Путин, Буш и война в Ираке - Млечин Леонид Михайлович - Страница 58

Остается одно — вербовать самих террористов.

Но директор ЦРУ при Клинтоне Джон Дейч требовал от своих подчиненных тщательно проверять прошлое агентов. Он запрещал вербовать тех, у кого руки в крови. К сожалению, только те, кто сам убивал и мучил людей, знают планы своих соратников. Указание Дейча было воспринято как сигнал к тому, что лучше сидеть в конторе, чем рисковать.

Джон Дейч, бывший профессор химии, до назначения в ЦРУ был заместителем министра обороны. Он обидел разведчиков, сказав, что они менее компетентны, чем профессиональные военные. Дейча сменили на Джона Тенета, который прежде руководил аппаратом сенатского комитета по разведке.

В сенате Тенет занимался контролем за тайными операциями ЦРУ. Он заставил ЦРУ свернуть две большие операции, после того как выяснил, что разведчики действовали наперекор политике страны и позволяли своим агентам тратить деньги из спецфонда на личные нужды.

Через неделю после теракта 11 сентября Буш приехал в штаб-квартиру ЦРУ. Он успокоил разведчиков:

— Я вам доверяю. И вы мне нужны. Я знаю, какую важную работу вы делаете.

В ЦРУ были довольны. Президент мог возложить на них всю ответственность. Но он не стал искать козла отпущения и предпочел приободрить разведчиков. Хотя ЦРУ ничего не смогло сделать, чтобы спасти страну от чудовищного теракта. Говорили, что все дело в неумении соединить обрывки информации, которыми спецслужбы будто бы обладали… Это не так. Не было даже обрывков информации.

Американская разведка сильна техникой. Разведывательные спутники и самолеты обшаривают поверхность земли и мирового океана. Специальные сенсоры по всему миру анализируют воздух, землю и воду, выискивая следы радиоактивных частиц. Мощные антенны перехватывают миллионы телефонных-и радиопереговоров, потоки электронной почты.

Техническая разведка не пропустит ни одного запуска ракеты. Но сейчас разведка имеет дело с противником, у которого нет ракет. Террористы передвигаются по одиночке, спрятав взрывчатку в подошву туфель.

— Мы восхищаемся тем, что можем из космоса увидеть номерные знаки любого автомбиля, а что толку от этого? Пока у нас не будет агентов среди наших врагов, ничего не получится, — сокрушался на сенатских слушаниях по терроризму заместитель министра обороны Пол Вулфовиц.

ЦРУ получает огромное количество снимков со спутников, но неопытные аналитики не в состоянии их освоить. Он призвал приглашать аналитиков со стороны, чтобы избавить агентство от интеллектуальной лени.

По мнению ЦРУ, американские спецслужбы опаздывают на пять лет в организации системы борьбы с международным терроризмом. Прежде всего не хватает личного состава и агентуры.

Оперативный директорат ЦРУ насчитывает четыре тысячи сотрудников, каждый четвертый занят борьбой с терроризмом. Но это всего лишь тысяча оперативников — столько же, сколько Федеральное бюро расследований держит в только Нью-Йорке.

В середине девяностых ЦРУ было в загоне. Десять лет назад учебные курсы ЦРУ в Вильямсбурге в штате Вирджиния, которые именуются «Фермой», заканчивали всего двадцать пять человек в год. А через учебные лагеря «Аль-Кайды» в Афганистане, организованные Бен-Ладеном, проходили по две тысячи моджахедов в год.

Что разрешил своим спецслужбам Буш?

ФБР наделили правом подслушивать разговоры подозреваемого террориста, каким бы телефоном он ни пользовался. Прежде агенты должны были получать санкцию на прослушивания каждого конкретного аппарата, а их, с учетом мобильных, могло быть множество. Пока агент получал разрешение, терророрист успевал сменить номер.

ФБР получило возможность преспокойно заниматься священнослужителями. Прежде агенты не рисковали заходить в мечеть. Не разрешалось знакомить с информацией, полученной разведкой, агентов, занимавшихся расследованием уголовных преступлений. Но террорист и уголовник часто если не одно и то же лицо, то как минимум они помогают друг другу.

