Боричев Ток, 10 - Левитес Ирина - Страница 25

По лестнице спускался дворник Алеша. Он был не просто дворник, а студент-вечерник. По утрам подметал листья или сгребал снег. В зависимости от погоды и времени года. А по вечерам учился на юридическом. Причем хорошо. Без хвостов. Собирался стать следователем.

Тетенька бросила чужое имущество и убежала. Она была неопытная. Если бы она была опытная, тогда другое дело. Но это был ее дебют. Неудачный.

Алеша сразу понял, что дело нечисто. Взял сумку и пошел домой. Недалеко. Пришлось подняться всего на один пролет. Он жил в крошечной дворницкой. Каморке между первым и вторым этажами. Раньше там метлы и лопаты хранили, а потом разрешили Алеше пожить. За то, что подметал листья или сгребал снег. А еще за то, что у него была молоденькая жена и скоро должен был появиться ребенок.

Вместе с молодой женой они подробно рассмотрели находку. Неизвестно, подумали ли они про то, что на них свалилось целое богатство. Известно, что молодая жена хотела позвонить в милицию. Алеша не согласился. Он был умный. Не зря учился по вечерам в институте. Без хвостов. Сначала изучил паспорт. Выяснил ФИО истинной владелицы.

Потом поискал и нашел! Нашел записную книжку и почему-то выбрал Олю. Интуиция его не подвела. Дальше включил аналитические способности. В институте по криминалистике учил: анализ там, синтез, всякие дедукции. Из двух номеров выбрал рабочий. Где в десять утра может находиться человек? Уж конечно не дома. Нет, возможны исключения. Вдруг человек работал в ночную смену. Или находится в очередном отпуске. Но вероятность невелика.

— Алле! Ольга Семеновна? Вы знакомы с Одельской Надеждой Борисовной? — официально спросил он.

— Знакома, — насторожилась Оля. — А что такое?

— Кем она вам приходится? — Алеша не собирался отдавать документы и деньги в непроверенные руки. Должен был убедиться.

— Родственница.

— Близкая?

— Как вам сказать… Ее дед и дед моего мужа были родными братьями. Да что случилось, в конце концов?

— Я нашел сумку. С деньгами и документами.

— Не может быть! Надя на Сахалине. Как документы могли попасть в Киев?

— Может, приехала.

— И куда делась? Где вы сумку нашли?

— В подъезде. Ее женщина бросила и сбежала.

— Так это, наверное, наша Надя была.

— Нет, — не согласился дворник Алеша. — Чего бы она свои вещи разбрасывала? И потом, она была толстая и страшная. А на фотографии в паспорте совсем наоборот.

Это точно. Мама — самая красивая. Валерик на нее похож, поэтому у него глаза и ресницы. И еще брови. А Нине не повезло…

— Вот что! — решительно сказала Оля. — Надо немедленно встретиться. Где и когда?

— Ну… давайте… у Дома культуры пищевиков. В одиннадцать ноль-ноль. А как я вас узнаю?

— Серое пальто, синий берет. Да! У меня в руках будет журнал «Огонек». — Оля недавно смотрела кино про шпионов.

Понятно, что с работы ее отпустили. Не каждый день случается детективная история. Оля не сразу побежала к Дому культуры. Сначала решила выяснить, куда пропала Надя. Вдруг с ней случилось что-нибудь? Страшно подумать! Домой звонить бесполезно. Бабушка Соня плохо слышит и все перепутает. Позвонила Лене:

— Вы к Веке с Лизой не заходили?

— А что такое? — встревожилась Лена.

— Покричите в фонарь: как дела?

Странное поручение. Очень подозрительно.

Лена забарабанила в фонарное стекло:

— Века! Века!

— Что такое? — откликнулась бабушка Века.

— Оля спрашивает: как дела?

— Приехала Надя…

— Что ты говоришь?! — Лена схватилась за трубку. — Оля! Века говорит, что приехала Надя!

— Спросите: она здорова?

— Века! Оля спрашивает: она здорова?

— Она таки здорова. Но у нее что-то случилось.

— Оля! Века говорит: она таки здорова, но у нее что-то случилось.

— Передайте: пусть сидит дома и никуда не выходит.

— Века! Оля говорит: пусть сидит дома и никуда не выходит.

— А? Она что-то скрывает?

— Я знаю? Уже повесила трубку! — прокричала Лена и бросилась к двери. Выяснять, что случилось. Если Надя приехала, так что? Надо делать тайны?

