Заклинатель змей (СИ) - Рогозин Олег - Страница 28

- А может, эти твои сгустки вакуума разумны! – сказал Тим, и Саша все-таки ушел.

..Доктор Белинский показался Саше смутно знакомым – может, встречал его фото на каком-нибудь тематическом сайте, когда реферат писал?

- Они в общей палате, не буйные же. А вот, кстати, этажом выше лежит у нас одна бабушка с сенильным психозом, так она утверждает, что ничего не помнит, потому что ей спецслужбы память стирают. Не ваша контора, случаем, постаралась, а, Тимофей?

Тим фыркнул, а доктор усмехнулся в усы, и Саша запоздало сообразил, что это Белинский так шутит, оказывается. А он-то уже напрягся…

Начать они решили с того мужчины, что поступил последним. Санитар привел в кабинет крепкого мужчину лет сорока с простым, незапоминающимся лицом. Взгляд у пациента был осмысленным, на общие вопросы он отвечал нормально.

- Если все пойдет хорошо, - тут доктор многозначительно покосился на Тима, - отправим вас скоро домой, к семье. Хотите домой, Виктор?

- Дом, - это хорошо, - помолчав, ответил мужчина. – Только я его не помню. И жену не помню.

- Она приходила несколько раз, навещала, - вполголоса пояснил Белинский. – Ну что, приступайте к своим… исследованиям.

Тим кивнул, подошел к пациенту, заглянул ему пристально в глаза.

- Я помогу вам вспомнить, - уверенно сказал он. Мужчина кивнул, и возвратное движение головы было странно замедленным. Тим провел рукой сбоку от его лица – тоже медленно и плавно. Пациент попытался проследить взглядом за рукой, но движение его глаз было еще медленней. Он точно оказался в другом потоке времени.

- Ты вода… текучая вода… мир проходит насквозь, не задевая… - бормотал сквозь зубы Тимофей. Кажется, особенного смысла он в свои слова не вкладывал – действовал тембром голоса, до странного низким и тягучим сейчас.

- Времени нет, - сказал он в итоге, и Виктор застыл, неподвижно глядя перед собой. Зрачки его сжались почти до точки.

- Вот это у нас называется торможением субъективного времени, - сказал Тим, не без гордости обернувшись на врача. Движения его тоже были медленными и плавными, он точно перемещался под водой, прилагая усилия. – А сейчас будет разгонка. Следи за рукой!

Последняя фраза была обращена уже к пациенту. Парень медленно провел ладонью перед его лицом, потом чуть ускорил движения, быстрее, быстрее… движения обоих рук превратились в какие-то рваные, лихорадочные пассы, мужчина завертел головой, стараясь уследить за ними. Дыхание его стало частым, неглубоким, на лбу проступил пот.

- С виду кажется, все так просто, точно по нотам разыграно, - пробормотал доктор, с каким-то неодобрительным интересом наблюдая за манипуляциями парня.

- Вспоминай! – выкрикнул Тим. – Где ты был двадцать пятого февраля?

- На работе… - пробормотал пациент. – Был срочный вызов…

- Растет, однако, в прошлый раз гораздо дольше возился, - одобрительно сказал Алик вполголоса, кивнув в сторону Тима.

Саша тем временем вспоминал все, что слышал о «разгонке» и «торможении». Действия коллеги его удивили – раньше он не задумывался, можно ли эти техники применять на других людях. Тут на себе бы научиться. «Разгонкой» предлагалось пользоваться в боевых условиях – чтобы ускорить реакции тела. Нужно было представлять вокруг себя бушующее пламя, вспоминать самые острые моменты жизни, намеренно гнать в кровь адреналин. Это у Саши получалось не очень, а вот с «торможением» он справлялся лучше, почти вгоняя себя в транс образами спокойной безмятежной водной глади и прочими успокаивающими картинками. Эта техника, кстати, весьма рекомендовалась для нейтрализации эффектов алкоголя или наркотиков – вот только проверить никак не представлялась возможность. То, что Тим проделывал сейчас, втягивая в свой ритм и пациента, называлось «маятником», и служило для психики своеобразной «кнопкой перезагрузки», снимая блоки – но было и достаточно опасно.

Тем временем Тимофей еще несколько раз «раскачал» пациента, погружая его то в ступор, то в лихорадочное возбуждение. Картина происходящего становилась ясна – загадочный «оккупант» захватил сознание жертвы сразу же по прибытию на место.

