Заклинатель змей (СИ) - Рогозин Олег - Страница 4

Устроив гостью на диване, Костя потушил свет, чтоб ей не мешать, и уселся к выключенному служебному компьютеру, задумчиво постукивая пальцами по столешнице.

«Надо хоть врачу сказать, пусть медсестру какую к ней приставит, что ли… Все равно им тут делать нечего, целыми днями с бабками лясы точат. Валентин мужик неплохой, должен понять… Надо же… пауки ей мерещатся».

Участковый передернул плечами. Он, конечно, пауков не боялся, но вполне представлял, каково одинокой, слабой женщине сражаться со своими страхами. Чего уж там… и здоровым мужикам бывает страшно порой. Просто страшно повернуться и глянуть в темный угол… в котором что-то шевельнулось, будто быстрая тень промелькнула. Вот как сейчас, например.

Костя повернулся, недоуменно уставившись в угол комнаты. Показалось? Вот еще чего не хватало, самому начать от каждой тени шарахаться… Пошарив в столе, он нашел огарок свечи — обрывы проводов тут редкостью не были, приходилось и при свечах сидеть. Робкий язычок живого пламени сразу придал атмосфере уюта. Женщина на диване дышала ровно, размеренно, и Костя тоже успокоился. Взял в руки свой недоделанный «цветок гладиолуса», начал вертеть его…

Что-то стукнуло в окно — словно камнем кинули, звякнуло коротко и злобно. Миронов вскинулся, рука потянулась к висящей на стуле кобуре. «Может, еще посетитель? Еще кому-то не спится в ненастную ночь…»

Вытащив все-таки на всякий случай пистолет, он быстро подошел к двери, распахнул ее, выглянув на крыльцо, и невольно сжался от порыва холодного ветра, швырнувшего в лицо пригоршню мокрого снега. Улица, на первый взгляд, была пустынной… и окна все темные, и следов нигде нет…

— Товарищ милиционер, — тихо позвал его женский голос из комнаты. Костя поспешно захлопнул дверь, смутившись — о том, что гостья замерзнет при открытых-то дверях, он и не подумал.

Но Ирина вовсе не о сквозняке сейчас заботилась. Поджав под себя ноги, она сидела на диване и мелко тряслась. Голос ее был тихим не спросонья — скорей, от испуга.

— Там… — прошептала она, указывая в угол комнаты. Участковый взглянул туда… Что-то действительно копошилось во мраке, что-то мелкое и отвратительное, плавно перетекающее по полу, точно... змея? Он щелкнул выключателем, и увидел целый клубок гладких, блестяще-черных змей, копошившийся в углу.

Ирина закричала, но тут же оборвала себя, прижав ладони ко рту.

— Вы не волнуйтесь, вам вредно волноваться… — пробормотал Костя, лихорадочно соображая, что же делать. О змеях он знал только одно — что они, кажется, кидаются только на движущиеся объекты, поэтому замер в дверях. Стрелять в них, что ли? Только женщину сильнее напугаешь…

— Надо их ведром накрыть, вот что, — пробормотал он, оглядываясь. Где-то ведь точно оно было, дурацкое такое, розовое…

Ирина снова закричала. Теперь ее взгляд был направлен к другой стене — где, блестя отвратительными телами, выползали из вентиляционной решетки точно такие же твари.

— Они везде…

— Так, — сказал Костя, хватая с вешалки обе куртки. — Идите сюда, быстро!

— Я не могу… они на полу…

Пол и вправду стремительно покрывался змеиными телами. Твари будто целенаправленно ползли к женщине, окружая диван.

Стиснув зубы, Миронов осторожно шагнул вперед. Потом — еще раз. Дальше нужно было идти по змеям.

«Хоть бы знать, это гадюки, или, может… ужи?» — растерянно подумал парень. «Вроде у гадюк два пятнышка на голове… или одно… а, черт с вами со всеми».

Он попытался поставить ногу так, чтобы не задеть голову какой-нибудь змеи, раздвигая их хвосты… нога вдруг не встретила никакого сопротивления. Удивленно хмыкнув, Костя уже решительнее наступил на пол. Нога словно проходила сквозь плоть загадочных тварей. Осторожно, словно по топкому болоту он добрался до дивана.

— Ой, Костя… они исчезают, — как-то смущенно выдохнула учительница. Кажется, она впервые назвала участкового по имени, тот даже опешил. Глянул себе под ноги — а пол был чист, ни одной змеи, нигде.

