Тест на верность - Аверкиева Наталья "Иманка" - Страница 27

— I liked it! — повторила Точка и полезла обниматься.

— Это было достойно, — смеялся Ахмед. И бережно прижал меня к себе. — Ты бесподобна. — Чмокнул в щеку. Я бесцеремонно заглянула к нему за пазуху. Ферри смотрел на меня блестящими бусинами глаз. Он тоже остался доволен моей выходкой. Я его обожаю! Нет, я их обожаю — моего парня и мою собаку! Интересно, а что скажет мама…

А потом Ахмед все-таки отпустил водителя и мы все вместе отправились в «Слона». Я шла нога в ногу с Ахмедом, держа его под руку, слушала прекрасный тихий голос Поэта, счастливый смех Вари и Насти, ворчание Точки и понимала, что абсолютно счастлива. И не важно, что обо мне будут говорить завтра. Важно, что обо мне думают друзья и моя семья. Важно, что они меня любят и поддерживают во всем. А вместе мы — сила!

Читай дальше

Ради Варьки я готова на многое. А сегодня я пошла даже на то, чтобы надеть… Нет, это слово напрочь отсутствует в моем лексиконе. Мы собрались на «дело», и мне поручена самая важная миссия — разведчика, а для этого «надо сменить имидж», как говорит Настька. Зачем его менять — непонятно, наверное, чтобы никто меня не узнал. Сейчас я сама себя не узнаю…

Я смотрелась в зеркало и не верила глазам. Настина юбка сидела, как влитая. Она плотно обхватила бедра, и я поняла, что у меня клевая фигура, а талия такая тонкая! Облегающий тонкий джемпер продемонстрировал мне наличие груди. V-образный вырез сделал шею еще изящнее и еще длиннее. Я величественно повернулась — принцесса!

— Офигенно, — восторженно выдохнула Настя. — Еще не тридцать пять, но уже явно двадцать… Ярик, почему ты не ходишь в юбках?

А действительно — почему?

— С ноги в табло бить неудобно, — ответила как можно более грубо, чтобы они не подумали, что мне очень понравилось, как я выгляжу.

— Высокие сапоги на шпильках! — спохватилась Настька и куда-то унеслась.

Она с ума сошла? На каблуках же неудобно бегать!

— Я не надену каблуки!

— Куда ты денешься? — хихикала она.

— Варь, скажи ей! — обиделась я.

— А мне нравится, — восхищенно рассматривала меня подружка. — Ты супер!

Это прозвучало так, что мне очень захотелось обновить гардероб. Надеюсь, это временное помутнение рассудка.

— Все равно не буду ходить в юбках, — проворчала я, проводя руками по бедрам. Какая же я красивая!

— Вот! Надевай! — сунула мне под нос сапоги Козарева.

Я вздохнула и влезла в ботфорты… Как же я теперь вернусь в свои шмотки? С другой стороны, в одежде Настьки нельзя поправляться, а в моих толстовках лишние сантиметры на талии совсем незаметны.

Я прошлась по комнате, чувствуя себя коровой на ходулях. Бедра сами собой начали покачиваться, спина выпрямилась, а подбородок поднялся. Если зажмуриться и не думать, каково это падать с такой высоты, то совсем и не страшно… Как же они ходят на цыпочках весь день? Нет, все-таки быть женщиной — это не для меня. Дайте, дайте мне нормальную плоскую подошву! Я не хочу умереть молодой, свалившись с этих жутких шпилек!

Потом мне красиво уложили волосы гелем, создав художественный беспорядок. Я несколько минут терпела экзекуцию над своими бровями, с которыми оказалось «неприлично жить», и последний штрих — макияж. Я смотрелась в зеркало и понимала, что чертовски, офигенно, мега-супер-пупер круто выгляжу.