Загон Скота - Миллз Магнус - Страница 30

– Это предотвратит дальнейшую потерю инвентаря, – сказал Дональд.

Очень хорошие пояса, а каждая петля – для конкретного инструмента: молотка, стамески или кусачек.

– Кроме того, с ними вы будете выглядеть профессиональнее, – продолжал Дональд. – И это – лишь первый этап наших будущих планов. В грядущем году вам всем будет выписана простая униформа. Покрой еще не определен, но у меня имеется замысел комбинезона с логотипом компании.

Тэм уже влатался в пояс и сунул молоток в подходящую петлю. Ричи, между тем, все еще нелепо держал свой пояс в руке.

– А их у нас тоже из зарплаты вычтут? – наконец спросил он.

– Нет, – ответил Дональд. – Считайте их рождественским подарком от компании.

– Спасибо, – промямлили оба. Дональд приладил к коробке крышку и снова поставил ее в штабель. Затем повернулся к мне.

– Вот.

– Ты хочешь, чтобы мы начали канаву сегодня? – спросил я.

– Чем раньше начнете, тем раньше закончите, – ответил он. – И не забудьте лопаты.

С этими словами он нас покинул. В ошарашенном молчании мы стояли посреди сарая с инвентарем, пока Дональд шел через двор в контору. Затем без единого слова взяли лопаты и вывалили под дождь, в ворота и через все поле.

И только когда мы отошли от территории компании на приличное расстояние, Тэм наконец заговорил.

– Ебически ёб твою ж, блядь, мать, – сказал он. Мы с Ричи в точности знали, о чем он.

Вот так в промозгло сырой зимний день мы начали копать нашу траншею. Копали мы ее глубоко и копали прямо. Мы пахали, а дождь затекал под воротники и пачкал волосы. Сапоги облепила грязь, земля скользила под ногами, а дождевая вода вольными ручьями текла по дну траншеи. Смеркаться стало рано, но мы не бросали, зная, что в любую минуту может возникнуть Дональд. И только с приходом темноты, когда уже стало невозможно разглядеть, куда втыкаешь лопату, мы закончили работу.

– Какое блядство – так сочельник убивать, – сказал Тэм. – Могли бы в пабе сидеть весь день.

– Это хуже, чем в прошлом году, – подтвердил Ричи.

– А чего было в прошлом году? Я не помню.

– Пришлось ехать домой к Роберту на стаканчик хереса.

– А, точно. Я забыл. Есть курнуть, Рич?

Ричи отыскал сигареты в каком-то сухом закутке под дождевиком и полез в промокшие джинсы за зажигалкой. Я впервые поймал себя на том, что этот ритуал меня больше не раздражает.

Когда мы вернулись во двор компании, в кабинете Дональда горел свет. Мы подумали было зайти сказать «спокойной ночи» или хотя бы «приятного Рождества», но вообще-то были не в настроении.

– К ебеням, – сказал Тэм. – Пошли домой.

И вот каким после этого может быть Рождество? Мало того, что нам докапывать траншею после праздника, – а работы там еще дня на два-три, по меньшей мере, – нам еще и опять с мистером Холлом встречаться. Весь день мистера Холла никто не поминал, поскольку даже подумать о нем было невыносимо. Волноваться будем, когда придет время, но никак не раньше. А пока огни гостиницы «Корона» хоть немного нас утешали. Даже Дональду западло заставлять нас работать на Рождество и День подарков, и я, наверное, почти все праздники провел в «Короне» с Тэмом и Ричи. Как и бoльшая часть остального местного населения, включая Мораг Патерсон.

Вечером в День подарков Ричи, Билли и я сидели за большим столом и ждали, когда Тэм вернется от стойки с выпивкой. Он там затеял беседовать с Мораг и явно не спешил, но кому ж он виноват? Я б на его месте сделал то же самое, обрати на меня она все свое внимание. Гостиница «Корона» от ее присутствия определенно выигрывала.

В конце концов Билли потерял терпение и заорал:

– Шевели мослами, Тэм!

К несчастью, это спровоцировало инцидент с участием их отца. Мистер Финлэйсон бо.льшую часть вечера просидел в одиночестве у дальнего конца стойки. Очевидно, не осознавая наличия в пабе сыновей, он не спускал глаз с зеркала за батареей бутылок виски, правой рукой придерживая пинту крепленого, а левой держась за стойку. Услыхав голос Билли, он обернулся и заметил Тэма, стоявшего у стойки чуть подальше: тот по-прежнему беседовал с Мораг Патерсон. В следующий же миг мистер Финлэйсон был на ногах и зигзагом понесся к ним.