Теперь курсы ЦРУ каждый год заканчивают двести начинающих разведчиков. Но подготовка оперативника с учетом изучения трудного иностранного языка занимает примерно семь лет.

ЦРУ вербует молодежь открыто — через рекламу в Интернете, газетах и журналах. Молодежи обещают уникальную международную карьеру. Требования — интерес к международным делам, знание иностранных языков, умение добывать информацию и быстрая реакция. Важнейшее качество — это коммуникабельность, способность разговорить собеседника.

Еще десять лет назад в ЦРУ работали только мужчины с белым цветом кожи. Теперь берут женщин, афроамериканцев и американцев азиатского происхождения. Для работы в России, бывших социалистических странах вербуют молодежь в Чикаго и Детройте, где много выходцев из Центральной Европы.

Для оперативной работы подбирают уже состоявшихся людей в возрасте двадцати восьми — тридцати лет, тридцать пять лет — это уже предельный возраст. Зарплата начинающего разведчика составляет сорок-пятьдесят тысяч долларов в год. В бизнесе платят больше.

Верность — это другой ключевой фактор в отборе кандидатов. Новичков проводят через психологические тесты, их прошлое тщательно изучается.

Разведчикам предстоит вести двойную жизнь. Они не имеют права говорить, где они работают, и выдают себя за совершенно других людей. Начинающим разведчикам объясняют, что говорить о себе друзьям, соседям, знакомым. Жены (или мужья) обычно посвящены в тайну. А детям о службе отца в ЦРУ скажут только тогда, когда они будут достаточно взрослыми, чтобы уметь хранить секреты. Не говорят даже родителям, чтобы они случайно в приливе гордости за сына не обмолвились, чем он занимается.

Но с собственной конторой разведчики должны быть абсолютно откровенны. Сотрудник ЦРУ проходит проверку на полиграфе в начале службы, в конце трехлетнего испытательного срока и затем каждые пять лет. Разведчику предлагается ответить на семнадцать вопросов. Среди них такие: «Вы снимали когда-нибудь копии с закрытых документов? Употребляли наркотики? Занимались гомосексуализмом?» Неискренний ответ, зафиксированный машиной, ведет к увольнению.

ЦРУ дважды докладывало президенту, что точно знает, где находится Саддам Хусейн, а один раз было уверено, что обнаружило Осаму бен Ладена. Президент верил разведчикам и всякий раз отдавал приказ поднять в воздух самолеты. Все три авиаудара не достигли цели. Но были и удачи. Американские спецслужбы в конце концов поймали Саддама и многих руководителей «Аль-Кайды».

Президенту Бушу Джон Тенет нравился. Они оба — бейсбольные болельщики. Но осенью 2004 года Буш подобрал нового руководителя разведки — конгрессмена Портера Госса.

Он стал вторым конгрессменом, который с Капитолийского холма перешел в ЦРУ. Первым был отец нынешнего президента Джордж Буш-старший.

Как и Буш, Портер Госс окончил Йельский университет, где изучал литературу и историю, выучил древнегреческий язык. Он собирался заниматься бизнесом, но случайно попал на беседу к профессиональному вербовщику ЦРУ. Тот говорил настолько убедительно, что Госс захотел быть разведчиком.

Он стал оперативником, работал под прикрытием, служил в Латинской Америке (в том числе на Кубе — после прихода к власти Фиделя Кастро) и в Центральной Европе. В 1970 году с ним произошла загадочная история. Его обнаружили в гостиничном номере умирающим от неизвестной инфекции. Врачи вытащили его, что называется, с того света.

Коллеги подозревают, что его заразили опасной болезнью и что это дело рук КГБ.

В те годы разведки подозревали друг друга в таких делах.

Директор ЦРУ Уильям Колби в 1976 году поручил своим сотрудникам встретиться с офицерами КГБ, чтобы выяснить, не причастно ли КГБ к убийству резидента ЦРУ в Афинах Ричарда Уэлша. Тайная встреча состоялась в Вене, где обе разведки чувствовали себя уверенно. Американские разведчики сказали, что «они этого не потерпят». Сотрудники КГБ были возмущены таким предположением — и не кривили душой. Потом выяснилось, что американского резидента убила кипрская террористическая группа.