Путин, Буш и война в Ираке - Млечин Леонид Михайлович - Страница 105

22 июля оба сына Саддама, Кусай и Удай, вместе с двумя охранниками погибли в перестрелке возле города Мосула. Дом, где они укрывались двадцать три дня, окружили десантники из 101-й воздушно-штурмовой дивизии.

Имущество братьев — сто миллионов долларов, несколько флаконов дорогого одеколона, болеутоляющие средства и таблетки виагры.

За помощь в ликвидации сыновей Саддама госсекретарь Колин Пауэлл разрешил выплатить информатору, имя которого держится в секрете, тридцать миллионов долларов. Считается, что их выдал владелец дома — двоюродный брат свергнутого президента шейх Наваф Мохаммад аль-Зейдан. Он принадлежал к «тикритской мафии», но деньги, надо полагать, оказались важнее землячества.

4-я американская дивизия пропустила всю войну — она должна была наступать со стороны Турции, но турки этого не позволили. Зато после войны 4-й дивизии отвели самый опасный участок — родные места Саддама Хусейна.

Подразделения дивизии привлекли к операции по поиску Саддама. Американские разведчики составили список в две тысячи фамилий — людей, входивших в ближайшее окружение иракского президента. Кто-то из них должен был знать, где он укрылся.

27 июля американцы обыскали три фермы, но безуспешно. Кстати, именно в этом районе полгода спустя все-таки нашли Саддама, но в июле он сумел вовремя ускользнуть.

31 июля старшие дочери Саддама Рахда и Рана прибыли в Иорданию вместе с девятью внуками бывшего президента. Король Абдаллах II предоставил им убежище.

Разведчики 4-й дивизии считали, что нужно продолжить поиски именно в Тикрите, только здесь Саддам может чувствовать себя уверенно. Другие доказывали, что он наверняка прячется где-то в районе Багдада, где проще укрыться.

В октябре командир 4-й дивизии приказал интенсифицировать поиски. В районе Тикрита подразделения дивизии задерживали и допрашивали всех бывших, даже мелких, чиновников.

31 октября один из батальонов обтянул родную деревню Саддама колючей проволокой. Это позволило проверять документы у каждого, кто покидал деревню. Военные разведчики верили, что рано или поздно они натолкнутся на сеть людей, которые связаны с Саддамом.

4 декабря командир 1-й бригады 4-й дивизии полковник Джеймс Никли отправил поисковые группы с твердой надеждой поймать бывшего офицера иракских спецслуб, который три раза ускользал от американцев. Поймали несколько человек, у которых на руках оказалось около двух миллионов долларов. Откуда у них такие деньги? Не от Саддама ли?

Только 12 декабря удача улыбнулась американцам. Они задержали иракца, которого искали. Его переправили в штаб 4-й дивизии в Тикрит. Допрос начался немедленно. Американские офицеры нашли убедительные аргументы, заставившие иракца заговорить. Он описал местность, где может скрываться Саддам. Поймать его отправили спецотряд численностью в шестьсот бойцов на вертолетах и танках.

ФАКТОР ПУТИНА

Президент Путин очень болезненно переживал все, что произошло вокруг Ирака. Конечно, Владимир Владимирович от природы закрытый и сдержанный человек — это защитная оболочка. Да и прежняя служба учила его скрывать свои эмоции и чувства. Но совершенно очевидно, что исход войны в далеком Ираке оказался для него крайне неприятным сюрпризом.

Сначала Путин чисто по-человечески обиделся на американцев. Не за то, что они решили избавить мир от Саддама Хусейна. Совершенно очевидно, что в отличие от большинства российских политиков Путин не питает ни малейшей симпатии к ближневосточным диктаторам и даже не пытается это скрыть.

Путин был глубоко разочарован тем, что Буш и его советники, начав иракскую войну, пренебрегли его мнением и его личными политическими интересами, поставили в трудное положение. Как не очень опытный политик Владимир Владимирович, судя по всему, переносит на политическую сферу привычные представления о взаимоотношениях с людьми.

