Когда он дал мне книгу, он сказал, что прикроет меня, пока я буду учиться. Но я не думала, что все будет именно так. Неужели нельзя было придумать что-то попроще?

Доктор Каллен посмотрел сначала на сына, потом на меня.

– Ладно, – сказал он, пожимая плечами. А затем снова уставился в телевизор.

Я была в шоке. Взглянув на него, я перевела взгляд на Эдварда. То улыбнулся и подмигнул мне. Я опустила глаза, щеки снова покрыл румянец.

– Садись, Изабелла.

Я подняла голову и увидела, что доктор Каллен снова смотрел на меня. По его тону я не могла понять это предложение или приказ. Я вздохнула и решила, что лучше не возражать. Медленно подойдя к кушетке, я села между Джаспером и Эдвардом.

Эдвард закинул ноги на журнальный столик и скрестил руки на груди. Моя рука слегка коснулась его и он, посмотрев на меня, улыбнулся. Джаспер барабанил пальцами по кушетке. Мы все сидели спокойно и смотрели телевизор. Я не знала, что это был за фильм. Как я успела понять, он был о каком-то парне. Я вообще не могла сосредоточиться на фильме – близость Эдварда так и манила меня.

В дверь постучали. Я огляделась и поняла, что никто открывать не собирался. Я, конечно, могла бы пойти открыть дверь, но я вспомнила случай, который произошел сегодня утром, и мне стало не по себе. Стук повторился, мое сердце учащенно забилось. И тут дверь открылась. Оказывается, она была незаперта.

– И что, никто из вас не может открыть мне дверь? – послышался голос Розали.

Я посмотрела на Эдварда, он закатил глаза. Во мне стало нарастать напряжение, я немного боялась ее. Я слышала стук ее каблуков, слышала каждый ее шаг. Все это только увеличивало мое беспокойство.

– Привет, Розали, – сказал доктор Каллен, все так же не отрываясь от телевизора.

Войдя в гостиную, она остановилась и посмотрела на всех нас. На мне она задержала свой взгляд дольше, чем на ком-то из остальных.

– Привет, Док, привет, мальчики, – пробормотала она.

Эдвард и Джаспер пробормотали ей то же самое «привет» в ответ.

– Привет, детка! – восторженно воскликнул Эммет.

Все хихикнули. Розали подошла к Эммету, села к нему на колени и обвила его шею руками. Эммет крепко обнял ее. Они обменялись улыбками. Все это было так мило, они излучали любовь и нежность. Я непроизвольно улыбнулась. Да, Розали могла быть холодна ко мне, но в ней точно были нежные и искренние чувства, о которых знал только Эммет.

Я снова уставилась в телевизор. Мне не хотелось, чтобы Розали заметила, что я смотрю на нее. Я снова попробовала сосредоточиться на фильме, нужно же было понять, о чем он. Но тут Эдвард пододвинулся ближе ко мне, и все мои мысли вернулись в прежнее состояние. От контакта с его телом через меня прошел электрический импульс, запах его одеколона сводил меня с ума. Все остальное казалось теперь таким незначительным…

– Док, ваш сын говорил вам, что этим утром он изрядно подпортил автомобиль Тани? – спросила Розали и взглянула на Эдварда.

– Я не портил машину. Я всего лишь оставил небольшую вмятину на крышке багажника ее авто, – пробормотал он. – И потом, она заслужила это. Сегодня утром она бесцеремонно разбудила меня, а потом закатила скандал. Я решил, что лучше подпортить ее автомобиль, чем ее саму.

Доктор Каллен посмотрел на сына.

– Могу я спросить, почему она вдруг закатила скандал?

– Она взбесилась из-за того, что я отказал ей дать то, что она хочет. А она хочет гребаных отношений со мной, ну или с кем-нибудь вообще.

Доктор Каллен рассмеялся и встряхнул головой.

– Да, ну, в общем, ты же знаешь, что такое случается каждый раз, когда ты обманываешь девушек.

Эдвард, сузив глаза, посмотрел на отца.

– Это не правда. Я не обманываю их. Я просто говорю им правду. Они прекрасно знают, что я не собираюсь заводить с ними отношения. Да, возможно, я заслуживаю это дерьмо, заслуживаю такое отношение, но вот Изабелла не должна была из-за этого пострадать.

Доктор Каллен поднял вверх брови и посмотрел на меня.

Мое сердце забилось в бешенном ритме, желудок сжался, к горлу подкатила тошнота.

Зачем они втянули меня в свой разговор?

– Таня ударила тебя? – спросил он.

Я вздохнула.

– Да, сэр. Но я думаю, она не хотела причинить мне вред. Это был просто несчастный случай.

– Ерунда, – сказал Эдвард и посмотрел на меня. – Таня была в бешенстве, но она знала, что она делает.

Доктор Каллен вздохнул.

– Я представляю, что она сделала. Я рад, что ты не пострадала, Изабелла. Ты не должна попадать под все эти скандалы с puttani Эдварда.

Эдвард простонал. Я улыбнулась. Я понятия не имела, что значит «puttani», но что-то мне подсказывало, что так называли не очень хороших девушек.

– Все нормально. Я выживала и после худшего обращения. А здесь меня просто толкнули.

В тот момент, когда я произнесла эти слова, я почувствовала себя как-то странно. Как будто я заболела, мне стало плохо. Доктор Каллен пристально посмотрел на меня. Наверное, он подумал, что я сказала эти слова именно в его адрес. Конечно, он поступил со мной намного хуже, чем Таня, но все же я говорила это не о нем… не только о нем.

– Да, – наконец сказал он и снова уставился в телевизор.

– Ты выглядишь обеспокоенно.

От этой фразы я вздрогнула, поскольку Эдвард наклонил свою голову ко мне и прошептал эти слова мне на ухо. Он поднес свои губы так близко, что я чувствовала его дыхание на своей шее. Мое тело пронзила дрожь, а щеки мгновенно покрылись румянцем. Эдвард хихикнул, но не отстранился. Его волосы щекотали мою шею.

– Я в порядке, – мягко сказала я и повернула голову в его сторону.

Он был так близко, что моя щека задела кончик его носа. Наши глаза встретились, он поднял бровь, и мы уставились друг на друга.

– Я ненавижу это кино, – нарушая тишину, сказала Розали.

Я вздрогнула. Я была настолько сильно поглощена взглядом Эдварда, что напрочь забыла о том, что мы не одни.

Я снова уставилась в телевизор, пытаясь сосредоточиться на фильме.

– Да, ты ненавидишь все, – пробормотал Эдвард.

Я почувствовала, что он немного сменил положение.

– Это не так. Я лишь хочу знать финал. Серьезно, что, черт возьми, с ним случилось?

Доктор Каллен слегка рассмеялся.

– В этом и суть. Смерть Джимми Хоффа… Так ничего и не известно.

Я удивилась. Упомянутое имя показалось мне знакомым. Предполагаю, парня, о котором мы смотрим фильм, зовут Джимми Хофф и, очевидно, он умер. Я почувствовала, что Эдвард откинулся назад и специально для меня шепотом произнес.

– Это история основана на реальных событиях. Он бесследно исчез.

Я слегка улыбнулась. Мне было приятно, что он уделяет мне столько внимания. Он, очевидно, заметил замешательство на моем лице.

– Ну, давайте, не нужно мне этого дерьма. Что в действительности с ним случилось? – снова спросила Розали.

Доктор Каллен вздохнул.