— Ушли… пауки, — женщина обессиленно опустилась в его объятия. Миронов совсем перестал что-либо понимать. Какие пауки? Змеи же… Он подхватил женщину на руки, и с ужасом увидел вдруг расползающееся красное пятно на диване.

— Ирина… у вас кровь… — пробормотал он, усаживая ее. Та испуганно прижала руки к животу.

— Господи! Ребеночек!

— Сейчас я вызову врача, — Костя кинулся к телефону, защелкал рычажком — но в трубке была глухая тишина.

— Сейчас! — выкрикнул он, подхватывая с полу брошенную куртку. — Я мигом!

— Не оставляй меня! — со всхлипом произнесла Иринушка.

— Вам нельзя двигаться, — Костя постарался говорить максимально уверенным и твердым тоном. — Я дверь закрою, не бойтесь…

Дом врача был, к счастью, неподалеку — проще пешком добежать, чем заводить мотор, который в этой сырости и работает-то через раз. Наспех собравшегося Валентина, грузного мужика средних лет, Костя тащил едва ли не за шиворот. Возле самого участка он увидел вдруг сквозь беснующуюся метель темный силуэт, стремительно удалявшийся вниз по улице.

— Стой! — рявкнул участковый, повинуясь какому-то иррациональному порыву. Если и было у него нечто, именуемое интуицией, чутьем, то сейчас именно оно бесновалось в мозгу — враг, чужак, хватай его! Пихнув в руку растерявшемуся врачу связку ключей, он кинулся вдогонку, выхватывая пистолет. Промелькнула мысль — а есть ли в стволе патроны? Но тут же исчезла, сметенная азартом погони.

Однако загадочный незнакомец, дойдя до поворота, словно растворился. Костя еще некоторое время метался по улице, пытаясь определиться с направлением, но хлюпающая под ногами жижа поглотила все следы, а интуиция растерянно молчала, так что он побрел назад. На крыльце участка его взгляд привлекала бурая полоса — словно здесь тащили что-то… окровавленное. И небольшое.

— Закройте дверь! — крикнул врач, и Миронов послушно хлопнул за собой дверью, заходя.

— Ушел он, — сообщила ему заплаканная Иринушка.

— К-кто? — совсем растерялся Костя.

— Ребеночек… пуповинку перекусил и ушел… — и женщина зарыдала, уткнувшись в ладони.

Участковый перевел изумленный взгляд на врача. Тот нехотя поднялся с придвинутого к дивану стула, подошел к милиционеру.

— Давай-ка отойдем, — сказал он, надавив на плечо тяжелой своей рукой. Они отошли в угол комнаты, и Валентин, понизив голос, произнес:

— Костя, я в душе не е*у, что это было, но, бля буду, похоже, что так все и есть.

— Да вы рехнулись! — взвился Костя, у которого от всех этих загадочных событий уже «шарики за ролики» начали заезжать. — Ребенку сколько, пять месяцев от зачатия? У него ж, небось, ног еще нет!

— Ног, может, и нет, а зубы есть, — пробормотал врач. — Ладно, я сам не видел… в конце концов, мож собака какая забежала, плод схватила и унесла. Или волк. А?

— Что. Здесь. Произошло? — четко, раздельно произнес участковый, чувствуя, как рука сама сжимается в кулак.

Врач выпрямился.

— Выкидыш, — сказал он неожиданно бесстрастным тоном. — А куда плод делся, не знаю. Может, сама выкинула. Я пришел — уже все чисто было, только кровь. А может, это… пустышка была. Ложная беременность.

— Он же биился! — провыла с дивана женщина. — Он ножками стучал!

Костя рванулся было к ней, но врач удержал его за плечо.

— Слушай, — сказал он заискивающе, — тут же уголовного ничего нет? Выкидыш и выкидыш… Ты ж дело никакое оформлять не будешь?

— Буду, — твердо сказал участковый. — Я рапорт подам. Что неизвестные науке явления происходят. Я своим глазам верю, а глазами я видел… — он махнул рукой, решив, что врача в историю со змеями посвящать не стоит. В конце концов, даже он не верил, что Костя — принципиально непьющий, сколько тот ни твердил об этом. А теперь и вовсе не поверит…

— Со скуки бесишься, — пробормотал врач, вздыхая. — Рапорт, ишь ты. Ну поглядим, кому ты нужен со своим рапортом. Только проблем наживешь.

Костя присел рядом с плачущей Ириной, осторожно обнял ее за плечи.