Конечно, работа в госбезопасности заставляет вести двойную жизнь, думать одно, говорить другое, с недоверием относиться к окружающим. Мир делится на «своих» и «чужих». К своим — отношение особое. Известно, что Путин предан друзьям, никого из них не забывает. Считает делом чести помочь другу, дать ему хорошую должность.

Путин, видимо, полагал, что у него сложились особые отношения и с Джорджем Бушем-младшим. И что американский президент принимает этот кодекс поведения.

Когда Путин сменил Ельцина в Кремле, американским президентом был еще Билл Клинтон, возможно, самый прорусски настроенный политик в Соединенных Штатах. Он считал одной из ключевых задач своего президентства помогать новой России.

Государственный секретарь Мадлен Олбрайт первой встретилась с Путиным в Москве в январе 2000 года. По ее словам, Путин говорил с холодной настойчивостью, но стал горячиться, едва разговор зашел о Чечне.

Олбрайт заметила, что в долгосрочной перспективе ничего не решить только силовыми методами. Спросила у президента:

— Вы готовы искать политическое решение?

Путин ответил, что там не с кем вести переговоры, законных лидеров нет, остальные — разбойники и убийцы.

Мадлен Олбрайт присматривалась к новому российскому политику. Ей показалось, что Путин не только моложе, но и современнее в своих взглядах, чем Ельцин и Примаков.

Олбрайт прямо спросила его о политических взглядах.

— Я люблю китайскую кухню, — ответил Путин, — забавно есть палочками. Я долгое время занимался дзюдо, но это все просто экзотика. Это не наш менталитет. Российский склад ума куда более близок к европейскому. Россия обязательно должна быть частью Запада.

Олбрайт эти слова понравились. Но она записала, что за патриотизмом и прагматизмом Путина трудно рассмотреть демокатические убеждения. Он даже на словах не дорожил свободой средств массовой информации…

В июне 2000 года Билл Клинтон приехал в Москву. Путин, принимая гостей, обратил внимание на очередную брошь Олбрайт. На сей раз это было изображение трех обезьянок — одна закрыла глаза, другая уши, третья зажала себе рот, словом, наглядный символ древнего правила: не вижу, не слышу и ничего не хочу говорить.

Олбрайт иронически заметила:

— Я надела эту брошь, чтобы не забыть поговорить с вами о Чечне.

По словам первого заместителя госсекретаря Строуба Тэлбота, как только речь заходила о Чечне, глаза Путина сужались и тон становился жестче. Он говорил о террористах, с которыми можно только сражаться, и отвергал сообщения о «мнимых зверствах Российской армии».

Трехдневные переговоры с новым президентом Путиным ни к чему не привели. Путин внимательно и невозмутимо слушал Клинтона, но не более того. Тэлбот подсчитал, что Путин произнес около двухсот слов, но сводились они к одному: нет.

Владимир Владимирович считал (или ему внушили), что незачем договариваться с президентом, который заканчивает свой срок. Надо будет устанавливать отношения уже с новым хозяином Белого дома.

Путин с удовольствием продемонстрировал гостям свои кремлевские аппартаменты — библиотеку с бюстом Пушкина, личную часовню, спортзал с тренажером и кушеткой для массажа. Проходя по коридору, показал темную комнату и небрежно пояснил:

— Это медпункт предыдущего обитателя.

Клинтон сразу же заметил, что намерен навестить Ельцина, и поинтересовался, остался ли тот на прежней даче.

— Да, — сказал Путин, — я разрешил ему остаться.

Расстроенный беседой Клинтон в сопровождении неизменного Строуба Тэлбота поехал к пенсионеру Ельцину на дачу в Горки-9. Борис Николаевич с удовольствием говорил о своем преемнике:

— Путин — молод, и это сильный человек.

Клинтон осторожно заметил:

— Борис, вы — настоящий демократ и настоящий реформист. Вы — прирожденный демократ. Но я не уверен, что это есть у Путина. Я просто не знаю. Может, да, может, нет. Вам надо приглядывать за ним и использовать свое влияние, чтобы влиять на него в правильном направлении. Вы нужны Путину. Вы нужны России. Вы изменили свою страну. России повезло с вами. И всему миру повезло.