- Значит, аварию они устранить не успели, - отметил Алик и защелкал кнопками телефона. – Надо это проверить…

- Куда ты идешь? – допрашивал Тим пациента, заставив его вновь переживать произошедшее в настоящем времени.

- К дому номер шестьдесят семь… второй подъезд… моя цель там.

- М-да. Как гипноз, только эффектней, - вздохнул доктор. – И ведь не поделитесь методикой, как я понимаю?

- Тим не гипнотизер, он - оператор, это гораздо круче, - веско сказал Алик.

- Что за цель?

- Женщина.

- Что ты с ней сделаешь, когда найдешь?

- Я не знаю. То, что в моей голове, знает. Я ничего не решаю, он ведет мое тело.

- Классический бред воздействия, - тихо сказал Саша, вспомнив лекции по психопатологии.

- А вы хорошо подготовились, молодой человек, - одобрительно сказал Белинский. Парень смущенно пожал плечами.

- Я с психфака.

- Вот как. А приходите к нам на практику! – доктор оживился и даже панибратски подмигнул ему.

- А что, вполне может быть, я выясню на кафедре… - Саше такая возможность показалась привлекательной. И Тиму поможет в его поисках…

- Что происходит? – продолжал настойчиво спрашивать Тим.

-Она открыла дверь.

- Что ты делаешь теперь? – парень напрягся, понимая, видимо, что подобрался к ключевому моменту. Возможно, им удастся вычислить нового «носителя» той загадочной субстанции, что без спроса оккупирует мозги честных городских сантехников… Но ответ пациента поразил всех.

- Я…бью ее.

- Чем? – растерянно переспросил Тим. – То есть, зачем?

- Гаечным ключом тридцать шесть на сорок один. Не знаю, - Виктор ответил на оба вопроса ровным тоном, однако, кажется, смысл сказанного постепенно доходил до его дремлющего сознания – мужчину начала бить нервная дрожь.

- Что происходит? Что ты делаешь?

- Она падает. Я бью ее в висок. Череп трескается. Я вытираю кровь платком. Прячу платок в пакет, ухожу. Бросаю пакет в люк, в канализацию. Иду к машине, Коля уже там, варит трубу руками.

- Как – руками? – удивленно переспросил Тим. Он тоже выглядел шокированным.

- У него руки светятся. Этот, из головы, уходит. Я падаю… темно…

Голова Виктора безвольно упала на грудь.

- Э… доктор, у вас есть нашатырь или что-нибудь? – Тимофей повернулся к Белинскому. Тот, выйдя из ступора, кинулся к пациенту, проворчал что-то неразборчиво, схватил со стола загодя заготовленный шприц и быстро вколол в руку мужчине.

- Показания, полученные под гипнозом, не могут служить доказательством в суде, по нашим законам… - сказал он, проверяя пульс на шее Виктора. – Все это звучит довольно страшно, согласен, но вполне может оказаться бредовой фантазией.

- Мы проверим, - пообещал Алик. – И Колю этого найдем, и женщину из шестьдесят седьмого дома.

Он приблизился к Тиму, который уже отошел от пациента и устало присел на край стола.

- Ты в порядке, а?

- Да, - парень растерянно мотнул головой. – Просто охренел немного…

У Саши в кармане коротко пиликнул телефон, сообщая о прибытии смски. Увидев отправителя, парень улыбнулся, хоть и несколько нервно.

«Где вы все шляетесь?», вопрошали буквы на экране.

- Ребят, - сказал он негромко. – Тут это…

- Дай угадаю, – Тим поднял голову, стремительно обретая прежнюю беспечность. – Как сказали бы в хорошем американском фильме, шеф хочет, чтобы мы притащили свои гребаные задницы в этот дерьмовый участок?

- Ну и лексикон у вас, молодой человек, - пробормотал Белинский, помогая неслышно вошедшему санитару поднять со стула полубессознательного пациента.

- Да, - сказал Саша. – Что-то в этом духе.

И вновь подумал о том, как стремительно он обретает циничную способность плевать на чужие проблемы. Потому что сейчас ему больше всего хотелось не найти несчастную жертву, не разбираться с сомнительной виновностью сантехника, который, в общем-то, тоже жертва, не ловить загадочных «подселенцев»… все это было страшно интересно, и нужно, и важно, только сначала он хотел запереться с Игорем в кабинете, стянуть с него рубашку – например, под предлогом внезапного порыва страсти – и убедиться, что нет у него на плечах следов от чужих цепких и смуглых пальцев.