– Начинается, – пробормотал Билли.

Мистер Финлэйсон явно употребил уже достаточно, поэтому, стоя перед Тэмом, покачивался туда и сюда.

– Мы бы тут все заборами огородили! – проревел он.

– Кто? – спросил Тэм.

– Мы! Я! И твои братья!

– О чем это он? – хихикнула Мораг. Теперь к диалогу прислушивалась половина паба.

– Ни о чем, – ответил Тэм. – Не бери в голову.

– Финлэй и Сын! – громогласно объявил его отец.

За стойкой возник Джок и пару раз пристукнул по ней пальцем.

– Ладно, Томми, – сказал он. – Хватит уже.

Но мистера Финлэйсона несло.

– Мы б тут все окучили! Настоящими скотоводческими заборами! Накрепко! А не эта ваша дешевка, говно тянучее, весь рынок засрали! Мы! Я! И твои братья. А вместо этого… – Он уже запинался. – А вместо этого ты на другую сторону переметнулся!

В этот момент чьи-то добрые и надежные руки запустили Тэмова папашу сквозь двери паба в ночь.

– Тут забор нужен! – проревел он во тьме. – Прямо вокруг дома!

Дверь отеля закрыли и заложили засовом, и Тэм наконец принес выпивку к нашему столу.

– Простите, что задержался, – сказал он.

– А чего там твой папашка разорялся? – спросил Ричи.

– Ничего особого, – ответил Тэм. – Вдруг ни с того ни с сего решил, что он большой специалист по оградам.

– Вот и мой тоже, – вздохнул Ричи. – Столько лет к ним и близко не подходил, а тут вдруг решил все сразу обновить.

– А ты что – сам не можешь? – спросил Билли.

– Так я ж и говорю, – ответил Ричи. – А он: «О нет, они должны отвечать моим особым требованиям».

– А это еще что за хрень? – спросил Тэм.

– Хуй знает.

– Это какой-нибудь Дональд запросто мог бы придумать, – заметил я.

Джок обходил столы, собирая пустые стаканы, а добравшись до нас, сказал:

– Я слыхал, вы снова в Англию едете.

– А ты откуда знаешь? – спросил Тэм.

– А-а, так слухи разносятся широко, сам знаешь, – ответил Джок. – Вам, наверное, сейчас там в самый раз будет.

– Это почему?

– У них же там нормальной зимы не бывает, правда?

– Наверно, нет, но мы пока никуда не едем. Сначала Хогманей.

А, ну да – канун Нового года. Вот еще чего ждать можно. Пока Джок делал свои обходы, мы пытались дожать последние опивки Рождества. Через несколько минут блямкнул колокольчик – последний заказ. Ричи пошел за выпивкой.

– Схожу посмотрю, не хочет ли Мораг выпить, – сказал Тэм.

Но она уже ушла.

Назавтра вернувшись на работу, мы узнали, как Дональд отметил Рождество. Нигде во дворе компании никаких признаков жизнедеятельности не наблюдалось, так что мы разобрали лопаты, намереваясь продолжать рытье траншеи с того места, где остановились. Слякотная морось прекратилась, немного распогодилось, и поля заиндевели. Бредя по ним, мы видели, как под зимним солнцем поблескивает Образцовая Ограда, – однако что-то в ней теперь изменилось. Подойдя ближе, мы увидели, что пока нас тут не было, конструкция расширилась. Под прямыми углами с обоих концов отходили такие же отрезки, так что сейчас все это выглядело тремя сторонами квадрата. И снова идеальная работа – стыки без изъянов, безупречные колья, мертвая прямизна.

– Чего ж он тогда ее так поставил? – спросил Тэм.

– Фиг знает, – ответил я.

– Как ему удается ее так натягивать? – Тэм схватился за проволоку. Раздался треск, и он отпрыгнул. – Ёбентать-мать, она под током!

– Сначала нужно было испытать, – сказал я.

– На хуй эти пытки! – рявкнул он. – Все, пиздец. Я к ней больше не подойду.

– Во – Дональд, – бормотнул Ричи, и мы с интересом принялись изучать различные аспекты Образцовой Ограды. Дональд возник из ворот в углу поля и теперь направлялся к нам.