Лена забежала к Фире и кратко описала события. После совещания обе постучали в дверь. Надя таки да приехала, но она лежала и не разговаривала. Но когда Лена рассказала про телефонный звонок, оживилась. Несомненно, Оля что-то знает. А если Оля что-то знает, значит, не все потеряно. Черт с ними, с деньгами. Если подбросили хотя бы паспорт, тогда другое дело. Деньги на билеты ей как-нибудь соберут. Пол-Киева родственников и знакомых.

— У меня украли паспорт, — частично призналась она. Решила выдавать неприятности небольшими порциями.

— Так что, если украли паспорт, уже нельзя выпить чашку бульона? — притворно возмутилась бабушка Века. На самом деле она вздохнула с облегчением, потому что это не такая большая катастрофа. Про пограничный режим она не подумала.

— И что ты молчишь? Надо позвонить Изе. У Изи связи, — решила действовать бабушка Лиза.

— Не надо. Оля что-то знает, — обнадежила мама.

— Наверное, ее вызвали в милицию, — догадалась Лена.

— Плохо… — опять сникла мама. — Я же в командировке. В Москве.

— Века, ты слышишь? Она в командировке, — пояснила Лена по инерции. Уже привыкла к переговорам через фонарь.

— Когда я была в командировке, я прятала. У меня был такой пояс с карманами. Под трико, — поведала Фира.

— А если человек не успел спрятать, так что? На минуточку надо сразу воровать? — возмутилась Лена.

— Пойду в школу, — вскочила мама. — Заберу детей.

Про Нину с Валериком она не забыла. Просто растерялась. Но теперь появилась надежда. Потому что позвонила Оля.

— Оля сказала сидеть дома, — напомнила Лена.

— Некогда. У меня всего один день. Сегодня вечером поезд, послезавтра самолет. Ой! Билеты тоже украли…

— А! И билеты украли?!

— Сохраняйте спокойствие. Оля просто так не оставит, — заверила Фира.

И оказалась права. Пришла Оля. С каким-то молодым человеком. Раскрасневшаяся, в сбитом набок берете и с «Советским экраном», свернутым в трубочку. Опрометчиво пообещала по телефону, что придет с «Огоньком». А в киосках «Огонька» как раз не оказалось. Пришлось покупать «Советский экран». Чуть не опоздала. Алеша смотрел в другую сторону. Ждал человека с «Огоньком». Но он не знал Олю. Оля его быстренько уговорила. Убедила, что она — это она. А не кто-нибудь еще.

Молодой человек крепко прижимал к груди нечто обернутое газетами.

— Вот! — сказала Оля. — Одельская Надежда Борисовна собственной персоной. Надя! Откуда ты взялась?

И бросилась к маме. Обниматься.

— Минуточку! — остановил ее Алеша.

Достал из кармана паспорт и сверил фото с мамой. Несколько раз очень внимательно посмотрел туда и сюда. Наконец убедился окончательно и вручил сверток.

— Ой! Моя сумка! — обрадовалась мама, развернув газеты. — Как в сказке! Спасибо!

— Спасибо скажете потом. Давайте проверим, все ли на месте. И расписку напишем, — опять проявил бдительность Алеша. Его в юридическом институте хорошо научили. Бумаги надо оформлять правильно.

Все проверили и написали расписку. Про то, что Карпенко А. В. передал в целости и сохранности Одельской Н. Б. 1) паспорт; 2) билет на поезд (сегодня вечером); 3) билет на самолет (послезавтра); 4) командировочное удостоверение; 5) деньги в сумме 517 руб. 27 коп. Дата и подпись. Все!

— Нет, не все, — не согласились бабушки. — Примите от нас благодарность.

Алеша смутился и стал отказываться. Но ему все равно вручили три банки варенья (вишневого, клубничного и крыжовенного), бутылку сладкой наливки и фирменные сухарики бабушки Лизы. Лена успела сбегать и принести банку дефицитной сгущенки, а Фира никуда не побежала, потому что Алеша сказал, что уже хватит. И вообще ничего не надо, потому что на его месте так поступил бы любой советский человек.

И с этим никто спорить не стал.

Когда зацветут каштаны

Оказывается, салаты — это вчерашний день. Их уже никто не делает. Последний писк моды — бутерброды. Так сказала тетя Тамара и успела угостить многослойными сооружениями. Почему успела? Потому что все уезжают. Мама с Ниной и Валериком насовсем на Сахалин, а тетя Тамара на Печерск. Она выходит замуж.